Как корреспондент "РГ" оказался в небе над самым высоким водопадом нашей страны

Позвольте начать с предыстории. О том, что в Красноярском крае находится самый высокий из постоянно действующих водопадов в России - Кинзелюкский, - я узнал больше 20 лет назад. С тех пор было предпринято несколько попыток до него добраться. Но без успеха: путь туда очень неблизкий. Водопад расположен глубоко в горах Восточного Саяна, в 160 километрах от ближайшего населенного пункта - села Агинского.

Взаимовыгодный обмен

С тех пор я искал разные способы достичь легендарного водопада. Правда, кроме авиации придумать ничего не удавалось, а с нею как то у нас сразу не срослось: цена полета на вертолете зашкаливает за миллион рублей. Поэтому представьте мою радость, когда помощь предложил краевой "Лесопожарный центр": один из маршрутов патрулирования его Курагинского авиаотделения проходит как раз над Кинзелюком.

Правда, разумеется, без высадки, но мне и просто посмотреть на чудо природы своими глазами было предостаточно. Поэтому на ответную просьбу рассказать про трудовые династии лесных пожарных, которые трудятся в Курагинском отделении, я с удовольствием дал согласие.

Но обо всем по порядку. Базируется Курагинское авиаотделение краевого "Лесопожарного центра" в знаменитом поселке Шушенское. Как ни странно, но ежегодные десятки тысяч туристов проблем здесь пожарным не доставляют, а в этом году и погода помогла - вся сушь ушла на север края, а южные территории оказались под затяжными дождями и отметились летом 2026 всего двумя относительно небольшими пожарами. Однако необходимости патрулирования это, конечно, не отменяет, как и постоянного спортивного тонуса для десантников-пожарных.

Когда мы зашли в трехэтажное здание на окраине Шушенского, я подумал, что меня по ошибке привезли в спортзал. Сразу несколько человек упражнялись со штангами и гирями, подтягивались на перекладинах, а также вовсю рубились в настольный теннис. Самое удивительное, что от молодежи не отставали и весьма возрастные коллеги. С одним из них я тут же познакомился - его зовут Николай Николаевич Кунгурцев. Фамилия была знакомая: нас с фотографом записали в авиапатруль в компанию к летчику-наблюдателю, командиру Курагинского авиазвена Кунгурцеву Денису. Выяснилось, что Николай Николаевич - его отец. И, в отличие от большинства случаев с трудовыми династиями, тут не сын пришел в профессию за отцом, а отец за сыном.

- Почти случайно получилось. Работал всю жизнь водителем, а тут вакансия появилась у сына - вот и пошел, - объяснил Николай Кунгурцев.

Молодость проигрывает

Николай Николаевич стал вовсе не вторым Кунгурцевым в отделении. Немного раньше него пришел сюда еще один его сын, Константин, который сегодня занимает должность инструктора десантно-пожарной команды.

- Бывает, даже отцом командую, - улыбается Константин Николаевич. - А вообще задача инструктора - правильно организовать работу команды в точке высадки, распределить обязанности между бойцами, устроить временный лагерь - табор.

Про табор десантники-пожарные всегда говорят с неуловимой ноткой… тоски по дому. Оно и неудивительно: нередко в таборе им приходится проводить по 2 (два!) месяца - во время крупных пожаров. Причем возрастные пожарные, говорит инструктор, справляются с этим куда лучше молодежи: опыт есть опыт. Молодежь, бывает, на таком ломается.

- У нас статистика уже есть, - рассказывает Константин Кунгурцев. - Если человек выдержал три года работы, то остается насовсем, а кто ломается - раньше убегают.

"Видит око, да зуб неймет"

Не знаю, справился бы я, но если б убежал, то вовсе не из-за двух месяцев лесной жизни: таежный опыт тоже имеется. Я бы убежал от обиды: регулярно летать над красивейшими пейзажами и не иметь никакой возможности высадиться и просто погулять по ним, не думая об огненной стихии. Ну а если и высадиться, то исключительно в огонь, когда точно не до прогулок.

- Ничего не поделаешь - работа, - говорит летчик-наблюдатель Денис Кунгурцев, с которым знакомимся чуть позднее. Уже привык за два десятилетия работы. Но пейзажи, конечно, оценить способен: хоть и ищешь на горизонте дым, а все равно же видишь, какая красота под тобой.

- Нет-нет, даже фотографируешь, - добавляет Сергей Могорита, пилот патрульного Ан 2, в простонародье - "кукурузника". - Родным и знакомым показать. Бывает, друзья даже специально просят что нибудь снять и показать, как вот этот ваш Кинзелюк.

- А меня в лес, в походы и вовсе не тянет, - отвечает на мой вопрос начальник Курагинского авиаотделения Татьяна Кунгурцева. (Да-да, еще один представитель трудовой династии - супруга Дениса, - прим. авт.). - Я выросла в Арадане, в Ергаках фактически. За детство и юность набегалась, нагулялась, насмотрелась. И летала над нашими территориями не раз, все видела. В общем, не походники мы.

Работа, которая объединяет

Составлять полетный план идем с Татьяной и Денисом в их кабинет. Да, они работают не просто в одном отделении, а за соседними столами. Кроме, конечно, тех часов, когда Денис Николаевич на патрульном вылете. И, несмотря на распространенные байки о разводах, которыми заканчивается совместная работа супругов, Кунгурцевы даже не ссорятся.

- Мы можем только спорить, и то о работе! - делится Татьяна. - Так получилось, что мы вообще ею живем: продолжаем обсуждать, например, планы и сидя дома, у телевизора. Особенно если лето сложное, пожаров много, тогда мы и вовсе 24 часа на работе.

Действительно, вся династия Кунгурцевых так и живет - в работе. Все мои попытки узнать, чем увлекается большая семья, помимо борьбы с огнем, заканчивались вот такими ответами.

- Рыбалка разве что, - говорит Константин Кунгурцев. - Бывает, рыбачим - конечно, когда есть свободное время. И только для собственного пропитания, чтобы летчикам нам меньше еды тащить пришлось.

Вот как не восхищаться такими людьми? Хотя и сочувствие к ним никуда не делось: повторюсь, что их опасная и чрезвычайно важная работа не дает им возможности посмотреть на леса, которые они спасают, взглядом обычного туриста. За них это сегодня сделаем мы!

Денис Кунгурцев везет нас в Шушенский аэропорт. Когда то здесь приземлялись и пассажирские самолеты, но сегодня вся взлетная площадка отдана исключительно служебной авиации. Наш транспорт - Ан 2 - уже стоит "под парами". Забираюсь в такой первый раз в жизни. И сразу же понимаю: несмотря на преклонный возраст легендарного самолета, лететь на нем куда комфортнее для психики, чем на огромном лайнере. В лайнере то инстинкт отказывается верить, что сотни тонн железа держатся в воздухе вовсе не на честном слове, а тут сразу понимаешь: этот биплан-малютка (размах крыла 19 метров) сядет где угодно даже без двигателя.

Сергей Могорита, командир воздушного судна, объясняет:

- Этот самолет для такого и создавался. Именно для коротких неподготовленных площадок, вроде небольшой опушки или луга. Ему для взлета и посадки надо максимум метров пятьсот.

Легенды Тофаларии

Однако безопасность - это одно, а комфорт - совсем-совсем другое. Если на большом лайнере взлет ощущаешь как небольшую тяжесть в теле, то на "кукурузнике" небо чувствуешь, как говорится, всеми фибрами души. Еще и сиденья такие… брутальные - железные, слегка вогнутые прямоугольники без спинки, и поручень над ними. Болтает в "Аннушке", как называют этот самолет профессионалы, будь здоров: и малый размах крыльев сказывается, и невысокая, около 200 километров в час, скорость.

Впрочем, как раз скорость для наших целей - самое то: на высоте около 600 метров успеваешь от души насладиться видами. Нам то дым и огонь высматривать не надо, а ведь внизу открывается полумифическая Тофалария. Овеянная легендами горная страна размером с небольшое европейское государство. Ее прежние обитатели, тофалары, которые жили тут до прихода русских, были уверены, что когда то здесь развернулась битва между богом и дьяволом, а ущелья и каньоны - следы их ударов.

Хотя от такого пейзажа и без всяких легенд мурашки по коже - чистый восторг!

Вон, например, слева по борту ледник Стальнова: гигантская стена с белой сверкающей шапкой. Это, между прочим, крупнейший ледник в горном хребте Крыжина (Иван Крыжин - участник Сибирской экспедиции Русского географического общества 1855-1858 годов, - прим. авт.), в который входит и пик Грандиозный, высшая точка Красноярского края. Правда, сам пик, к сожалению, в стороне от нашего сегодняшнего маршрута, но нам и без него неплохо. Особенно после того, как нас по очереди пускает в кабину к своему креслу второй пилот Денис Кунгурцев. Чтобы мы увидели приближающийся водопад в лобовое стекло и сняли его как можно красивей.

Продолжение следует

Ощущения от этого ожидания, скажу вам, были мощнейшие: цель, о которой я мечтал 20 лет, вот-вот встанет перед нами во всей красе! Горы уже поднялись выше 2200 метров и буквально царапают облака, которые мы раздвигаем всеми четырьмя крыльями.

Но… сделаю голливудскую паузу и оставлю жемчужину Восточного Саяна на следующую главу.