Кто вы, Николай Кузнецов? Тайны жизни и смерти легендарного разведчика

Сколько книг написано о нашем легендарном разведчике Герое Советского Союза Николае Ивановиче Кузнецове, сколько фильмов снято, и кажется, уже ничего нового о нем не найти не сыскать. Но Лев Моносов, автор исследования "Легендарный Кузнецов. Загадки и тайны жизни и смерти. 1943", нашел. И 270 страниц - девять глав - его повествования, не профессионального литератора, а инженера по защите Петербурга от наводнений, открывают нам невиданные глубины работы великого нелегала в фашистском тылу. Позволю себе замечание. Книга написана хорошо еще и потому, что автор просто не знал, как плохо и скучно пишутся такие труды.

Есть еще энтузиасты

Но откуда это стирание белых пятен в ранее совершенно засекреченной кузнецовской биографии, где уже открыто то, что должно было быть открыто? В свое время из одного сурового архива с просьбой предоставить некоторые материалы о разведчике мне официально сообщили: большинство томов дела Н.И.Кузнецова по-прежнему не рассекречены.

Николай Кузнецов, 1920-е годы. Фото: Общественное достояние/commons.wikimedia.org

Пару десятилетий назад узнал, что есть, оказывается, люди, увлеченно занимающиеся тщательнейшим изучением судеб разведчиков Николая Кузнецова, Дмитрия Медведева, Вильяма Фишера - он же Рудольф Абель, Геворка и Гоар Ватанянов... К СВР, ФСБ и их пресс-службам никакого отношения не имеют. Ни в какие кружки по интересам не объединены. У каждого собственная благородная цель - открыть новое в обычно запутанной биографии своего героя. Ездят на свои деньги на родину разведчика, в российские города, где он работал, ищут и находят по всему миру, не только в России, родственников, знакомых. Не без пользы роются в открытых, подчеркиваю, именно открытых, наших и зарубежных архивах. Среди энтузиастов, обращавшихся с вопросами и ко мне, - шофер такси, фотограф, пенсионер, что особенно отрадно, несколько студентов, офицер - участник СВО... и инженер Моносов. Он помог мне в сборе материалов по Кузнецову. Всерьез воспринял совет самому взяться за перо, выпустил несколько полезных брошюр о Николае Ивановиче. И вот достойный труд, о котором надо бы рассказать.

Но для начала, для общего понимания наводящий вопрос:

- Лев Моисеевич, откуда этот интерес к Николаю Кузнецову, почему именно он?

- От отца-фронтовика. Он покупал много книг о войне. Лет в девять "Это было под Ровно" Дмитрия Медведева стала любимой. А разведчик Николай Кузнецов из партизанского отряда "Победители" превратился в главного героя жизни. И как-то пошло, втянулся, читал, собирал все материалы, хоть как-то с Николаем Ивановичем связанные. За границей нашел людей, его знавших, вытягивал из них любые детали и подробности, застал и успел записать беседы с партизанами. Долго общался с доктором отряда "Победители" Альбертом Вениаминовичем Цесарским, дружившим с разведчиком. И конечно, постоянная работа в архивах разных городов и стран.

- С каких же пор начали заниматься этой темой серьезно?

- С 1972-го, когда закончил наш ленинградский гидрометеорологический.

Ничего себе, стаж - пять десятилетий с гаком.

Прыжок в "Победители"

А я коротко расскажу об эпизодах жизни Николая Кузнецова, открывшихся в новой книге-исследовании.

26 октября 1942 года в районе партизанского отряда "Победители", действовавшего в лесах под Ровно, приземлились 11 десантников. Среди них и боец Грачев. Долетели до места выброски чудом. Скорость у "Дуглас" и так небольшая, а он еще и перегружен людьми и снаряжением. Через полтора часа, уже на оккупированной территории, самолет обстреляли немецкие зенитки. Еще 15 минут, и тихоходный "Дуглас" дважды атаковали ночные истребители, но хитрым маневром экипаж увернулся от атак. Как только не сбили за четыре часа полета. Ровно в 00 часов на предельно малой 200-й высоте, иначе парашютисты превратились бы в легкую мишень, десантировались. Никаких запасных парашютов - низко, все равно запасной бы не раскрылся. Десять десантников приземлились благополучно. Одиннадцатый угодил в болото. Выбраться - почти невозможно, да еще тянет вниз тяжеленная парашютная сумка. Но одиннадцатый не хотел погибать уготованной смертью. Боролся, выкарабкивался. И выбрался.

Март 1940 года. Фото: wikipedia.org/ Общественное достояние

До отряда он добрался в одном сапоге. Второй засосало проклятое болото. А человек улыбался. Отрапортовал командиру РДР № 4/190 (не для чекистов известный как отряд "Победители") Дмитрию Медведеву о прибытии. Это был боец Николай Васильевич Грачев, он же специальный агент Николай Иванович Кузнецов, оперативный псевдоним Колонист, для немцев обер-лейтенант Пауль Зиберт. С Медведевым они познакомились еще осенью 1941-го, когда в Москве создавали специальное отделение, к счастью, не потребовавшееся, для работы в подполье на случай захвата столицы. Входил в него и Кузнецов.

Кстати, за проявленное мужество при доставке десантников экипаж самолета был удостоен награды. Руководитель IV Управления Павел Судоплатов устроил для летчиков ужин с коньяком. Командиру борта № 1842401 майору Борису Тацию было суждено погибнуть в ночном бою 24 февраля 1944-го.

Как можно было выжить в Ровно

Город Ровно, где нелегалу Кузнецову предстояло работать под легендой обер-лейтенанта Зиберта, оккупанты назвали столицей рейхскомиссарита Украина. Комендантский час с 18:00 до 5:00. За нарушение - расстрел на месте. Нельзя менять место жительства, обязательна регистрация в полиции. За неисполнение - строжайшая кара вплоть до виселицы. Жителям запрещалось пользоваться транспортом - городским и железнодорожным, электричеством, телеграфом, почтой, аптеками. На магазинах, ресторанах, парикмахерских объявления - "Только для немцев". При нахождении на улице запрещено держать руки в карманах. На каждом шагу обыски, облавы, проверки документов. Любое подозрение - и сразу в один из трех лагерей смерти, что прямо в городе. Всех евреев - в гетто и дальше в машины-душегубки.

Народный художник России Никас Сафронов передал в портрете разведчика грусть, усталость и, быть может, предчувствие неизбежного. Фото: Из книги Н. Долгополова, Н. Сафронова "Легально о нелегальном"

Как здесь не просто выживать, но и бороться, поддерживать связь с подпольем. А разведывательная сеть резидента Кузнецова в Ровно состояла из 28 явочных квартир. Мы знаем, как здорово освоил немецкий и некоторые его диалекты Колонист. Восхищаемся его умением найти подход даже к закрытым для общения эсэсовцами. Но задумываемся ли, что, прежде чем принять обличье немецкого офицера, это обличье надо было физически достать. В тщательно собранной в Москве немецкой прорезиненной плащ-палатке Кузнецова, которую он все-таки вытащил из болота, хранились деньги, самые разные подлинные документы, пистолет Luger с двумя обоймами патронов, отутюженные офицерский китель, бриджи и белые рубашки… Под 30 наименований самых разных и только немецких предметов одежды и снаряжения. Никакого пренебрежения к мелочам - отыскали коробки спичек Jupitar, пачки сигарет Oberst. Под условным номером 13 значились непонятные "психостимулирующие таблетки "кола", как пишет Моносов, до сих пор засекреченные. Лишь часть документов на имя Пауля Зиберта была нашенской, безупречно изготовленной художником-разведчиком Павлом Громушкиным. За 18 с половиной месяцев в Ровно документы у нелегала проверяли 70 раз. И никаких подозрений. А сколько же попавшего к нам военного снаряжения вермахта пришлось перерыть и точно подогнать под размер Кузнецова. Никто в Центре не предполагал, что разведчик останется в Ровно так долго. И шинель, зимнее пальто с меховым воротником доставили из Москвы самолетом.

И все равно тщательно собранного в Москве не хватило. Некоторые элементы военной формы пришлось шить прямо в лесу. По приказу Медведева в Ровно партизанские разведчики раздобыли фурнитуру, нитки. Чудом в отряде оказался варшавский портной Ефим Драхман, сбежавший от немцев в 1939-м. Но и у него поначалу не было даже утюга, немецкий мундир отглаживали разогретым на огне топором. Потом прибыл в отряд и утюг. Предусмотрели: от одежды могло попахивать костром. И Кузнецов, направляясь из отряда в Ровно, переодевался во все немецкое на партизанских "маяках", поближе к городу. Кузнецов лично уничтожил 11 немецких генералов и высших представителей администрации, добыл ценнейшую стратегическую информацию.

А главное задание, полученное в Москве, Колонист не выполнил. Рейхскомиссара Украины Эрика Коха, уничтожившего на оккупированной территории более четырех миллионов человек, убить не удалось.

Грачева - расстрелять!

С Валентиной Довгер случилась истерика: "Трус, испугался собак. У тебя было больше часа, и ты не уничтожил этого зверя…". Они с Кузнецовым только выехали из резиденции рейхскомиссара Коха на фаэтоне, и она, рыдая, уже выкрикивала ему в лицо оскорбления. Кузнецов объяснял, что не мог стрелять. Довгер не слушала, проклинала, а на явочной квартире в Ровно написала донесение в отряд Медведеву: причина - трусость Грачева.

Выстрелить в Коха разведчику было физически невозможно

Медведев посылает радиограмму в Центр о неудавшемся покушении на Коха и отзывает Кузнецова из Ровно. Тот через неделю возвращается и сразу попадает под арест. Командир отряда знает, что делать. Предстоит расследование, и если трусость Кузнецова подтвердится, того ждет расстрел. А заместитель наркома НКГБ СССР Кобулов и без всяких расследований знает, что не выполнивший приказ Сталина - виновен. Вердикт в его радиограмме: "Расстрелять!" Паулю Зиберту быстро находят замену. Все дела Кузнецова в Ровно срочно передать разведчику Павлу Струтинскому. И тут происходит в отряде неслыханное. Струтинский отказывается, в трусость боевого соратника не верит, открыто говорит, что заменить Кузнецова в Ровно невозможно. Медведев слегка остывает. Начинается расследование.

Тем временем личная радистка Пауля Зиберта, оперативный псевдоним Маша, впоследствии полковник нелегальной разведки испанка Африка де Лас Эрас, своим личным шифром радирует непосредственному начальнику Павлу Судоплатову о случившемся. И разведчик, лично уничтоживший главаря украинских националистов Коновальца, советуется с узким кругом подчиненных. Все Кузнецову доверяют, трусом не считают. Но и Судоплатову не под силу отменить приказ заместителя наркома. Это может сделать только сам нарком Берия. Павел Анатольевич уговаривает его заменить расстрельную резолюцию на другое, более мягкое наказание. И Берия прислушивается. В посланной из Москвы радиограмме предлагается "не пороть горячку и вернуть Грачева на оперативную работу в Ровно". Кузнецова освобождают от ареста, Дмитрий Медведев докладывает руководству о проведении с проштрафившимся "воспитательной работы". Паулю Зиберту снова разрешено ежесекундно рисковать жизнью в насквозь просматриваемом фашистскими спецслужбами Ровно. Он нужен и действительно незаменим.

Мститель не казнил палача

Опустим описание сложнейших оперативных комбинаций, благодаря которым обер-лейтенанту Паулю Зиберту удалось добиться аудиенции у высокопоставленного фашиста. Предлог: он просит не отправлять свою невесту фольксдойче (этническую немку. - Авт.) Валентину Довгер в Германию. Ее отца убили партизаны. На самом деле отца, помогавшего партизанам, убили немцы, Валентина - связная отряда и никакая не невеста. Предлог для аудиенции выбран не слишком убедительный, но Кох редко бывает в Ровно, к нему не пробиться и генералам. Но за обер-лейтенанта просят хорошие знакомые Зиберта - адъютант палача Бабах и дрессировщик любимых Кохом собак-убийц ефрейтор Шмидт.

Почтовая марка СССР с изображением Николая Кузнецова, 1966 год. Фото: wikipedia.org/ Общественное достояние

Что же произошло на втором этаже личной квартиры Коха 31 мая 1943 года? Досконально установлено: в рейхскомиссариате разведчики пробыли два часа. 20 минут на оформление пропусков и прочие формальности. Затем пятиминутная аудиенция Довгер у Коха, во время которой 19-летней Валентине не удалось произвести впечатления на немца. Вызвала раздражение и подозрения: она не фольксдойче, а полька, пусть отправляется на работы в рейх.

Если бы не адъютант Бабах, не проникнуть бы Кузнецову к Коху. А тот сразу набросился на обер-лейтенанта: почему не проверил женщину через гестапо. Да и вообще, кто он такой. Мститель собирался показать документы. Посмотрел бы их Кох, и провал неминуем. 24-й странице принадлежавшего убитому Зиберту зольдбуха значилось: в 1937 году тот обручился с Лоттой Шиллер. Какая же тогда может быть невеста у офицера? Да, страничку из зольдбуха в Москве удалять не стали. Но это же значило, что в случае относительно тщательной проверки, разведчик обречен? Как могли пойти на это в НКГБ? И почему сам Николай Иванович решился на такое? По мнению исследователей, тонкий психолог Кузнецов верил: до 24-й страницы никто из даже дисциплинированных немцев не дойдет. И оказался прав. Но ведь риск мог стоить жизни.

Тут Коха отвлек адъютант, сообщивший, что рейскомиссар и Зиберт земляки - оба из Восточной Пруссии. Совсем не сентиментальный Кох пустился в воспоминания. Отыскался и общий знакомый, о котором посетитель высказался с почтением и попал в точку. Разговор приобрел не дружелюбный, такого быть не могло, но относительно спокойный характер. Офицер-фронтовик, типичный ариец Коху нравился. Быть может, Зиберт завоевал расположение твердостью: несмотря на неудачу под Сталинградом, он верил в победу рейха.

Валентина Довгер поспешила обвинить Кузнецова в трусости. И ошиблась. Фото: Из книги Л. Моносова "Легендарный Кузнецов"

При проходе в квартиру Коха его охрана допустила чудовищную ошибку. Не заметила пронесенный посетителем пистолет. Его Кузнецов и попытался вынуть. Сделал вид, что полез за платком. И собака, натренированная его "дружком"-ефрейтором, сразу же зарычала. А два стоявших за спиной охранника сразу же положили руки на плечи посетителя. Вскоре к ним присоединился и третий. Кузнецов был готов принять смерть, но ни малейшей физической возможности достать пистолет не было. Ему бы не дали выстрелить. Это был настоящий провал.

Утешением стало внезапно у Коха вырвавшееся: вскоре под Курском фюрер даст бой красным и одержит решающую в этой войне историческую победу. Последовали и некоторые другие подробности. Как Кох мог проболтаться, выдав государственную тайну простому впервые увиденному офицеру? Прожженный нацист поддался обаянию русского разведчика. В конце полуторачасовой (!) аудиенции приказал в виде исключения разрешить невесте Зиберта остаться в Ровно и даже оформить ее на работу в рейхскомиссариате.

В Екатеринбурге установлен памятник легендарному разведчику Николаю Кузнецову. Фото: Татьяна Андреева / РГ

Валентина, сидя в приемной, ждала выстрела и собственной смерти. Вместо этого увидела Грачева и услышала поздравления с удачной аудиенции. Какой-то генерал, как пишет Моносов, с протезом вместо руки, пожелал ей успехов. Это был безжалостный верховный судья Украины Функ. Через несколько месяцев Кузнецов убьет его в здании суда. Валентина с "женихом" уселись в фаэтон. Дальше вы знаете.

За проявленные отвагу и мужество Валентину Довгер в 1965 году наградили орденом Ленина. Кузнецов удостоился этой награды в декабре 1943 года. 5 ноября 1944-го Николаю Ивановичу Кузнецову посмертно присвоили звание Героя Советского Союза. Он погиб в бою с бандеровцами в ночь с 8 на 9 марта 1944 года.