
Все разработки проходят жесткую апробацию. "Изделия проходят испытания на полигонах Министерства обороны, и только после получения соответствующих протоколов они выпускаются для применения в реальных условиях", - поясняет он.
Примечательно, что партнеры консорциума начинали как производители FPV-дронов под задачи СВО. Уже имея госконтракты, они столкнулись с новой угрозой. "После развития этой тематики противником стал вопрос о создании перехватчиков, - отмечает Смирнов. - Хотя эта тема начала развиваться чуть позже, за достаточно короткий период времени удалось создать реально действующий продукт".
На вопрос о конкретных инновациях, которых нет у конкурентов, Смирнов лишь многозначительно улыбается. "Честно говоря, не хотелось бы разглашать раньше времени. Интересные вещи есть, но они в завершающей стадии испытаний. Не будем предупреждать никого", - говорит он.
Зато о проблеме кинетического поражения он говорит открыто. Росгвардия недавно разрешила такой метод, но практика показывает, что ему недостает эффективности. "Аппараты противника имеют весогабаритные характеристики существенно больше, чем представленные здесь перехватчики, - рассуждает эксперт. - Кинетическая атака даже на скорости от 300 до 420 км/ч банально его не собьет. Может повредить какой-то элемент, пробить крыло, но он все равно не упадет".
Выход один - взрывчатка. "Необходимо использование взрывного элемента, чтобы повредить эффективно, - утверждает Смирнов. - Решения такие уже есть, опробованы. Вопрос в том, чтобы на законодательном уровне получить разрешение".
Темпы разработки впечатляют. Активная фаза началась в январе, а на выставке Drone Expo в Казани в июле таких образцов еще не было. "За этот период мы прошли путь практически с нуля, - делится начальник летно-испытательного центра. - И теперь вопрос отмашки, и они сразу же разойдутся по всей стране на все гражданские предприятия для защиты".
Связь с фронтом здесь выстроена максимально коротко. Инженеры партнеров зачастую сами являются боевыми операторами. "Они работают на "передке", проводят обучение, получают обратную связь непосредственно от участников боевых действий и потом это реализуют здесь, в своих бюро, - объясняет Андрей Смирнов. - Этот процесс очень короткий, оперативный".
Запрос с передовой на доработку дрона превращается в готовое решение за одну-две недели. "В районе 10 дней, - уточняет он. - Через две недели эта наработка уже может быть отправлена обратно адресату".
Специалист уверен, что темп развития взят достойный. "Сформировалась прикладная школа, которую важно сейчас не упустить, продолжить развивать, и тогда у нас будет одна из самых передовых школ по БПЛА в мире, - уверен Смирнов. - Будем к этому стремиться и поддерживать молодежь".