
Евгения Александровна, как вы осознали, что предприятию требуется помощь в повышении эффективности?
Евгения Грамотеева: Компании 34 года, некоторые сотрудники работают 10-20 лет, а кто-то с самого начала. Конечно, глаз замыливается. Кроме того, перестала расти выручка. Собственник бизнеса Александр Грамотеев понял: чтобы найти скрытые резервы, нужен взгляд со стороны. Так в 2024 году мы стали участниками регионального проекта повышения производительности труда, поскольку соответствовали критериям малого высокотехнологичного предприятия.
Почему в качестве первого пилотного участка выбрали проектирование малых средств автоматизации?
Евгения Грамотеева: Именно с этого начинается любой инжиниринговый проект, поэтому важно было оценить "пропускную способность" отдела и понять, готовы ли мы брать дополнительные заказы. Выяснилось, что процессы затянуты и плохо прогнозируются по срокам. Повысить управляемость было жизненно необходимо, ведь спрос на автоматизацию стабильный: она решает проблему дефицита кадров, избавляет от тяжелого труда, помогает сократить простои и уменьшить долю брака в готовой продукции. С середины 2025 года заметен тренд на импортозамещение АСУ ТП.
Ольга Моисеева: Руководители предприятия перед стартом проекта обозначили ключевую проблему - нехватку проектировщиков: требовалось еще не менее 20 специалистов. Мы провели хронометраж операций и проанализировали загрузку сотрудников - вплоть до оценки действий по минутам и их ценности для предприятия. Средняя эффективность персонала не превышала 50 процентов, что в целом неплохо: для офисных сотрудников нередко это 12-25. Диагностика показала наличие значительного внутреннего резерва - решить кадровый дефицит можно без найма, за счет более эффективного использования имеющихся ресурсов.
Проектировщики, наверное, сами этому удивились?
Ольга Моисеева: Интенсивность работы по-прежнему часто оценивают через "героические усилия", не замечая реальных потерь: времени на переделки, поиск информации, повторные запросы и согласования. Формально это считается работой, но по сути - невосполнимые потери времени и денег, которые "съедают" ресурс, способный создавать реальную ценность.
С чего начинается работа?
Ольга Моисеева: На диагностику пилотного потока обычно уходят две-три недели, потом информация структурируется, анализируется, вырабатываются методы решения системных проблем. Цель - увеличить эффективность работы предприятия.
Евгения Грамотеева: Чем хороша адресная поддержка РЦК? Эксперты видят "узкие" места сразу благодаря своему опыту, но убеждают не голословно, а наглядно - с помощью цифр и графиков. В данном случае прорывом стало осознание, что часть наших проектов типовые, и теперь, когда поступает новый заказ, мы смотрим, не похож ли он на другие, выполненные или находящиеся в работе. Тогда нет необходимости заново собирать первичную информацию, проводить расчеты.
Ольга Моисеева: Мы оптимизировали согласование документации, перераспределили функции и пересмотрели планирование сроков - в итоге эффективность процессов выросла на 15-20 процентов.
Как вы перешли на федеральный уровень?
Евгения Грамотеева: Когда после первого этапа расставались с экспертом РЦК, даже не мечтали так быстро перескочить порог по выручке в 400 миллионов рублей, чтобы попасть в федеральный проект. Это удалось, когда мы пересмотрели вход в каждый проект и начали активно развивать направление роботизации, сразу с применением бережливых инструментов. А в 2025-м приступили к оптимизации второго потока - склада, поскольку на него завязаны все процессы. Он был забит под завязку, мы даже искали новые помещения. Задача нереальная, ведь предприятие находится в 15 минутах езды от центра Екатеринбурга.
Ольга Вячеславовна, какое у вас было первое впечатление при посещении склада?
Ольга Моисеева: Он больше напоминал заброшенный чердак, чем управляемое пространство. Начали с оцифровки и оценки действий кладовщика. Анализ показал: основные потери - в обмене информацией. Без понимания, что, когда и для какого проекта нужно, сотрудники комплектовали "на всякий случай", постоянно уточняли и дублировали запросы. Ситуацию усугубляли условия хранения: площади занимали личные вещи, неликвиды и остатки проектов, при этом не хватало места для крупногабаритных изделий, а материалы перемещались по нескольку раз. Корневая причина - отсутствие четких правил и системы управления складом.
Евгения Грамотеева: Начали мы с выноса личных вещей, списания необорачиваемых товарно-материальных ценностей, которых, как выяснилось, было около 15 процентов, и изменения планировки пространства. Поменяли технику, докупили штабелер, организовали отдельное место для приемки товара. Итог оптимизации - формирование заказа с нарезкой кабеля разного диаметра удалось сократить со 100 до 38 минут.
Какие инструменты внедрили?
Евгения Грамотеева: Картирование, производственный анализ, адресное хранение. Завели лист регистрации проблем. Когда наведем полный порядок, сфотографируем все до последней полочки, нанесем маркировку на все стеллажи и ячейки. Параллельно мы усилили цифровую часть: перешли на 1С ERP.
Эффективность второго пилотного потока еще не подсчитана, но от аренды нового склада мы уже отказались, сэкономив минимум 200 тысяч рублей в месяц.
Как подбадривать членов рабочей группы, пока результат еще не всем заметен?
Евгения Грамотеева: Очень многое в этот момент значит поддержка членов коллектива - директор по персоналу помогал мыть склад, логисты - красить, технический директор - разбирать неликвиды. На всех оперативках мы говорили ребятам, что понимаем, как им сложно, что готовы помогать во всем. По итогам каких-то этапов отмечали отдельных сотрудников, вручали призы.
Ольга Моисеева: Эмоциональный накал снимается, как только появляются оцифрованные факты: цифры возвращают фокус на реальность и сразу показывают пути устранения потерь. Важно держать высокий темп - не давать команде заходить в тупик или скатываться в обвинения. Опора на данные и движение к результату сохраняют конструктив и обеспечивают изменения.
Проще ли второй раз "входить в реку"?
Евгения Грамотеева: Первый раз мы были не совсем готовы, скептически восприняли приход экспертов: мол, какие-то посторонние советчики, не знающие специфики нашего производства. Во второй этого барьера уже не было. У РЦК очень широкий спектр инструментов, они обучают ими пользоваться и, что немаловажно, умеют довести дело до конца, не бросить на полпути, чем часто страдают предприниматели: рутина заедает, командировки, усталость…
Планирует ли "Уралтехмаркет" продолжать преобразования самостоятельно?
Евгения Грамотеева: Мы на стадии формирования проектного офиса. Опрос показал: главная сложность - кроссфункциональное взаимодействие, поэтому это направление уже включили в новые проекты и начали реструктуризацию коммерческого отдела. В планах - создание инфоцентра для выстраивания эффективных связей между подразделениями: ориентиром стала экскурсия на модельное предприятие федерального проекта, организованная РЦК, где нам показали, как эта система должна работать в идеале. Помимо офлайн-тренингов сотрудники получили доступ к курсам на платформе "Производительность.рф". Самые вовлеченные за 1,5 месяца прошли более 40 тем. Также мы подготовили амбассадоров системы организации рабочего пространства 5С, а внутренние инструкторы по бережливым технологиям завершают обучение и готовятся к сертификации.
Что изменилось в производственной культуре?
Евгения Грамотеева: Мы перестали бояться перемен. Для каждого сотрудника это возможность проявить себя, улучшить процессы, в которых он задействован.
Ольга Моисеева: Культуру предприятия формируют и поддерживают руководители. Поэтому, если топ-менеджеры действительно вовлечены, мотивированы и лично заинтересованы в изменениях, результаты становятся не только более ощутимыми, но и устойчивыми.
На ваш взгляд, кому показано участие в проекте - растущему бизнесу или, наоборот, немного закостеневшему?
Евгения Грамотеева: Я уже рекомендую входить в программу своим друзьям, знакомым предпринимателям. Она полезна и когда компания очень быстро растет и "ломается" не стратегия, а операционная деятельность, и когда бизнес стагнирует - нужен толчок, который не позволит потерять рынок и закрыться.
Получается, повышать производительность труда можно и при высокой ключевой ставке и урезании инвестиций?
Евгения Грамотеева: Я долго думала, почему участие в федеральном проекте бесплатно, и поняла: когда предприятия начинают расти, они отдают государству все вложения налогами. В этом смысле именно участие в федеральном проекте - одна из самых окупаемых инвестиций для региона, ведь потенциал для роста есть у каждого бизнеса.
Ольга Моисеева: Потенциал скрыт не только в цехах, но и в офисных процессах. Становится видно: ключевые проблемы связаны не с внешней средой, а с качеством управления и дисциплиной исполнения. Отсутствие планирования и стандартов, потери при передаче информации, доработки и ожидания снижают эффективность. Практика показывает: внедрение инструментов бережливого производства в офисах позволяет повысить эффективность персонала минимум на 30-40 процентов. Для экономики предприятия это ощутимый и измеримый результат.
С 2018 года адресную поддержку получили более 300 свердловских компаний. Их выработка выросла в среднем в 1,5 раза, запасы "незавершенки" сократились на 42 процента, а время выпуска продукции - на 40. Участниками федерального проекта могут стать обрабатывающие производства, предприятия АПК, строительные, транспортно-логистические и туристические компании. Для этого нужно подать заявку на платформе "Производительность.рф".