18.12.2007 02:55
    Поделиться

    Татьяна Сергеева: Очень непросто работать по взяткам в отношении высокопоставленных лиц

    Новый правоохранительный орган - следственное управление следственного комитета Прокуратуры РФ по Саратовской области - подводит первые итоги своей деятельности. Впечатлениями о трех месяцах работы на новой должности с корреспондентом приволжского представительства "Российской газеты" в Саратове поделилась заместитель руководителя управления Татьяна Сергеева.
     
    Российская газета: Татьяна Андреевна, насколько сказался на вашей работе переход из областной прокуратуры в новое ведомство?

    Татьяна Сергеева: Не думаю, что произошли какие-то заметные изменения. Никакой сумятицы проводившаяся реорганизация в наши ряды не внесла. Что касается меня лично, признаю - расшился круг обязанностей и ответственность.

    Конечно, не все организационные вопросы пока решены, в том числе и по штатам, и по размещению самого управления и районных отделов. Сейчас ставится задача, чтобы там, где возможно, они все-таки занимали отдельные от прокуратуры помещения. Прошедшие месяцы показывают, что есть необходимость пересмотреть и штатное расписание по некоторым отделам, чтобы создать всем следователям равные условия работы.
     
    РГ: На днях появилась информация, что Генпрокуратура начинает масштабную проверку следственного комитета. А у нас в области как складываются отношения следственного управления и областной прокуратуры?

    Сергеева: Отношения замечательные, никаких причин к их осложнению нет. Хотя рабочие моменты неизбежно возникают, поскольку ведомства теперь разные, но споры никогда не перерастают в конфликты, поскольку занимаемся мы, в общем-то, одним делом.
     
    РГ: В ходе предвыборной кампании в прокуратуру и следственный комитет поступали обращения по поводу якобы имевших место нарушений закона. А накануне выборов на пресс-конференции главный федеральный инспектор заявил, что в Саратовской области вскрыта попытка подкупа избирателей со стороны одной из партий, и по этому факту возбуждено уголовное дело. Как проходит расследование, и возбуждались ли другие дела в связи с выборами?

    Сергеева: К нам поступило несколько заявлений от избирателей, в которых сообщалось, что им предлагали проголосовать за одну из партий за вознаграждение в 200 рублей. Возбуждено уголовное дело по статье 141 УК. Заявители описывают определенное лицо, якобы обещавшее выплатить деньги, но статус подозреваемого по этому уголовному делу пока никто не приобрел, задержанных также нет. По всем остальным заявлениям проверка проводилась, однако пока материалы проверок не дали повода к возбуждению уголовных дел.
     
    РГ: Одним из самых громких дел за последнее время стало задержание банды, в которую входили сотрудники милиции. Сегодня уже можно рассказать об этом деле подробнее?

    Сергеева: Дело расследуется, по нему выявлены 19 подозреваемых, в том числе двое бывших сотрудников милиции и двое граждан, являвшихся на момент совершения преступления сотрудниками УБОП и УСБ ГУВД Саратовской области. По версии следствия, в 2004-2007 годах подозреваемые совершили более двух десятков преступлений: разбоев, а также грабежей, краж. Преступники действовали в масках, с оружием. За прошедшие годы по фактам преступлений, совершенных этой группой, было возбуждено 24 уголовных дела, по которым потерпевшими признаны более 40 граждан. Сейчас все эти дела объединены в одно производство. Суммы похищенного разнятся от нескольких десятков тысяч до одного миллиона 150 тысяч рублей. Последнюю сумму преступники отобрали у индивидуального предпринимателя, занимавшегося закупками зерна.

    Следствие рассматривает эту группу преступников как банду, однако говорить о том, кто являлся ее организатором, преждевременно. Могу сказать, что из числа подозреваемых 10 человек ранее уже были осуждены за совершение различных преступлений, в том числе и один из бывших милиционеров. Он получил судимость за мошенничество: вымогал 250 тысяч у директора детского сада, якобы за то, чтобы не отражать в акте ревизии выявленные финансовые нарушения. Скрывался, был задержан. Суд тогда вынес ему наказание, не связанное с лишением свободы. 
     
    РГ: Это уже третья банда, раскрытая за последние годы на территории Саратовской области,  в состав которой входили милиционеры. В отличие от предыдущих случаев по этому делу проходит большое число лиц с криминальным прошлым. Что их связывало с работниками милиции, бывшими и действующими?

    Сергеева: Ранее судимые отбывали вместе наказание в местах лишения свободы, а оперативные работники, один из которых в прошлом являлся сотрудником УИН, контактировали с ними по службе, встречались, когда находились в следственном изоляторе. Более подробно говорить о роли каждого участника этой группы не хотелось бы, давайте подождем, когда расследование дела будет завершено. 

    Раскрыты эти преступления были сотрудниками уголовного розыска ГУВД области и департамента уголовного розыска МВД РФ. Четверо подозреваемых по этому делу сейчас продолжают находиться в розыске.
     
    РГ: Как идет расследование в отношении бывшего мэра Саратова Юрия Аксененко, который подозревается в превышении должностных полномочий при выделении земельных участков? Появились ли в деле новые эпизоды?

    Сергеева: Могу сказать, что граждане услышали призыв, прозвучавший в ходе пресс-конференции, посвященной возбуждению этого уголовного дела, и начали к нам обращаться. Конечно, всю поступающую информацию мы проверяем. Обращения поступают как от отдельных граждан, так и от представителей коммерческих структур, которые считают, что их права были нарушены при выделении городской властью земельных участков.   
     
    РГ: Правда ли, что возбуждено уголовное дело в отношении главврача одной из городских больниц Саратова? По некоторым данным, речь идет о передаче рекордной для нашей области суммы в качестве взятки - одного миллиона 200 тысяч рублей некоему работнику прокуратуры, при этом главврач выступал посредником.  Можете ли вы это подтвердить?

    Сергеева: Дело возбуждено по статьям УК "Мошенничество" и "Подстрекательство к даче взятки". По версии следствия, к главврачу больницы обратилась его знакомая. Она попросила помочь, чтобы ее дочь, которая подозревается в совершении кражи, не была взята под стражу. Он такое содействие пообещал оказать за сумму, которую вы назвали. Деньги - это сейчас подтверждают и потерпевшая, и подозреваемый - были переданы. Суд девушку на самом деле не арестовал. В настоящее время в отношении главврача избрана мера пресечения подписка о невыезде. Что касается роли сотрудника прокуратуры в этих событиях - это одна из версий, она проверяется. 
     
    РГ: За последний год два судебных процесса по взяткам в отношении глав Саратовского и Питерского районов закончились тем, что присяжные оправдали  подсудимых. Не является ли такой результат отражением недоработок со стороны следствия?   

    Сергеева: Наш народ еще не готов судить людей за совершение таких коррупционных преступлений. В таких случаях, к сожалению, присяжные зачастую руководствуются эмоциями. Доказательствам, которые добыты в ходе расследования уголовного дела, по моему мнению, все-таки должны давать оценку профессионалы. Главу Питерского района Дерябина оправдали, потому что во время повторного судебного процесса его подельник Решетников взял вину на себя. Я считаю, что на первом суде, завершившемся обвинительным приговором, Решетников давал правдивые показания. На результате второго судебного разбирательства сказалась работа адвокатов, которые продумали линию защиты. Мы тоже сделали из этого процесса свои выводы.
     
    РГ: Может быть, одна из причин недоверия к доводам обвинения со стороны присяжных состоит в том, что следствие стремится скрыть проведение оперативных мероприятий в отношении коррупционеров? Почему нельзя называть вещи своими именами?

    Сергеева: Не каждый человек может отважиться написать заявление о том, что у него требуют взятку. Потому что, если он это сделал, то нужно идти до конца, и людям тяжело устоять на своих позициях в такой ситуации. Вот почему и проводится оперативное внедрение. Но не все оперативники хотят быть рассекреченными и представленными как сотрудники милиции. Не секрет, что самое уязвимое место - это наши семьи, дети. Никто не хочет поставить в опасное положение своих близких. Хотя те, кого внедряют, носят погоны и знают, что их профессия связана с риском.

    Очень непросто работать по взяткам в отношении высокопоставленных лиц, мы зачастую не знаем, кто за ними стоит и какие меры реагирования используют эти люди. Корень своих злоключений взяточник всегда видит в том человеке, кто написал заявление, а не в себе самом. Следует понять: наша проблема не в том, что человеку в оперативных целях поменяли фамилию, а в том, что чиновники вымогают взятки. О таких фактах говорят многие, но заявления писать эти люди не хотят, боятся. В результате нападкам подвергается не взяточник, а тот, кто ему вынужден платить. 
     
    РГ: В каком направлении будет развиваться следственный комитет, объединит ли он в конце концов следователей всех силовых структур или, может быть, вернется в состав прокуратур?

    Сергеева: Сколько я себя помню - а я работаю в следственных органах с 1981 года - всегда обсуждался вопрос о создании следственного комитета. Наконец это дело свершилось. Как дальше будет развиваться наше подразделение, сложно судить. А рациональное зерно в создании Федеральной службы расследований, которая бы объединила все следственные органы,  безусловно, есть.

    Поделиться