29.12.2015 19:24
    Поделиться

    Уральцы предложили начать импортозамещение с овец

    В конце декабря Минпромторг РФ предложил запретить ввоз 70-80 процентов товаров легкой промышленности из Турции. По данным ведомства, в общем объеме российского импорта турецкий легпром составляет совсем небольшую часть - шесть процентов. Поэтому если и будет принято решение об ограничении поставок, то на количестве доступной одежды и тканей в отечественных магазинах оно никак не скажется. В то же время, по расчетам, этот шаг должен спровоцировать развитие собственных текстильных производств.

    Проблема в том, что эволюция легкой промышленности слишком сильно зависит от достижений в самых разных сферах - начиная от образования и сельского хозяйства и заканчивая машиностроением и химпромом. В противном случае импортозамещение будет весьма условным: да, одежду и ткани можно производить в России, но на зарубежных станках и из заграничного сырья. Вдобавок рынок диктует очень жесткие условия, выжить в которых удается не всем. Так, два года назад закрылся тюменский камвольно-суконный комбинат, год назад аналогичное свердловское производство балансировало на грани (один из конкурентов попросил поддержки у правительства, что привело к закупке шерстяных и полушерстяных тканей исключительно у брянского комбината, оставшиеся два - свердловский и павлово-посадский - лишились значительной части клиентов).

    - Чтобы реанимировать отрасль, необходимо разработать промышленную политику с четко установленными правилами, - считает Игорь Васильков, президент концерна-преемника камвольного комбината. - Мы можем экспериментировать и с хлопком, и со льном, закупить новое оборудование, но должна быть уверенность, что завтра не изменятся тарифы и ставки. Ведь любая поддержка государства очень существенна. Например, освобождение от ввозных таможенных пошлин 15 видов технологического оборудования для текстильной промышленности, которое не производится в России, позволило нам сэкономить до 20 тысяч евро. Мы смогли закупить не 20, как планировали, а 22 ткацких станка.

    Одна из главных проблем импортозамещения - сырье. Для производства шерстяных тканей нужна очень качественная мериносовая шерсть. Требования крайне высокие: для делового костюма или школьной формы подойдет шерсть с толщиной волокон от 18 до 21 микрона (для сравнения: толщина человеческого волоса - 70-100 микрон), на срезе одной нити должно быть не менее 30-32 волокон. Чтобы разводить овец с такой шерстью, нужно заниматься селекцией. В России же это направление давно не развивается (достаточно сказать, что один племенной баран-производитель стоит не менее пяти тысяч долларов). Если пытаться делать одежду из отечественного сырья, ткань будет более грубая и при этом менее теплая, гигроскопичная и грязеустойчивая.

    Вот и получается, что наши предприятия закупают сырье в Австралии и Новой Зеландии или в Южной Америке. Причем производители продают его только по предоплате. Причина такой расчетливости в не самом лучшем наследии Советского Союза: закупая шерсть сразу для всех камвольных комбинатов страны, государство накопило долг в 250 миллионов долларов. А если учесть, что овец стригут, по сути, один месяц в году - с середины мая до середины июня, - то нужно единовременно иметь достаточно денег, чтобы приобрести сырье на год работы. Кому это сегодня под силу?

    То же самое с химией. Красители текстильщики закупают в Германии и Швейцарии. Сложно конкурировать даже с Белоруссией, которая имеет собственные производства лавсана и нитрона, необходимые, например, для изготовления трикотажной пряжи, что непосредственно влияет на ее себестоимость. Про техоснащение и говорить не приходится: из-за роста валютного курса импортное оборудование подорожало в два раза. Экономить просто не на чем.

    Самое неприятное, что с кадрами в отрасли - тоже беда.

    - За последние два года к нам пришли лишь две выпускницы Ивановского текстильного института, и то пришлось их переучивать, потому что знания у девушек совершенно не актуальные, вероятно, им преподавали по старым программам, - сетует руководитель екатеринбургского предприятия.

    Если подобная ситуация на крупных предприятиях, которые выпускают по 50-80 тысяч метров ткани в месяц, то у небольших ателье и модных домов, которые занимаются индивидуальным пошивом, вариантов для воплощения идей еще меньше. Так, уральский дизайнер Нина Ручкина решила наладить к Новому году массовый выпуск женских шелковых платков с авторским принтом. Изъездила полстраны в поисках фирмы, которая взялась бы за заказ.

    - Нашла только одно производство - в Подмосковье. Но и там заломили такую цену, что пришлось отказаться, - делится дизайнер. - Гораздо дешевле оказалось заказывать платки в Китае. Причем думала, что там будут только печатать рисунок, а подшивать края найму кого-нибудь в России. Представляете, здесь не удалось найти достаточно квалифицированного специалиста. "Московский" шов не идет ни в какое сравнение с "китайским" - аккуратным и ровным.

    Кстати

    В СССР было 22 камвольных комбината, после распада Союза в России осталось 14. Сегодня в стране работают только три.