Поделиться

    Челябинский бизнес-омбудсмен: Господдержка не должна быть бесконечной

    Российская и региональная экономика растет благодаря переменам в предпринимательской среде. Насколько сегодня они заметны и достаточны? Об этом корреспондент "РГ" побеседовал с уполномоченным по защите прав предпринимателей в Челябинской области Александром Гончаровым.
    Многие челябинские предприятия нашли новые рынки, изменили логистику, освоили выпуск совершенно новых видов продукции.
    Многие челябинские предприятия нашли новые рынки, изменили логистику, освоили выпуск совершенно новых видов продукции. / Татьяна Андреева/РГ

    Александр Николаевич, прежняя страница отношений государства и бизнеса перевернута и открыта новая?

    Александр Гончаров: Предприниматели почувствовали, что нужны государству. Меры поддержки, которые запущены теперь, невозможно было представить раньше. Снизилось и административное давление. Лет 10 назад в области возбуждалось около 800 уголовных дел, фигурантами которых были хозяйственники. По разным статьям, включая 210-ю - создание организованной преступной группы. Сейчас она практически не применяется, по экономическим основаниям возбуждается около 200 дел, а до суда доходит еще меньше. Мы сделали большой шаг к осмыслению того, как много в жизни завязано на бизнесе, потому к этой сфере нужно подходить максимально деликатно.

    Правда, немного выросла налоговая нагрузка, но и производство тоже. Ранее, бывая в других странах, я интересовался у предпринимателей, расходятся ли их ожидания с реальностью, и почти всегда они не совпадали. Возможности государства обычно не соответствуют идеальным представлениям, но разрыв нужно сокращать.

    Настроения наших предпринимателей изменились?

    Нужно распространить оценку регулирующего воздействия на все нормативные акты в сфере экономики, чтобы было как у врачей - не навреди

    Александр Гончаров: Количество субъектов МСП в регионе за прошлый год увеличилось на 4,5 тысячи. Вдвое больше стало и самозанятых - их уже 200 тысяч. Как вы думаете, произошло бы так, если бы бизнес не видел перспектив? Но это правильнее воспринимать как тренд, а не как итог.

    Общество тоже стало относиться к предпринимателям с большим уважением, и они это заслужили. Многие наши строители на новых территориях восстанавливают разрушенные дома. Эшелоны поддержки туда везут. Один из членов Союза промышленников и предпринимателей региона создал фонд помощи, вложив в него более 600 миллионов рублей личных денег.

    С жалобами к вам стали обращаться реже?

    Александр Гончаров: Да. 40 процентов жалоб прежде было связано с нестационарными торговыми объектами (НТО). Каждый муниципалитет мог самостоятельно трактовать правовые нормы, но законодатели Челябинской области по моей инициативе впервые в России приняли закон об НТО, что упорядочило регулирование. Еще около 40 процентов жалоб касались деятельности надзорных структур, которые теперь перешли на рискориентированный подход, что уменьшило число проверок на 70 с лишним процентов. Прокуратура за этим строго следит. Профилактический визит может попросить сам бизнесмен, чтобы удостовериться, нет ли с его стороны нарушений. Даже если последуют замечания, штрафы не накладываются.

    Происходит либерализация отношений?

    Александр Гончаров: Вряд ли так можно сказать. Обстановка непростая, и доходная часть бюджета не должна провалиться. Однако взаимоотношения государства с бизнесом действительно становятся прозрачнее, хотя и не без строгостей. Чтобы у предпринимателей возникало меньше вопросов, нужно распространить оценку регулирующего воздействия на все без исключения нормативно-правовые акты в сфере экономики, кроме указов президента. Чтобы было как у врачей - не навреди. Надо взять за правило: сначала - экспертная оценка инициатив, обсуждение последствий, а потом их легализация. Необходима профессиональная экспертная площадка, куда могут обратиться за квалифицированной консультацией и муниципальные, и региональные, и федеральные власти.

    Где она могла бы появиться?

    Александр Гончаров: Например, на базе РСПП, где есть все комитеты по отраслям. Можно привлечь не только промышленников, но и торгово-промышленную палату, ученых, известных экономистов. Лучше подискутировать и учесть все тонкости, чем вносить корректировки по ходу действия. Это позволит сохранить общую канву, идеологию, но учесть нюансы, которые могут привести к снижению экономики компаний, их оборотов. Диалог с властью у нас уже есть, надо его развивать, не бояться альтернативных суждений практиков, которые в своей области могут знать больше чиновника из министерства. Полезным было бы правило: законы не принимаются к рассмотрению, если к ним в пакете не прилагается аналитическое исследование возможных последствий.

    А действующих мер господдержки бизнесу хватает?

    Александр Гончаров: Даже более чем. Была ситуация, когда после ужесточения санкций потребовалось срочно переломить плохие тенденции. Но, когда произошла адаптация, курс доллара успокоился, процессы в экономике стабилизировались, не стоит перебарщивать с мерами поддержки, "разбрасывая помощь с вертолета". Иначе люди разучатся надеяться на самих себя. Есть риск подавить предпринимательскую инициативу, породить иждивенчество и завышенные ожидания. Помощь должна быть соразмерной и адресной, направляться в отрасли и сектора экономики, в которых государство особо заинтересовано. Для всех остальных - свобода предпринимательства. Пожалуйста, работайте. Возникают сложности с выходом на зарубежные рынки - опять может включиться поддержка, но не безграничная и не бесконечная. У государства много и других забот.

    Другими словами, бизнес нельзя жалеть, стараясь меньше нагружать его трудом?

    Александр Гончаров: Конечно, нет. Это его природа. Иначе скукожится и зачахнет. Вообще, по-хорошему, пришло время провести ревизию механизмов поддержки, поскольку их сейчас сотни, и, кажется, в них начинают путаться даже те, кто считался специалистом в этой области. Подобно тому как включена юридическая гильотина, отсекающая от использования устаревшие и неработающие правовые акты, стоит пересмотреть и накопленный массив господдержки, сократив количество мер, но усилив качество.

    Какие механизмы хорошо себя зарекомендовали?

    Александр Гончаров: В начале пандемии губернатор Алексей Текслер задал мне похожий вопрос. Я стал говорить об НДС, льготах. А он: а то, что мы заводы не остановили, достаточно эффективная мера? Тогда улицы опустели, и мало кто представлял линию поведения, которой следовало придерживаться, чтобы не допустить обвала. И это была абсолютно верная постановка вопроса.

    Когда на нашу экономику навалились санкции, она вновь стала актуальной. Мы сделали все, чтобы предприятия продолжили выпускать продукцию. Замечательно сработал Фонд поддержки промышленности. На его средства перевооружились целые отрасли, появились новые производства. Отлично показал себя проект "Профессионалитет" - кстати, наша областная программа, ставшая продолжением федеральной, сегодня одна из передовых в стране.

    В какой помощи сейчас особенно нуждаются хозяйственники?

    Александр Гончаров: Здесь все просто. С начала работы омбудсменом слышу одно и то же: обеспечьте стабильность налоговой и законодательной базы хотя бы на несколько лет, ведь планирование и реализация проектов идет вдолгую. Нужно аккумулировать ресурсы, привлечь специалистов, взять кредиты. И если правила "гуляют", для предприятия это тормоз.

    О санкциях в шутку говорят: если бы их не было, следовало бы придумать, чтобы взбодрить экономику.

    Александр Гончаров: Безусловно, они стали мощным катализатором. Как учат плавать самым радикальным образом? Я не сторонник таких методов, но у нас выбора не было. Тонуть никто не хочет. И сегодня меня поражает изобретательность российских предпринимателей, их адаптивность. В декабре прошлого года рост ВВП составил 4,4 процента, в январе - 4,6. Я и не помню, когда подобное было. Может, в 2006-2007 годах, а потом - полтора процента, в пределах статистической погрешности.

    К ренессансу подтолкнули наши "друзья". Мы нашли новые рынки, изменили логистику, стали диверсифицировать продукцию. У нас в регионе мощно прогрессируют РМК, ЧТПЗ. Группа "Синара" будет выпускать высокоскоростные поезда. Автозавод "Урал" создает новый кластер трансмиссий и мостов - через год их получим. Кузнечно-прессовый развивает завод робототехники. Группа "Конар" стала делать крупные узлы для нефтепереработки и судостроения, освоив эти технологии всего за год-полтора. ММК организует центры, способные обслуживать импортное оборудование, от гарантийного ремонта которого поставщики отказались. Мы воспринимаем все как должное, но по темпам у нас идет самая настоящая индустриализация, как в 1930-е. И это повод для гордости.