31 марта 1966 года - спустя менее двух месяцев с момента исторической первой мягкой посадки "Луны-9" (!) - с космодрома Байконур стартовала ракета-носитель "Молния-М" (четырехступенчатый вариант Р-7), несущая автоматическую межпланетную станцию "Луна-10".
Результаты "Луны-10" стали настоящим научным прорывом. Почему? Так, впервые были получены данные о химическом составе небесного тела по гамма-излучению. Были обнаружены неокисленные формы железа, титана и кремния. Измерено гравитационное поле, установлено, что магнитное поле Луны слабее земного в тысячу раз…
Как рассказали специалисты архива Российской академии наук, уже в то время, когда происходил полет, 16 апреля 1966 года в московском Доме ученых состоялась пресс-конференция. Президент АН СССР Мстислав Келдыш подробно информировал о научном значении события:
"Для получения орбиты, близкой к расчетной, требовалось обеспечить очень высокие точности ориентации аппарата, системы управления и работы двигательной установки. Станция "Луна-10" была выведена на орбиту с минимальным расстоянием от поверхности Луны 350 км и максимальным 1000 км… для создания спутника Луны требуется значительно меньшая величина тормозного импульса, чем при посадке. Это позволяет существенно повысить полезный вес на окололунной орбите и установить приборы для целого ряда важнейших исследований Луны и окружающего ее космического пространства. Отсутствие у Луны атмосферы позволяет производить со спутника Луны изучение многих свойств лунной поверхности путем регистрации гамма-излучения, рентгеновского и инфракрасного излучений".
А вице-президент АН СССР Александр Виноградов, один из основоположников научной геохимии, выступил с докладом об исследовании радиоактивности лунных пород. По первым данным с "Луны-10" он сделал важнейший вывод: интенсивность гамма-излучения на спутнике нашей планеты сравнима с земными гранитами, но большая его часть обусловлена не естественной радиоактивностью, а взаимодействием космических лучей с лунным веществом.
Так, еще до завершения экспедиции, ученые получили ключ к пониманию химического состава поверхности Луны, ее происхождения и геологической эволюции, а также радиационных свойств в интересах практического освоения нашего естественного спутника не только автоматическими, но и пилотируемыми средствами, подчеркивают специалисты.
Интересный нюанс, на который обращают внимание архивисты. Особую страницу в историю "Луны-10" вписала политика. Пока станция выходила на орбиту, в Москве проходил XXIII съезд КПСС. Специально для его делегатов по команде с Земли станция передавала запись "Интернационала", символизируя связь государственной идеологии СССР с достижениями отечественного технического прогресса…
Этому с января 1963 года по декабрь 1965 года предшествовали 11 запусков лунных станций. Правда, ни одна из них не имела полного успеха, но зато они позволили отработать системы радиоконтроля траектории, бортовую радиоаппаратуру, систему астроориентации и приборы автономного управления.
Вообще, первые советские "лунники", созданные под руководством главного конструктора Сергея Королева в ОКБ-1, вывели Советский Союз в лидеры освоения ближнего космоса: станция "Луна-1" (Е-1, январь 1959 г.) стала первым искусственным спутником Солнца, "Луна-2" (Е-1А, сентябрь 1959 г. ) первой достигла поверхности иного небесного тела, а "Луна-3" (Е-2А, октябрь 1959 г.) впервые позволила получить изображения обратной стороны Селены.
Сергей Павлович шел по пути последовательного и быстрого усложнения космических проектов. И уже в конце 1959 года он предложил проект выполнения мягкой посадки на Луну. Как отмечают историки космоса, поддержанный руководством СССР, дерзкий план был реализован в программе создания автоматических лунных станций типа Е-6. Однако ракетно-космическая техника на тот момент только набирала статистику полетов, поэтому летные испытания станций Е-6 сопровождались трудностями.
Сравнительно недавно "Роскосмос" рассекретил документы о реализации исторического советского лунного проекта. Среди них, в частности, шифротелеграмма от 4 января 1963 года, направленная в адрес председателя Совета министров СССР Никиты Хрущева, о неудачной попытке запуска к Луне первой станции серии Е-6 с указанием первичной причины невыполнения задачи. Так, в документе говорилось: "…Для выяснения причин незапуска двигателя четвертой ступени создана комиссия под руководством тов. Королева. Одновременно составлен план подготовки носителя с объектом Е-6 к запуску на Луну 2-3 февраля с.г.".
Несмотря ни на что, Сергей Королев упорно и настойчиво двигался вперед.
Выявив и проанализировав ошибки, специалисты ОКБ-1 к весне 1965 г. подготовили модернизированный проект станции Е-6М. В 1965 году по инициативе Королева работа была передана в КБ им. Лавочкина. Здесь под руководством Георгия Бабакина было освоено производство обновленной станции, которая в результате и достигла успеха: "Луна-9" произвела мягкую посадку на Луну. На следующий день после прилунения по команде с Земли она начала обзор ландшафта и передачу его изображения.
Результаты полета "Луны-9" не только открыли новый этап планетных исследований, но и принесли свой политический эффект: СССР снова опередил США, которые смогли "прилунить" свою станцию Surveyor-1 только четыре месяца спустя.
Кстати, среди рассекреченных документов есть и такой интереснейший, как протокол совещания при Междуведомственном научно-техническом совете по космическим исследованиям при АН СССР от 23 января 1963 года. Он подтверждает: основной задачей программы Е-6 была подготовка советской пилотируемой экспедиции на Луну. Об этом, к примеру, говорит повестка дня совещания: обсуждение "физических условий на поверхности Луны, применительно к конструкции скафандра космонавта для выхода на поверхность Луны, а также физических условий, которые необходимо учитывать при проектировании космических кораблей, предназначенных для посадки на Луну".
Что касается, скажем, скафандров для космонавтов, то говорилось: "Обязательно должны быть датчики для регистрации многозарядных и однозарядных частиц". А для метеорной безопасности в скафандре "должен быть слой самозатягивающегося материала". Ученые подчеркивали: "На Земле следует промоделировать пробивание материалов частицами, подобными микрометеоритам".