Политическая демонстрация. Зачем Франции понадобился танкер с нефтью, следовавший из России

Захват нефтяного танкера Grinch, следовавшего из Мурманска, силами ВМС Франции для мирового рынка и котировок барреля имеет такое же значение, как резкое подорожание укропа на каком-нибудь базаре, к примеру, в Молдавии. Но произошедшее - совсем не бессмысленное действие со стороны Европы как с политической, так и с экономической точки зрения, считают опрошенные "РГ" эксперты.

Конечно, на фоне очередной эскалации конфликта США и Ирана нефтяной рынок находится на нервах, но котировки барреля на действие французов никак не отреагировали.

Захват отдельных танкеров никак не может повлиять ни на баланс спроса и предложения на нефть, ни, соответственно, на ее котировки - слишком о незначительных объемах идет речь, пояснил "РГ" доцент Финансового университета при Правительстве РФ Валерий Андрианов.

Котировки волнует ситуация на Ближнем Востоке, спрос в Китае и Индии, возможные новые тарифы США, но никак не пиратство в Средиземном море. Кстати, в 2024 году было зафиксировано 116 нападений на торговые суда в открытом море. Были среди них и нефтетанкеры. То есть ничего нового в захвате судов в море нет - за исключением того, что сейчас этим занимаются цивилизованные вроде страны.

При этом на торговлю российской нефтью акция французов будет иметь влияние. По словам главы Фонда национальной энергетической безопасности Константина Симонова, пока захват танкеров не стал массовым явлением, цены на нефть на это реагировать не будут, а вот стоимость фрахта танкеров для российских компаний на рисках такого "пиратства" возрастает. И это для нашего экспорта нефти очень плохо. Стоимость фрахта для нас уже была очень высокой, а сейчас может подняться еще, предупреждает эксперт.

Агентство Bloomberg недавно публиковало данные, что фрахт из Новороссийска в Индию составляет 8,5-9,5 долл. за баррель, а из Балтики - 10-11 долл. Это дорого, и это все издержки российских компаний, которые бьют по их доходам, а в итоге и по доходам нашей страны, поясняет Симонов.

Есть вопросы к Франции и с точки зрения морского права. Официально все чисто. Как объяснил Андрианов, согласно Конвенции ООН по морскому праву, военный корабль имеет право остановить и досмотреть судно, если есть основания подозревать, что оно не имеет национальности (идет без флага) или использует ложный флаг. Всего в мире под флагом Коморских островов (именно под ним шел Grinch) ходит более 600 судов, при этом в сентябре 2025 года правительство этой островной страны заявило, что свыше 60 танкеров и газовозов были ложно приписаны к их реестру без официального разрешения. Именно это заявление создало повод для остановки и досмотра судов под коморским флагом.

Сам же факт перевозки нефти из РФ в другие страны, не присоединившиеся к антироссийским санкциям, никаких международных норм и правил не нарушает. Введенный ЕС потолок цен на российскую нефть - это его личное внутреннее дело, и покупатели российского сырья не обязаны его соблюдать, а поэтому и нет никаких юридических оснований, чтобы препятствовать данным поставкам, отмечает эксперт.

При этом президент Франции Эмманюэль Макрон после захвата танкера откровенно заявил, что будет требовать соблюдения санкций ЕС и препятствовать деятельности так называемого "теневого флота", перевозящего российскую нефть. А это уже совсем другая история, причем противоречащая международному морскому праву.

Здесь, кстати, резонен еще вопрос об отношениях с ЕС и Францией. Отказываться от закупок российской нефти, не покупать наш газ и уголь, не страховать нашу нефть, отказываться ее перевозить, не пускать танкеры в свои порты европейские страны в одностороннем порядке могут сколько угодно. Это их право. Но европейские санкции не имеют трансграничного действия, а в состоянии войны с Россией ЕС официально не находится. Поэтому арестовывать не на своей территории имущество российских компаний Франция не имеет права. Танкер Grinch, как известно, находился в нейтральных водах, его остановили под предлогом ложного флага, но тогда и о российской нефти речи идти не должно. А тем более не может вестись разговор о ее конфискации.

Как замечает Симонов, у Франции, да и всей Европы сейчас очень двуличная позиция: с одной стороны, говорится, что судно было остановлено по подозрению в "ложном флаге", а с другой - что его остановили из-за перевозки российской нефти и принадлежности к нашему теневому флоту. Фактически выходит, что ЕС подменяет своими санкциями Конвенцию ООН по морскому праву . В ней они находят зацепки для правового оформления своих действий, но даже не скрывают истинных причин.

Причем это происходит уже не первый раз, напоминает Симонов. Достаточно вспомнить танкер Boracay, которые был задержан французами осенью прошлого года. Шума было очень много. А в итоге его пришлось отпустить, поскольку нарушений найдено не было.

Андрианов считает, что сейчас главный мотив действий французской стороны - не соблюдение международных правил судоходства, а попытка устроить "политическую демонстрацию", показать, что они не "тварь дрожащая", а могут по примеру США захватывать танкеры в открытом море. Здесь нежелательный прецедент был создан Соединенными Штатами, которые начали захват судов, осуществляющих перевозку нефти из Венесуэлы, именно это и спровоцировало Париж на то, чтобы тоже "поиграть в пиратов". Поэтому наличие юридических оснований тут вторично, считает Андрианов. А первичен тот откровенный вызов, который власти Франции (по крайней мере, в своих собственных глазах) бросают Москве, пытаясь препятствовать работе теневого флота.