Заморозка в обмен на санкции? КНДР отказывается слушать Ли Чжэ Мёна

Президент Южной Кореи Ли Чжэ Мён предложил новую формулу выхода из многолетнего тупика вокруг северокорейской ядерной проблемы: Пхеньян на первом этапе прекращает наращивать свой ядерный и ракетный потенциал, а международное сообщество в ответ смягчает санкции. Однако в самой КНДР пока демонстративно отказываются даже обсуждать инициативы Сеула: северокорейские дипломаты выслушали в ООН президента США Дональда Трампа, но проигнорировали выступление южнокорейского лидера.

Свою идею Ли Чжэ Мён подробно изложил в интервью американским СМИ накануне выступления на Генеральной Ассамблее ООН. В интервью The New York Times он фактически предложил обменять частичное смягчение санкций на прекращение дальнейшего развития северокорейского ядерного оружия и межконтинентальных баллистических ракет.

"Я считаю, что сделка, при которой не особенно эффективные санкции обмениваются на прекращение дальнейшего развития ядерного оружия и технологий межконтинентальных баллистических ракет, имеет значительную ценность", - заявил южнокорейский президент. При этом он признал, что попытка сразу добиться полной денуклеаризации КНДР в нынешних условиях едва ли даст результат.

В интервью Associated Press Ли объяснил свою логику более образно: "Чтобы изменить направление движущегося автомобиля, его сначала нужно остановить". Поэтому президент РК предлагает последовательность "остановка - сокращение - ликвидация". "В ситуации, когда ядерный и ракетный потенциал Северной Кореи уже значительно вырос, ждать, пока полная денуклеаризация будет достигнута одним махом, - нереалистичное решение", - заявил он.

По словам Ли, пока продолжается такое ожидание, северокорейский ядерный потенциал лишь увеличивается, а вместе с ним растет и угроза.

Президент РК одновременно подчеркнул, что и Сеул, и Вашингтон готовы начать переговоры с Пхеньяном без предварительных условий. "Сейчас необходимо политическое решение на уровне лидеров", - отметил Ли. Таким образом, речь идет не об отказе от конечной цели денуклеаризации, а о попытке сначала остановить дальнейшее производство и совершенствование северокорейского ядерного оружия, а затем постепенно переходить к сокращению арсенала.

Эту же концепцию Ли развил 22 сентября с трибуны 81-й сессии Генеральной Ассамблеи ООН в Нью-Йорке. Он представил три направления политики Сеула в отношении КНДР: "инклюзивное мирное сосуществование", "стабильное мирное сосуществование" и "ответственное мирное сосуществование".

Первое предполагает признание существующих различий и взаимное уважение политических систем двух Корей. "На основе уважения систем друг друга и признания различий между Югом и Севером мы будем искать пути совместного развития посредством сотрудничества", - заявил Ли. Начинать он предлагает с наименее политизированных сфер - здравоохранения, борьбы со стихийными бедствиями и климатическими изменениями.

Вторым направлением должно стать снижение риска вооруженного столкновения. Для этого Ли предложил прежде всего восстановить элементарные каналы связи между двумя Кореями, постепенно наращивать доверие и создавать институциональные механизмы предотвращения кризисов и управления конфликтами.

Наконец, "ответственное мирное сосуществование" предполагает превращение урегулирования на Корейском полуострове в элемент более широкой системы безопасности Северо-Восточной Азии. Конечной целью Ли назвал прекращение сохраняющегося с Корейской войны состояния войны и создание полноценного мирного режима.

При этом южнокорейский президент фактически отвел своей стране роль посредника между Пхеньяном и Вашингтоном. "Я надеюсь, что давно приостановленный диалог между Северной Кореей и США возобновится без промедления", - заявил он. Сеул, по словам Ли, намерен выступить "пейсмейкером", помогая превратить возможные переговоры КНДР и США в более широкий процесс завершения состояния войны и формирования мирного режима на Корейском полуострове.

Однако реакция Пхеньяна на мирные авансы южнокорейского президента пока выглядит более чем прохладной. Как сообщили СМИ РК, два северокорейских дипломата 22 сентября находились в зале Генассамблеи и внимательно слушали выступление президента США Дональда Трампа. Когда же во второй половине дня на ту же трибуну поднялся Ли Чжэ Мён, места представителей КНДР оказались пустыми. Северокорейская делегация не присутствовала на его выступлении и годом ранее.

Более того, представители КНДР попросили ООН изменить первоначально определенное для них место в зале Генассамблеи и пересели значительно дальше от южнокорейской делегации.

Контраст получился особенно заметным: северокорейцы не захотели слушать президента Южной Кореи, предлагавшего им сотрудничество и постепенное смягчение конфронтации, но присутствовали на выступлении американского лидера.

Сам Трамп, правда, никакого публичного сигнала Пхеньяну с трибуны ООН на этот раз не послал. За примерно 40 минут выступления он говорил об Иране, России и Украине, Кубе, искусственном интеллекте и других международных проблемах, но ни разу не упомянул ни КНДР, ни ситуацию на Корейском полуострове. Это привлекло внимание южнокорейских СМИ, поскольку ранее Трамп неоднократно заявлял о желании вновь встретиться с Ким Чен Ыном.

Тем временем Пхеньян подтвердил отправку в Нью-Йорк заместителя министра иностранных дел КНДР Ким Сон Гёна. Ожидается, что 28 сентября он выступит на Генассамблее ООН. По данным южнокорейских СМИ, во время пребывания в Нью-Йорке северокорейский дипломат также может провести встречи с генеральным секретарем ООН и представителями дружественных Пхеньяну государств.

Само присутствие высокопоставленного северокорейского дипломата в Нью-Йорке неизбежно вызывает предположения о возможности контактов представителей КНДР и США, однако пока подтверждений подготовки такой встречи нет. Тем не менее нынешнее поведение Пхеньяна хорошо показывает существующую дипломатическую асимметрию. Северная Корея демонстративно не проявляет интереса к прямому диалогу с Сеулом, несмотря на все предложения администрации Ли Чжэ Мёна, но возможность контактов непосредственно с Вашингтоном оставляет открытой.