Олег Нестеров рассказал, почему в 80-е скрывали автора "Рождественского романса"

Именно эта песня - "Рождественский романс" рок-группы "Мегаполис" на стихи Иосифа Бродского - самая известная и знаменитая из тех, что поются нами в Рождество. Ведь в ней соединилось многое: высокая и в то же время пронзительно-душевная поэзия, светлая и благодатная мелодия, теплые и окрыляющие интонации вокалиста.

Теперь-то лидер "Мегаполиса" Олег Нестеров наконец рассказал, какими правдами и неправдами его группе удалось записать и выпустить на альбоме "Рождественский романс" в годы, когда творчество поэта Иосифа Бродского в СССР было запрещено.

Как вам удалось обойти запреты в ту пору и почему, когда большинство рокеров старались писать тексты самостоятельно, "Мегаполис" решил обратиться к поэзии Иосифа Бродского?

Олег Нестеров: Шел 1986 год - Бродский тогда был тотально запрещен и считался одним из злейших врагов СССР. Стихотворение "Рождественский романс" тогда попало ко мне в руки в самиздатовской версии, почти "слепая" копия, перепечатанная на машинке. Дал мне ее поэт Александр Бараш, на чьи стихи у нас родилось много совместных песен.

И когда годом позже фирма грамзаписи "Мелодия" предложила "Мегаполису" записать LP, как тогда говорили, диск-гигант, то в качестве демо я принес на худсовет одну песню с нашего магнитоальбома 1986 года "Утро". Как раз "Рождественский романс", на который мы в "Мегаполисе" написали музыку. Но дали заведомо непроходному Бродскому псевдоним Борис Осипов.

Никто наш трюк не распознал, и выпуск пластинки нам утвердили. Но когда был напечатан первый тираж в 100 тысяч копий, то мы ждали расплаты. Но Бродского к тому времени уже успели разрешить (улыбается). В версии песни, вошедшей в пластинку "Бедные люди", соло на трубе играет первоклассный музыкант Виктор Гусейнов. Как он попал на наш альбом? Он тогда играл в ансамбле "Мелодия", и мы отловили его в коридорах студии.

Почему с тех пор "Рождественский романс" стал едва ли не единственной песней, которую "Мегаполис" записывал в разных версиях несколько раз?

Олег Нестеров: Да, следующее воплощение этой песни произошло в 1994 году. Мы с басистом Михаилом Габолаевым тогда много экспериментировали по вечерам. Отложили гитары, чтобы заняться сэмплерами и синтезаторами, по сути, осваивая их, в MIDI-студии "Мосфильма". Это была "запойная" работа, с полным погружением.

Мы сами с удивлением наблюдали, как наши песни чудесно взаимодействуют с электроникой. А теперь сделали еще три новых варианта: сольный, с Index III и проектом "Музыки ДНК". Ну а на днях появилась и четвертая версия (в трех вариантах). Для нас она ценна тем, что получилась "документом эпохи": Москва, Рождество, 2026 год, и текст Бродского как никогда сильно отражает новейшее время.

А для чего вам потребовались сразу три варианта "Рождественского романса"?

Олег Нестеров: В первом варианте играет наш нынешний состав: гитара Дмитрия Павлова, которая сделала наши альбомы ХХI века такими, какие они есть, бас Михаила Габолаева, с которым мы и затеяли "Мегаполис" почти сорок лет назад. Сыграли тут и наши новые участники. В песне прозвучали духовые Влада Цалера, ударные Игната Кравцова, клавишные Льва Трофимова… Такого сильного, скорее даже выдающегося состава, у "Мегаполиса" еще не было.

Второй вариант сделан с участием Дениса Кудряшова, его электроника сопутствовала нашему последнему альбому "С прочностью нитки", как артист он представлен на музыкальных площадках в качестве "МУЗЫКИ ДНК". И в этой версии больше электроники, которая работает на образ песни.

И наконец, третий вариант - это наш копродукт с INDEX III. Это удивительные музыканты, балансирующие на стыке электроники и современной академической музыки, с ними уже взаимодействовали Владимир Мартынов, Татьяна Гринденко, Леонид Федоров, Владимир Волков.

Весной 2025 года мы сделали несколько совместных номеров для двойного юбилея (Бродский и Бродский) в Веретьево, очень вдохновившись случившимся. И это только начало!

Словом, у вашего "Рождественского романса", который так сложно было пробивать сквозь запреты чиновников и идеологов, сложилась счастливая судьба? Надеялись ли вы на такое в середине 80-х и верили, что сможете когда-то играть эту песню и на концертах?

Олег Нестеров: Мы ее исполняли всегда, во все эпохи, почти сорок лет. А год назад мы стали возвращать в концертную программу другие наши старые песни, которые очень редко исполняли, а некоторые не играли совсем.

Причем за основу брались те оригинальные версии, в которых эти песни существовали изначально, либо версии с альбома "Негоро", где они уже были переиграны исключительно с использованием электроники. Состав "Мегаполиса" теперь расширился, появилась и труба, и клавишные инструменты. Поэтому мы наконец смогли это сделать.

Так мы выстроили баланс на концерте между композициями новейшего периода и песнями, проверенными временем. И в какой-то момент, чувствуя их силу и реакцию публики, мы решили их в таком виде записать, зафиксировать для истории. "Рождественский романс" был как раз "первой ласточкой".

Как вы сами отмечаете Рождество и с кем?

Олег Нестеров: Это всегда мои близкие, очень узкий круг. Вдали от шума городского.

Что вы пожелали себе на новый 2026-й год?

Олег Нестеров: С "Мегаполисом" мы запланировали большие концерты в Москве и Санкт-Петербурге в марте. И тур по городам, где нас давно ждут. Хотим вернуть на сцену и наш перформанс с проектом Zerolines.

Пусть и все новое случится! И книга - новый роман. И музыка - мы опять встретимся с ней в студии и будем пытаться ей соответствовать.