"Будем взаимовежливы - и в музыке, и в жизни". Вадим Репин встречает юбилей со скрипкой Амати в руках

31 августа народному артисту Вадиму Репину исполняется 55. Для музыканта, чье имя неразрывно связано с русской скрипичной школой, эта дата - не повод для пышных торжеств, а скорее момент тишины перед новым творческим витком.

В эксклюзивном интервью "Российской газете" знаменитый скрипач и художественный руководитель одного их крупнейших в стране Транссибирского Арт-Фестиваля, рассказал о великих скрипках, которые побывали в его руках, о миссии искусства в современном мире, о гармонии со Светланой Захаровой и рецепте долгих отношений, который подарил ему Юрий Темирканов.

Вадим, ваш день рождения - прямо накануне открытия сезона…

Вадим Репин: … И учебного года, что немаловажно! Сейчас я в состоянии отпуска, и настроение, соответственно, спокойное. А через пару недель начинается новый концертный сезон - понемногу начинаю работать, входить в форму и возвращаться в необходимое для сцены состояние. А праздновать - для меня это обычный день, им я обязан своей маме, поэтому отношусь к этой дате, скорее, как к ее празднику. Поздравлять хочется именно ее.

Чего от нового сезона вы ждете особенно?

Вадим Репин: Много интересных концертов будет и в Москве, и по России в целом. Предстоит еще осенняя сессия тринадцатого Арт-фестиваля в Самаре, и можно будет сказать, что он будет завершен. И я, конечно, ожидаю уже четырнадцатый Транссибирский Арт-Фестиваль.

Ноябрь будет интересным гастрольным месяцем. Мы с Николаем Луганским будем в Испании с сольной программой, я буду в Америке с оркестровой программой. Концертные планы в Японии, в Италии и в других странах. Сезон очень насыщенный, и это радость любого артиста - чтобы до окончания концерта тебя перепригласили.

Вадим Репин с мамой Галиной Георгиевной. Фото: Из архива Вадима Репина

То есть, при всех сложностях в отношениях России и Запада - а культурные мосты, к сожалению, часто горят первыми - вам, удается продолжать активно выступать на международной сцене. С чем вы там сталкиваетесь сейчас - с давлением или, наоборот, с особой теплотой? Интерес к русской скрипичной школе по-прежнему жив?

Вадим Репин: Вы знаете, мне кажется, интерес к артистам, к творческим людям всегда был и будет. Иначе не может быть. И этот интерес друг к другу - со всех сторон. На концерты часто приезжает публика из двадцати соседних стран. В Любляне была такая история: больше тридцати человек, которых я знаю многие годы, приехали из совершенно разных стран. И не так только с моими концертами - с концертами многих артистов.

Для нас построение культурных мостов всегда было параллельной действительностью, естественным результатом. Нельзя сказать, что я еду строить какой-то мост, однако отношения между музыкантами, между людьми - всегда доброжелательные, концерты проходят с большим успехом, и я чувствую, что публика приходит именно послушать меня. Да, бывают концерты, которые под давлением отменяются. А бывает, наоборот, организаторы фестивалей или оркестры говорят, что в этом они видят путь к правде, что они не могут оборвать общение из-за политики. На данный момент ситуация такая.

А что вы чувствуете каждый раз, возвращаясь после дальних странствий в родной Новосибирск, откуда начинался ваш музыкальный путь?

Вадим Репин: Я чувствую любовь. Помню, где я делал свои первые шаги, и кто были те люди и коллективы, которые уже в юном возрасте строили мой характер, музыкальный и артистический вкус. Конечно, наш симфонический оркестр, камерный оркестр, такие имена, как Арнольд Кац, - это часть моей жизни, моей истории. Поэтому у меня совершенно особые чувства к Новосибирску, поэтому я так горю нашим Транссибом, благодаря которому я чаще бываю в Новосибирске, где могу и с мамой повидаться. Она у меня настоящая сибирячка и одна из составляющих успеха фестиваля.

Каждая из премьер Транссибирского Арт-фестиваля уникальна - а вошло ли что-то из представленного здесь в мировой концертный репертуар?

Вадим Репин: Сложно выделить два-три примера - особенно запомнившихся премьер немало, но назову несколько ключевых. Софья Губайдуллина побывала в Новосибирске единственный раз в жизни - благодаря нашему фестивалю. И скоро, буквально через месяц, в честь большого юбилея Новосибирской филармонии и оркестра мы будем исполнять ее произведение "Диалог: Я и Ты". Не только в Новосибирске - в Петербурге и в Москве также будут концерты, приуроченные к этой дате.

Откровением для меня стал и концерт для скрипки с оркестром Михаила Плетнева - это произведение, которое заставляет переживать, задумываться. Помню нашу первую премьеру скрипичного концерта Юсупова: шесть частей, в которых скрипка переживает метаморфозы - старинная музыка, джазовая импровизация, индийская рага, венгерская цыганская импровизация…

Подарок нашему фестивалю сделал в канун своего 85-летия Арво Пярт - прислал сочинение "Плащаница" для скрипки с оркестром… Это только если копнуть чуть-чуть сверху, то, что на поверхности.

Кстати, а вы продолжаете играть на скрипке Страдивари?

Вадим Репин: Я сейчас играю на Амати. Но я на многих скрипках играл. В основном, конечно, на Страдивари, Гварнери и Амати, в разные периоды жизни - это же все у нас связано с везением. Будь то Страдивари "Сарасате", или Гварнери "Стерн", или Страдивари "Роде". Вот сейчас - Амати "Репин" - наверное, можно так нескромно сказать (смеется).

Диалог со скрипкой для скрипача - это годы, когда ты начинаешь понимать, как инструмент реагирует на мысли. Не просто чувства, а мысли. И когда ты чувствуешь, что инструмент может не просто петь, а разговаривать, - ты переходишь на следующий уровень исполнительства.

Правда, что вы играли на скрипке Паганини?

Вадим Репин: Да, и не раз. Просто однажды получил приглашение сыграть на ней сольный концерт. Обычно на ней регулярно выступают победители конкурса Паганини. И я, получив предложение без участия в конкурсе сыграть на ней сольный концерт, сразу же согласился!

Она же до сих пор хранится в Генуе, под охраной?

Вадим Репин: Да, да. И тот первый раз, и последующие встречи с этим инструментом, убедили меня: однозначно, это самый великий инструмент, который я видел на Земле. Главное, что меня поразило - необычайный комфорт инструмента. Чем выше мы забираемся в позицию на инструменте, тем должно быть сложнее, а тут - порой бывало даже проще. Легкость звукоизвлечения, когда струна становится очень короткой, и при этом полнокровный звук в любой ситуации, в любой позиции, в любой тональности - это невероятно.

Рассказывая мне о Транссибирском фестивале и его образовательных программах, вы как-то сказали: "Возраст призывает делать добрые дела, больше отдавать". Не было идеи создать свою школу - или, может быть, скрипичный конкурс Вадима Репина?

Вадим Репин: Я не фанат конкурсов. А что касается систематической работы, я на пути к этому. Не могу назвать себя педагогом, не возьмусь за отдельно взятого талантливого молодого музыканта - здесь нужно больше, чем личный опыт. А вот через мастер-классы и мастер-курсы, приглашая замечательных педагогов и исполнителей, пытаюсь понять, что дает лучший результат. С прошлого года у меня появилась идея начать с азов и постараться привлечь как можно больше молодых педагогов, чтобы вырастить, прежде всего, поколение педагогов. Посвятим этой работе несколько лет и посмотрим, будет ли результат, повлияет ли это положительно на традицию.

Повседневная педагогическая работа - наименее азартная и наименее, как вам сказать, развлекательная, что ли, - при этом самая сложная. Мастер-класс - это всплеск эмоций, мыслей и импровизации. А профессия педагога подразумевает каждодневную работу. И она невероятно важна. Мне кажется, педагогам можно было бы дать новый стимул. Не в виде конкурсов, а с помощью каких-то других критериев. Постараюсь придумать их.

Но молодое поколение, если взять широкий срез, живет сейчас в клиповом мире: информационный шум, соцсети, интернет, развлечения, гаджеты, искусственный интеллект. Классическая музыка уходит в некую узкую нишу. Не сказывается это на современном исполнительском искусстве?

Вадим Репин: Понимаете, симфоническая, классическая музыка - для людей, которые уже обладают каким-то жизненным опытом, вкусами. До этого нужно дорасти, к этому нужно прийти. Но есть и очень много молодых ребят, которые страстно любят это, причем чем восточнее, тем их больше - сейчас такая мода в Азии, и это прекрасно. Мне кажется, настоящее искусство выживет всегда - без него жизнь немыслима.

С другой стороны, технологии, искусственный интеллект - неизвестно, что окажется важнее: знание технологических азов, умение общаться с искусственным интеллектом или оградить свои взгляды исключительно великим искусством. Боюсь давать оценку или судить на эту тему.

У нас сейчас такая плеяда молодых дирижеров – ждем поколение скрипачей, виолончелистов, пианистов

Для меня главное - живой концерт в концертном зале с замечательной акустикой, с прекрасными музыкантами и заинтересованной публикой. Это вершина счастья. Лет с семи-восьми я понял, что это венец того состояния и того счастья, во имя которого мы всю жизнь кладем на служение этой профессии.

А какие свои достижения вы считаете сегодня главными, какие моменты - незабываемыми, даже если их не замечает зритель?

Вадим Репин: Все вместе взятое - главное и незабываемое. Жизнь у меня счастливая: рядом соратник, друг, и муза. Все, что связано с семьей, включая нашу замечательную дочь, меня очень радует. Еще у меня растет сын, ему уже больше двадцати, он учится в университете и тоже радует успехами… Что касается музыкантских вещей - это участие в концертах на открытии Олимпийских игр в Афинах и в Сочи. Нельзя не вспомнить зал Московской консерватории, с которым связана вся моя юность - здесь я впервые выступил лет в 11-12. Дорог мне и Зал Чайковского, и Московская филармония - одна из самых замечательных в стране. И совершенно особенные залы, как Карнеги в Нью-Йорке, Музикферайн в Вене, Сантори-Холл в Токио.

Кстати, буквально пару недель назад я выступал в Сантори-Холле, одном из моих любимейших залов на планете: это был юбилей Сантори, и мне подарили небольшой карт-бланш - я выступил с оркестром и сыграл сольный концерт.

Вы говорите о залах - а за ними, конечно, люди, с которыми сводит судьба?

Вадим Репин: У меня был фестиваль в Париже, в Лувре, и помню, как нам, артистам, несколько раз разрешали гулять ночью по закрытому Лувру. Или, например, в начале двухтысячных концерт в Берлине, в парке Вальдбюне, где собралось больше тридцати тысяч зрителей - мы там играли с Марисом Янсонсом, запись этого концерта есть.

Захар Брон, Валерий Гергиев и Вадим Репин. Фото: Из архива Вадима Репина

И не могу не сказать и о Темирканове. Его уход до сих пор не отпускает. Помимо моего педагога Захара Брона, который был, наверное, самым важным человеком в моей музыкальной жизни, такие личности, как Менухин, Ростропович, - среди самых сильных потрясений в моей жизни. Или запись с Риккардо Мути концерта Бетховена в Венской филармонии. Или запись Крейцеровой сонаты с Мартой Аргерих, когда мы просто один раз прогнали финал в пять утра!

Конечно, с Колей Луганским нас связывает многолетнее сотрудничество. Валерий Гергиев, конечно, проходит через всю мою жизнь, с самого раннего возраста. На каждом этапе моего становления у нас были незабываемые концерты. Помню Роттердам - мы должны были играть сонату Бетховена, а вечером - концерт. Но соната не вышла. А симфонический концерт стал, наверное, одним из самых запомнившихся в моей жизни - потом даже разговаривать было сложно.

Да у нас сейчас такая плеяда молодых дирижеров в России, каждый - как бриллиант. Ждем теперь поколение скрипачей, поколение виолончелистов, у пианистов тоже много интересных звездочек, заметных за последние пару лет. Посмотрим.

Как вы отдыхаете между гастролями, что помогает держаться в такой прекрасной форме?

Вадим Репин: Рецепта нет, каждый день - что-то новое. Нам посчастливилось, скажем, со Светланой где-то провести несколько дней вдвоем и насладиться красотой, свободным временем, которое целиком для нас. Конечно, есть друзья, с которыми приятно встретиться. Но все разбросано, географически очень широко.

Ваш союз со Светланой Захаровой - встреча стихий: балет и музыка. Как гении уживаются в одном пространстве - бывают творческие споры или сплошная гармония, как в музыке?

Вадим Репин: Наша гармония состоит из таких понятий, как взаимопонимание с одного взгляда и уважение мнения друг друга. Если возникает вопрос, по которому у нас два мнения, - то чей вопрос, того и решение. А если решение оказалось не на сто процентов правильным, всегда можем совместно это поправить или забыть. А если правильным - порадоваться. Нужно принимать друг друга такими, какие мы есть.

Одна из самых любимых историй, которую я рассказываю друзьям: каждый концерт (а их было немало), который мы сыграли вместе с великим Темиркановым, железно, выходя на сцену, он произносил: "Вадюля, дорогой, ну что, будем взаимовежливы". Так и в жизни, и в музыке - рецепт для долгих и глубоких отношений.

Вы рассказывали, что ваша дочь Аня занимается художественной гимнастикой у Ирины Винер. Бываете на ее тренировках?

Вадим Репин: Конечно! И волнуемся, порой даже специально летим в другой город поболеть за нее. Это сложная вещь, болеть: в гимнастическом зале - как на балете в Большом или на симфоническом концерте - состояние порой даже более стрессовое, чем у того, кто на сцене. Поэтому стараемся всегда быть её тылом.