Почему технари зарабатывают больше гуманитариев? Проректор НИУ ВШЭ Сергей Рощин - об исчезающих профессиях и будущем университетов

Какие профессии скоро исчезнут? Останется ли ценным вузовский диплом и почему технари зарабатывают больше гуманитариев? "Российская газета" беседует с проректором Высшей школы экономики, руководителем Лаборатории исследований рынка труда факультета экономических наук НИУ ВШЭ Сергеем Рощиным.

Сергей Юрьевич, говорят, что понятие высшего образования нужно переосмыслить. О чем это?

Сергей Рощин: Сегодня происходят технологические изменения, которые влияют на абсолютно все сферы деятельности. А поскольку образование - это про то, чтобы научиться что‑то делать, знать и применять на практике, то, конечно, встает много вопросов к тому, что мы традиционно называли высшим образованием. Например, соотношение высшего и среднего профобразования существенно изменилось. Часть выпускников вузов приходят на рабочие места, не требующие высшего образования, и, наоборот, выпускники СПО по ряду направлений занимают места, которые в своих квалификационных требованиях предполагают как раз высшее образование. Определенные специальности, которые раньше выглядели, как "высшее образование", с изменением технологий вполне могут быть реализованы как подготовка в СПО. Конечно, все эти вызовы связаны во многом с цифровой революцией и развитием искусственного интеллекта, но не только.

Какие профессии могут исчезнуть и какие навыки должны стать основными для студентов и выпускников?

Сергей Рощин: Да, некоторые профессии действительно могут уйти в прошлое. Мало кто сейчас вспомнит профессию оператора ЭВМ. Когда‑то это была отдельная профессиональная ниша, но с развитием технологий она потеряла актуальность. Сейчас, например, можно с уверенностью сказать, что менее востребованным становится бухгалтерский труд: многое из того, что раньше бухгалтер делал "руками", теперь умеет искусственный интеллект. "Цифра" существенно меняет требования к этой профессии. Однако чаще речь не столько об исчезновении профессий, сколько об изменении набора компетенций. Умение использовать различные цифровые сервисы и тот самый ИИ становится принципиально важным.

Кстати, про ИИ. Есть мнение, что экзамены скоро уйдут в прошлое, потому что знания школьников и студентов смогут объективно оценивать нейросети. Такое возможно?

Сергей Рощин: Конечно, искусственный интеллект многое упрощает. Но важно не только, что человек знает, но и что он умеет делать. Проверка умений решать практические системные задачи и проблемы, а не только выполнять отдельные задания, остается актуальной задачей мастера, учителя, преподавателя. Да, сегодня все чаще информация хранится в цифровом виде - электронные школьные журналы, данные ЕГЭ, зачеты, контрольные. Так называемый цифровой след. Но даже если какие-то действия и результаты фиксируются в цифровом портфолио, это не всегда в полной мере отражает то, как знания применяются на практике. Это задачка, готового ответа на которую пока нет.

Многое из того, что раньше бухгалтер делал "руками", теперь умеет ИИ

Привычные нам понятия очного и заочного образования уже не актуальны: все чаще мы говорим про онлайн- и офлайн-образование. Причем, кажется, онлайн вытесняет офлайн. Это так?

Сергей Рощин: Не совсем. Нельзя утверждать, что онлайн вытесняет офлайн. Существуют полностью онлайн‑программы, а есть гибридные форматы, где онлайн‑элементы активно используются в рамках традиционных офлайн‑программ. Важно понимать: "офлайн и онлайн" - это не то же самое, что "очное и заочное". Заочное обучение подразумевает прежде всего меньший объем контактных часов между студентом и преподавателем. Дистанционное, онлайн-образование (в современном понимании) не равнозначно заочному: оно позволяет учиться без обязательного физического присутствия в одном пространстве с преподавателем. У онлайн‑формата весомые преимущества: он преодолевает расстояния и позволяет в более гибких вариантах выстраивать график занятий для тех, кто совмещает учебу с работой. Тренд не на вытеснение, а на переплетение: онлайн‑формат - эффективный инструмент, который может давать качественное образование. При этом смысл заочного образования во многом пропадает.

Говорят, что во всем мире работодатели все меньше внимания уделяют диплому как "корочке" и требуют от выпускников вузов в первую очередь практические навыки. Возможен ли полный переход на такую модель в России?

Сергей Рощин: В ближайшее время вряд ли. Полностью заменить диплом набором компетенций невозможно, потому что отдельные навыки не всегда складываются в целостную картину. Диплом о высшем образовании должен отражать сочетание фундаментальных предметных знаний, инструментальных и прикладных компетенций, а также то, как все это выпускник умеет применять на практике в разных сферах.

В одном из исследований вашей лаборатории говорится: лучше всего на рынке труда - карьера, зарплата - чувствуют себя те, кто получил образование в области математики, компьютерных наук и IT. Гуманитарии - в аутсайдерах. Что делать?

Сергей Рощин: Скажу сразу: даже среди выпускников инженерных и математических направлений ситуация неоднородна: часть очень востребована, другая - нет. Это важно учитывать. Но гуманитарное образование действительно сегодня "на распутье". Оно во многом опирается на давние традиции. В конце XIX-начале XX века высшее образование развивалось в ответ на технологические и рыночные вызовы, но классическое гуманитарное образование - философия, история, филология - во многом так и осталось ориентированным на академическую среду. В нем до сих пор маловато, так скажем, прагматики: навыков, выходящих за рамки исследовательской и преподавательской деятельности. Эта проблема характерна для всего мира. Что с этим делать? Гуманитарии должны дополнять свои знания цифровыми навыками, пониманием бизнес‑процессов, умением встраивать свои результаты в социально‑экономическую деятельность. Это не значит, что историков нужно превращать в менеджеров, но они должны понимать, как их работа соотносится с реальными задачами общества и экономики.