Анатолий Широков: Добычу золота из техногенных отвалов нужно закрепить в законе

В каких поправках нуждается закон "О недрах"? Почему власти дальневосточных регионов выступили против рыбной биржи? Почему бюджет Магаданской области взял на себя немалую долю расходов колымских семей? Об этом на полях Восточного экономического форума рассказал председатель Магаданской областной думы Анатолий Широков.

Закону Российской Федерации "О недрах", столь важному для золотой Колымы, уже 35 лет. За это время изменились и условия, и технологии недропользования. Что, на ваш взгляд, необходимо в первую очередь обновить в законодательной базе, касающейся разведки и добычи полезных ископаемых?

Анатолий Широков: Согласен с вами: 35 лет для базового отраслевого закона довольно значительный срок. И хотя в основной своей части он работает хорошо, все же нуждается в поправках.

С 1928-1929 годов, с начала золотодобычи на Колыме, получено примерно 3,5 тысячи тонн химически чистого драгметалла. Доля рудного золота в этом объеме минимальна. А добыча россыпного дала нам огромные терриконы. Естественно, возникают вопросы о судьбе этих техногенных объектов и их рекультивации. И нужно законом признать их отдельным видом минеральных ресурсов.

Об этом мы уже говорим несколько лет. Техногенные отвалы требуют отдельных методик разведки, постановки на баланс. Что касается рекультивации, невозможно написать общие ее правила для всех регионов - к этому выводу пришел созданный при Магаданской областной думе Горный совет. К примеру, в Приморье советуют проводить рекультивацию с помощью зерновых и бобовых, что совершенно неприемлемо для нас.

Сегодня недропользователи выплачивают муниципалитетам средства за нарушенные в результате золотодобычи земельные участки. Но власти на местах не имеют возможности решать такие масштабные задачи, как рекультивация, за столь малый ресурс. Было бы правильным, считаю, создать региональный фонд, который бы аккумулировал средства недропользователей. При этом важно, чтобы эти деньги шли на рекультивацию не только нарушаемых сегодня земель, но и техногенных объектов прошлых лет.

В законодательстве о недрах, на мой взгляд, должна быть усилена региональная составляющая. Субъекты должны получить больше свободы в распоряжении недрами. Нужно доверять регионам, ведь они пекутся и о собственной экономической базе, и о среде, где живут люди. Пока мы не можем найти взаимопонимание с федеральным законодателем.

Магаданская область в свое время инициировала законопроект о "вольном приносе", в том числе для разработки техногенных россыпей. Как вы считаете, есть ли смысл возвращаться к этому законопроекту?

Анатолий Широков: Законопроект был принят в первом чтении. И он вызвал вопросы. Причем объективно серьезные. Например, разработке подлежали месторождения объемом до 30 килограммов золота. По подсчетам Союза старателей России, на всю страну около 400 таких россыпей. То есть работой получилось бы обеспечить максимум 400 индивидуальных предпринимателей. Кроме того, было условие вскрывать породу не глубже чем на пять метров, но без использования тяжелой техники. А помаши-ка лопатой, снимая пять метров грунта.

Но, с нашей точки зрения, на перемены все-таки нужно идти. Первое смелое предложение в закон "О недрах" - признать техногенные отвалы отдельным видом минеральных ресурсов с особой методикой разведки и добычи. Второе, тоже смелое, предложение, которое никак не поддерживается, - вернуться к советской практике разведочных эксплуатационных полигонов, когда разведка техногенного объекта идет вместе с эксплуатацией, а золото, которое добыто в процессе такой разведки, ставится на баланс и списывается. Вот факт: с 1972 по 1992 год почти 400 тонн золота было добыто из небалансовых запасов, из техногенных объектов методом разведочного полигона.

Мы несколько лет отстаивали эту позицию в диалоге с Роснедрами. И, честно говоря, диалога долго не получалось. Но в марте этого года в Магадане на форуме "Майнэкс Дальний Восток" нашли общий язык с руководителем Роснедр Олегом Казановым, и уже в июне началась совместная работа нашего думского Горного совета и Федерального агентства по недропользованию. Теперь у нас действует общая рабочая группа. Ее задача - внести в методики разведки и добычи техногенных объектов поправки, которые бы существенно облегчили доступ недропользователей к этим ресурсам. В сентябре-октябре текущего года мы такие методики проверим на двух техногенных объектах Магаданской области.

Думаем, что это сработает, и с нового года недропользователи России будут пользоваться обновленной методикой и нашим опытом.

Сегодня у Магаданской области рекордная доходная часть бюджета - почти 120 миллиардов рублей. Даже всех школьников решили кормить завтраками и обедами за счет казны. Анатолий Иванович, за счет чего удалось добиться роста доходов и какую роль в этом сыграл законодательный орган?

Анатолий Широков: Если быть точным, 119,5 миллиарда рублей - это доходы, и 119,7 миллиарда - расходы. То есть бюджет области дефицитен в рамках статистической погрешности.

Его возможности позволяют проводить более основательную социально-экономическую политику. Вы упомянули питание учащихся. Регион нашел средства, чтобы кормить бесплатно школьников среднего и старшего звеньев (дети с 1-го по 4-й класс уже получают горячее питание по решению президента России). В течение этого года направим около 137 миллионов рублей, а в 2027-м - 270 миллионов, чтобы все ученики могли питаться в школе. Так колымские семьи не будут тратить деньги на школьные обеды.

Напомню еще: у нас на протяжении целого ряда лет за летний детский отдых родители не платят. За счет бюджета ребята ездят в Белоруссию, Крым, Приморье, на Байкал, в учреждения нашей области. С марта этого года посещение детских садов тоже бесплатное.

Можно смело говорить, что социальная политика в интересах семьи на Колыме носит комплексный и всеобъемлющий характер. Не думаю, что какой-то регион России может гордиться таким результатом.

Колымчане за услуги ЖКХ платят примерно треть экономически обоснованного тарифа, остальные 66% субсидируются из бюджета. Более того, в областной думе рассматриваем проект закона, по которому бюджет возьмет на себя ремонт подъездов в многоквартирных домах.

Наряду с социальными обязательствами стало расти и бюджетное финансирование экономического развития - 38 миллиардов на настоящий момент.

В чем источник? Конечно, основные поступления в бюджет дает золотодобывающая отрасль - налог на прибыль организаций, НДПИ, НДФЛ. Причем налог на доходы физлиц у нас только на третьем месте по объему поступлений. Но мало получать налоги, надо грамотно средствами управлять. В этом смысле надо отдать должное губернатору Сергею Носову и правительству области, которые принимают решения о вложении бюджетных денег в те или иные направления социального и экономического развития.

Убежден, что региональный парламент должен быть третьим плечом губернатора. Не конфликтовать, не конкурировать, а впрягаться в одну упряжку и вместе работать. И мне кажется, что у нас получается взаимодействие.

Помимо текущей работы мы запланировали и уже начали проведение систематизации законодательства, особенно в социальной сфере. Губернатор поставил задачу сделать его удобным и понятным для людей, чтобы жители области получали социальные услуги, льготы и выплаты без хождения по разным ведомствам, а в режиме "одного окна".

Парламентарии Дальнего Востока, в том числе и Магаданской области, выступают против продажи водных биоресурсов через биржевые торги. Почему?

Анатолий Широков: Идею активно продвигает коллегия Санкт-Петербургской товарной биржи с благим, на первый взгляд, посылом - навести порядок, наладить учет и снизить стоимость рыбной продукции. Но когда начинаешь разбирать эту историю исходя из интересов жителей и отрасли, картина вырисовывается другая.

Во-первых, сегодня механизмов учета пойманной рыбы достаточно, они валидны и позволяют системно контролировать отрасль. Во-вторых, биржа - это дополнительный посредник, услуги которого примерно на два процента поднимут стоимость рыбной продукции. В-третьих, издержки лягут на итоговую цену, то есть на цену для потребителя. Наш соотечественник и так ест мало рыбы, а с продажей через биржу будет есть еще меньше. Это идет вразрез с задачей, поставленной президентом, - снижать стоимость рыбы, больше вводить ее в рацион.

Нужно учесть еще обстоятельства, связанные со спецификой рыбной отрасли. Сегодня это самая закредитованная сфера экономики страны в связи с аукционами и "квотами под киль". Общая сумма заимствований - под триллион рублей.

Ситуация в рыбной добыче этого года - катастрофа. Поголовью лососевых в Тихоокеанском бассейне нанесен колоссальный урон. Для Магаданской области основное стадо лосося - горбушовое. А горбуша не пришла. Красной рыбы нет и на Камчатке, и на Сахалине. В результате сразу взлетели цены на рыбу и икру. Там, где обычно в это время ловят лососей, в становые неводы забивается тунец.

Специалисты рыболовного бизнеса считают, что последствия удара мы будем преодолевать не один десяток лет. Раз рыба не пришла, она не отметала икру в наших реках. Через положенный срок не вернется новое поколение лосося и снова будет неурожайный год.

В этих условиях еще и экспериментировать с биржевыми ставками - значит еще более надломить рыбную промышленность. А это никому не надо. Особенно тем, кто живет на берегах Тихого океана.

Поэтому не только законодательные собрания Дальнего Востока, но и практически все правительства и губернаторы регионов поддержали обращение к правительству России с просьбой остановить любое движение к рыбной бирже.