Ормуз может остаться закрытым до 2029 года. Что ждет российский экспорт нефти?

Ормузский пролив может остаться закрытым до 2029 года, если США не примут все требования Ирана. Об этом сообщил Маджид Шакери, советник спикера иранского парламента Мохаммада Галибафа. По его словам, лучшей тактикой для Ирана будет избегать как открытой войны с США, так и заключения мирной сделки с Дональдом Трампом до конца его президентского срока.

Заявление Шакери подтолкнуло цены на нефть на несколько пунктов вверх, котировки сорта Brent поднялись почти до 90 долларов за баррель, но не более. И это при том, что через Ормузский пролив проходило около 20-21 млн баррелей нефти и нефтепродуктов (около 20% мирового потребления) в сутки. Сейчас поставки упали до 0,5 млн баррелей в сутки.

В самом начале кризиса на Ближнем Востоке говорили о ценах в 150 долларов за баррель, если Ормуз будет перекрыт больше трех месяцев. Сейчас пошел уже шестой месяц конфликта США и Ирана, и большую часть этого времени Ормузский пролив остается заблокированным, но котировки не поднимаются даже выше 100 долларов за баррель.

Фактически все переговоры США и Ирана, независимо от их успешности, сейчас ничего не меняют. Рынок прекрасно понимает и в котировки барреля уже заложено, что проблемы с проходом Ормузского пролива могут быть решены либо силовой операцией США в Иране, которая приведет к смене власти в исламской республике, либо крепким мирным договором сторон, который возможен только после ухода Дональда Трампа с поста американского президента. Во всех остальных случаях риски нарушения любого перемирия и возобновления конфликта остаются слишком высокими.

Ситуацию ухудшает активное вступление в конфликт йеменских хуситов, которые фактически объявили войну нефтяному экспорту Саудовской Аравии, атаковав нефтеперерабатывающий завод (НПЗ) и несколько танкеров королевства в Красном море. Под ударом оказался единственный маршрут поставок саудовской нефти в обход Ормузского пролива.

Парадокс, но крупнейшими бенефициарами существующего положения дел остаются США и Россия. Как заметил в беседе с "РГ" глава Фонда национальной энергетической безопасности Константин Симонов, США сделали цены на нефть управляемыми. Существующие котировки их устраивают, они высокие, но не запредельные. Этого достаточно, чтобы поддерживать и наращивать американскую нефтедобычу, при этом не доводя до кризиса ситуацию с ценами на бензин внутри США.

Для России плюс в том, что сравнительно с началом года высокие котировки барреля позволяют наполнять бюджет и даже получать дополнительные нефтяные доходы, поясняет эксперт. Дисконт на российскую нефть в периоды ограниченного предложения сужается, а ее импортеры меньше обращают внимание на санкции США и ЕС, которые, кстати, сейчас работают в полном объеме. Индия как покупала нашу нефть в период американских исключений для нее из санкций США, так продолжает покупать и сейчас, а в импорте Китая доля российской нефти достигла уже 28%, подчеркивает Симонов.

Впрочем, для России сейчас ситуация сложилась некоторым образом двоякая. Поскольку нашей стране приходится частично импортировать бензин из-за границы, то рост цен в мире начинает сказываться на нашем внутреннем рынке и бить по доходам бюджета. Импортеры топлива получают субсидии из бюджета для сдерживания роста цен в России, а отечественные производители топлива получают аналогичные выплаты (демпфер). Их расчет привязан к стоимости бензина, дизеля и авиакеросина за границей. Чем выше будут мировые цены на них, тем сильнее станет давление снизу на цены в нашей стране и увеличатся бюджетные выплаты импортерам и производителям.

Кроме того, по словам генерального директора компании "ДА-Консалтинг" Даниила Тюня, для России ситуация становится менее выгодной, чем в начале ближневосточного кризиса. Первоначально РФ получила сразу два преимущества: высокую мировую цену и резко возросший спрос Азии. Сейчас появляется обратная сторона. По итогам июля на Китай приходилось около 50% российского экспорта сырой нефти, на Индию - 37%. То есть примерно 87% объемов фактически приходится всего на два основных рынка. Такая концентрация дает Пекину и Нью-Дели очень сильную переговорную позицию по цене. Для России сегодня важнее не то, сколько стоит Brent, а сколько в итоге стоит российская нефть после дисконта, фрахта, страхования и санкционных издержек. Именно здесь находится главный риск дальнейшего ужесточения американских санкций: Вашингтону необязательно физически останавливать российский экспорт, достаточно сделать его обслуживание дороже и заставить покупателей требовать дополнительную скидку.

Но, как отмечает Симонов, сейчас почти никто не заинтересован в сокращении объемов российского экспорта нефти. Даже Европа и США, несмотря на разные политические заявления. Достаточно обратить внимание, что прекратились попытки ударов БПЛА по нашим балтийским портам. А в Черном море атака произошла на терминал КТК, который больше связан с нефтью Казахстана, европейскими и американскими компаниями, а не с Россией. В каком-то смысле перекрытие Ормузского пролива защищает Россию от санкций, считает эксперт.

Диктовать условия производителям товара при дефиците его предложения едва ли возможно. По мнению Симонова, в существующих условиях США не будут слишком пристально следить за исполнением собственных санкций и тем более ужесточать их.

При этом если перекрытие Ормуза затянется до 2029 года, рынку неминуемо придется адаптироваться к существующим условиям. Это касается как создания обходящих Ормузский пролив маршрутов экспорта нефти из стран Персидского залива, так и увеличения предложения нефти из других стран.

Сейчас есть долгосрочный риск - усиление конкуренции за азиатского покупателя со стороны производителей, которым Ормуз вообще не нужен, уверен Тюнь. США, Бразилия, Гайана, Канада и часть западноафриканских производителей способны поставлять нефть в Азию, не проходя через Ормузский пролив. Еще до нынешнего кризиса США, Бразилия и Гайана активно наращивали предложение, причем значительная часть их экспортных потоков уже направлялась азиатским НПЗ.

При этом Россия сохраняет важное конкурентное преимущество - географическое, подчеркивает Тюнь. В Китай российская нефть может поступать не только морем, но и по трубопроводам, а расстояние от порта отправления до получателя значительно меньше, чем из Бразилии, Гайаны или США. Поэтому вытеснения России с азиатского рынка не произойдет. Хотя возможно, что Китай и Индия будут максимально диверсифицировать закупки и использовать конкуренцию поставщиков для получения лучших условий. Для России это означает борьбу уже не столько за физическую возможность продать баррель, сколько за размер дисконта, уточняет эксперт.

Симонов также полагает, что Китай продолжит главным образом ориентироваться на импорт российской нефти. Увеличение закупок в Бразилии, которое произошло в этом году, временное. Производители нефти из Северной и Южной Америки нацелены на другие рынки, а Китай, выбирая поставщиков сырья, никогда не упускает из вида политику, поэтому больше будет ориентироваться на импорт из России, считает эксперт.