Какие резервы есть у индустрии Урала для возобновления роста

Прошлый год экономика Уральского федерального округа завершила в состоянии застоя и даже небольшого спада. Причины хорошо известны: санкционное давление и сжатие внешних рынков сбыта, укрепление рубля, удорожание импорта и кредитов, сокращение экспортной выручки, инвестиционных ресурсов, замедление роста внутреннего спроса. Есть ли резервы и основания для оптимизма, обсуждаем с заместителем директора Института экономики УрО РАН Викторией Акбердиной.

Виктория Викторовна, сначала о позитивном. По итогам прошлого года в Курганской области рост в машиностроении, а это в основном оборонка, превысил 50 процентов. В то же время с приближением окончания СВО президент все настойчивее указывает на необходимость развития производства товаров двойного назначения, подъема гражданского сектора. Что предстоит для этого предпринять нашему ОПК?

Виктория Акбердина: Прежде всего отмечу: то, что мы наблюдаем в Курганской области, не долгосрочный тренд, а временное, причем предельное отклонение. Производственные мощности Зауралья загружены на все сто процентов, и обеспечить дальнейший рост проблематично.

Чтобы оборонно-промышленный комплекс оставался драйвером и в условиях конверсии, необходимо, чтобы при сохранении потенциала основного производства гражданская продукция выпускалась не как попутная. К этому направлению нужно относиться как к полноценному процессу, более того, как к бизнесу, в котором правит профессиональный и эффективный маркетинг и важны рыночные показатели. При этом принципиально важно учитывать, что сейчас покупают не отдельный товар, а жизненный цикл, включая сервисные услуги, обучение специалистов и так далее. И оборонке понадобятся соответствующие кадры.

В случае с "конверсией 2.0" проблема будет заключаться еще и в том, что за годы СВО рабочие предприятий ОПК привыкли к высоким зарплатам. Для рынка гражданской продукции себестоимость является ключевым фактором, и такой уровень зарплат просто не позволит продукции быть конкурентоспособной. Кроме того, сегодня среднее профессиональное образование вдруг оказалось престижнее высшего и перетягивает тех, кто мог бы выучиться на инженера. В какой-то момент рынок труда инженеров станет высокодефицитным. Рассчитывать на временно безработных в этом случае нельзя. Уровень безработицы и так минимален - лишь два процента. В будущем это может оказаться серьезным тормозом не только для ОПК, но и для всей национальной экономики.

Явное конкурентное преимущество, которым отечественные производители обладают прямо сейчас, - географическая близость к потребителям

В последнее время просели базовые отрасли УрФО - нефтедобыча и металлургия. Вместе с тем развитие машиностроения и других высокотехнологичных отраслей, по заключению вашего института, носит очаговый характер. Выходит, структурного перехода экономики от низких переделов к высоким не получается?

Виктория Акбердина: Во-первых, такой переход не означает отказа от фундаментальных низкопередельных отраслей. Та же металлургия для Свердловской области - это более половины промышленности, для Челябинской - около 60 процентов. Во-вторых, для таких отраслей с долгими инвестиционными и производственными циклами, как металлургия или тяжелое машиностроение, один год не показателен, не отражает реальную ситуацию. Если наложить падение 2025-го на рост в предшествующие пару лет, картина окажется не столь драматичной. Средний темп инвестиций, промпроизводства и экономического роста намного выше, чем в предыдущую пятилетку.

Да, в 2025 году рубль значительно укрепился, экспортная выручка сократилась, из-за торможения строительной индустрии сжался внутренний спрос на металлоконструкции. Замедление мы будем наблюдать еще какое-то время, но говорить о резком спаде в сравнении, скажем, с 2021 годом я бы не стала. Происходит коррекция, потому что экономика не может постоянно расти высокими темпами, рано или поздно наступает предел, а дальнейший рост возможен только на новых производственных мощностях и при наличии дополнительных кадров. Это, в свою очередь, возможно лишь при значительных инвестиционных расходах.

В УрФО, несмотря на сокращение в 2025 году объемов инвестиций на 15 процентов, инвестпрограммы многих крупных корпораций и компаний не останавливаются. Однако пока макроэкономический фон в целом неблагоприятен, и говорить о новой инвестиционной волне в высокотехнологичных отраслях еще рано. Даже сегодня, когда в условиях охлаждения экономики процентные ставки по кредитам для обрабатывающих производств, как и для аграриев, чуть ниже, чем, допустим, для горнодобывающих компаний, торговли и общепита. И даже с учетом широких возможностей для таких компаний получать целевые займы Фонда развития промышленности под льготные проценты.

Если говорить о среднетехнологичных отраслях, то для них рост может быть связан с переходом на новые рынки сбыта. Металлургия, производство металлоконструкций, как и стройиндустрия в целом, могут временно переориентироваться с жилищного на промышленное строительство, которое стимулируется промышленной ипотекой и созданием площадок под размещение индустриальных объектов, а также на удовлетворение спроса со стороны железной дороги в рельсах и подвижном составе в связи с развитием восточного и северного направлений перевозок.

Да и возведение жилья поставлено на паузу не навсегда. Стройиндустрия, включая производство стройматериалов, - традиционно одна из ведущих отраслей уральской экономики. В прошлом году она, если взять усредненные показатели, можно сказать, топталась на месте. Считается, что стагнация наступила после отмены льготной ипотеки. В перспективе напрашивается противоположное решение?

Виктория Акбердина: Я не сторонник возврата льготной ипотеки на данном этапе: она подтолкнет инфляцию, а не потребительский спрос. Выход скорее в снижении себестоимости проектов, строительстве недорогого типового жилья, с одной стороны, и в развитии индивидуального жилищного строительства - с другой. Например, в Челябинской области прошлогодний рост объемов строительных работ почти на шесть процентов и ввода жилья почти на 4,5 процента связан в первую очередь именно с ИЖС. Благодаря активному росту экономики и доходов граждан в предыдущие годы средний класс стал многочисленнее, и спрос на загородное жилье подрос. Кроме того, варианты коттеджной застройки привлекательны для семей, планирующих рождение нескольких детей, поэтому в той же Челябинской области ИЖС поддержано льготными государственными программами.

Еще один ресурс для оживления стройиндустрии - развитие агломераций, увеличение транспортной доступности пригородов и повышение таким образом интереса платежеспособных покупателей к загородной недвижимости, более дешевой с точки зрения и стоимости квадратного метра, и коммунальных расходов. Яркие положительные примеры - Арамиль и Сысерть, находящиеся в 30 и 50 километрах от Екатеринбурга. К ним могли бы присоединиться Среднеуральск, Дегтярск и другие малые города, но у многих из них есть инфраструктурные ограничения. Например, Дегтярск от уральской столицы сейчас отделяют 60 километров по Московскому тракту, но, если восстановить один заброшенный мост, расстояние сократится наполовину.

Вернемся к вопросу о высоких переделах. Мне доводилось сталкиваться с критической оценкой качества отечественной импортозамещающей продукции. Разделяете ее?

Виктория Акбердина: Это действительно существенная проблема. Большинство потребителей, мнением которых мы интересовались, признались, что в случае снятия санкций они вернулись бы к европейской продукции. А пока многие предпочитают российским товарам китайские - не только потому, что они дешевле, хотя цена по-прежнему остается главным фактором их конкурентоспособности на российском рынке. Для этого в Поднебесной созданы все условия: низкая стоимость рабочей силы, энергоресурсов, серьезная господдержка в виде льготных кредитов, субсидирования контейнерных перевозок и так далее. Вместе с тем значительная часть китайской промышленной продукции действительно высокого качества.

Да, наш внутренний рынок недостаточно защищен от импорта. Но некоторые российские компании и сами не прочь наклеить собственный шильдик на китайский товар или продукцию, собранную из привозных узлов, и выдать чужое за свое, якобы импортозамещающее. Минпромторг РФ постоянно совершенствует систему идентификации продукции российского происхождения и в конечном счете закроет лазейки для таких ловкачей. К этому стремятся не только контролирующие органы, но и ответственные российские производители - члены РСПП, ТПП и других бизнес-объединений.

Но и в этом случае, чтобы успешно конкурировать с зарубежными, прежде всего китайскими производителями, мало оградиться таможенными пошлинами, налогами, утилизационным сбором, государственными субсидиями, преференциями при госзакупках и другими протекционистскими мерами, которые в результате оплачивает конечный потребитель. Полная защита внутреннего рынка и создание тепличных условий для производителей просто убьют конкуренцию, предприятия не будут мотивированы работать над качеством. А ведь это ключ к долгосрочному росту, и времени у нас совсем немного.

Явное конкурентное преимущество, которым отечественные компании обладают прямо сейчас, - географическая близость к потребителям. Повторю рекомендацию: на внутреннем рынке, в том числе по госзакупкам, нужно продавать не просто товар, а жизненный цикл продукта - доставку, монтаж и запуск, обучение персонала, поставку запчастей, сервисное обслуживание. И тогда мелкие китайские фирмы - уже не конкуренты. У китайцев продукция сравнительно недорогая, но сервис - золотой.

Ну а если охватить взглядом уральскую экономику в целом, то жизненных сил ей очевидно придаст снижение ключевой ставки и ослабление рубля. Наберемся терпения.