Три вопроса сформулировал Минск на заседании ПС ОБСЕ в Вене
А учитывая противоречивые оценки западных партнеров актуального геополитического кризиса, дипломат озвучил с трибуны встречи размышление официального Минска "вокруг трех, казалось бы, простых вопросов". Первый: кто погубил "Титаник"? Дело в том, что подавляющее большинство людей убеждены, что это сделал огромный айсберг. Лишь немногие ответят, что "Титаник" погубили люди, управлявшие его курсом и скоростью".
Оратор пояснил, что приводит этот пример "как символ вариативности человеческой реакции на непреодолимые обстоятельства, на объективную данность". И раскручивающийся сегодня в Европе безумный маховик антироссийской и антибелорусской истерии, санкционной агрессии и психоза военных приготовлений создает в представлении дипломатов образ гибнущего трансатлантического пассажирского парохода.
Самоубийственная логика европейских политических элит, фактически признавших допустимость и неизбежность новой глобальной войны, несет полным ходом "Титаник" европейской политики на айсберг радикально изменившегося мира.
Обращаясь с трибуны ПС ОБСЕ, постоянный представитель РБ с сожалением констатировал, что в Минске не перестают удивляться, насколько оторванной от жизни и здравого смысла может быть логика натовских стратегов. Они, по его словам, словно забыв, чем в истории заканчивались походы европейских стран на Восток, всерьез рассуждают о военном конфликте с крупнейшей в мире ядерной державой.
Закончится ли это противостояние европейского "Титаника" с ледяной горой нарождающегося нового мира взаимным саморазрушением или худшего удастся избежать, зависит от того, найдется ли на его капитанском мостике смелый и ответственный лидер, способный адекватно оценить реальность.
Не менее остро был сформулирован и следующий вопрос дипломата: "Кто убил дипломатию в ОБСЕ?" Ведь уже четыре года как воинствующее большинство в венском зале определило главного виновного во всех бедах. Более того, некоторые из западных стран выбрали себе объект для демонизации еще десятилетия тому назад. И в результате дипломаты большого числа стран в ОБСЕ, которые по своему призванию обязаны наводить мосты коммуникации и диалога, "переквалифицировались в пропагандистов и самозабвенно эти мосты сжигают. "Это прискорбно", - выразил мнение Дапкюнас.
Кроме того, полагают в Беларуси, дипломатию в ОБСЕ убила слабость человеческой натуры, разменявшей многотрудную работу ума и сердца по поиску точек соприкосновения с оппонентом, на дешевое самоудовлетворение лайками и репостами в социальных сетях, политический цирк и флешмобы.
Можно утверждать, что структуру ОБСЕ убило высокомерие политических элит, в начале 1990-х годов посчитавших, что, перефразируя Оруэлла, хотя все страны равны, есть страны "более равные", чем остальные: есть страны важные и страны, чьими интересами можно пренебречь.
Словом, дипломатию в международной организации уничтожила "бомба снисходительности, заложенная под концепцию единой и неделимой безопасности", выразил убежденность постоянный представитель РБ.
В этой связи он задал резонный вопрос: сколько же тысяч и миллионов человеческих жизней должно быть потеряно, чтобы лидеры разного рода "коалиций желающих" (но не могущих) осознали то, как действия - их собственные и их предшественников - "спровоцировали и подпитывают конфликт на Украине, как экспансионизм НАТО подорвал европейскую архитектуру безопасности?"
И, наконец задан был третий вопрос. Он был кратким и очевидным: "Где искать надежду?" Дипломат выразил уверенность, что в работе ОБСЕ принимают участие много людей, не готовых смириться с тем, чтобы очертания нового миропорядка определялись на поле боя. Они верят, что в критический для судеб мира момент дипломатия может и должна сыграть свою исконную роль: "помочь вернуть межгосударственное взаимодействие из виртуального мира лженовостей, высокомерия и тщеславия в поле ответственного, скрытого от посторонних глаз диалога во имя мира".
И хотя редкий посол, резюмировал Дапкюнас, в состоянии поменять точку зрения своего государственного лидера. Однако каждый способен внести свой вклад в восстановление нормальной среды общения в единственной панъевропейской организации, в создание условий для будущих переговоров по оформлению новой архитектуры безопасности и сотрудничества на евразийском пространстве.
