22.05.2013 23:17
    Поделиться

    В спецпроекте "РГ" - спектакль "Петербург" Александринского театра

    Это ПЕРВЫЕ гастроли легендарного спектакля "Петербург". Причем - виртуальные. До Дней Александринского театра в "РГ" эта постановка никогда не покидала привычной среды своего обитания - внутреннего двора Михайловского замка, долгие годы прослужившего спектаклю естественной декорацией.

    Но обо всем по порядку. К роману Андрея Белого "Петербург" режиссер Андрей Могучий, недавно ставший руководителем БДТ им. Товстоногова, обращался дважды - в Формальном театре и в Александринском. Те, кто внимательно следит за его творчеством, могут согласиться, что "Петербург" - это не один из самых, а, пожалуй, самый лучший спектакль Могучего. Причем увидеть его сейчас можно только на сайте RG.RU.

    После первой версии "Петербурга" Формальный театр Андрея Могучего признали лидером петербургского альтернативного театра. Это было время, когда от него все ждали четких ориентировок на театр абсурда и вектора на Ионеско, Беккета или Пинтера. Но Могучему, как всегда, совсем не хотелось было делать то, чего от него все ждали. И потому он выбрал символистский роман Белого, еще более усложнив себе жизнь, но отдав дань своей любви и к литературе потока сознания, и к Петербургу к городу как таковому, где легче всего эти потоки сознания рождаются, циркулируют в воздухе и находят потом свое пристанище на сценах - больших и малых. Пьесы тогда решено было на основе оригинала не писать, и инсценировки не делать принципиально. Это было настоящее путешествие в роман на театральных подмостках. Структура текста Белого возводилась в культ. Пунктирная история семейного разлада - в катастрофу космического масштаба. Шли - упорно, не сдаваясь - по логике симфонии. За развитием сюжета не обращали почти никакого внимания, ведь цель была - создать произведение по законам музыки. Получилась - по впечатлению режиссера - "мозговая игра импровизаций".

    От влияния "Петербурга" Андрей Могучий не мог освободиться долго. Настолько долго, что когда спустя десять лет ему была предложена постановка в Александринском театре, он вновь выбрал "Петербург" Белого. Доведя музыкально-поэтические формы до совершенства и освоив для нового творения реальное пространство двора Михайловского замка. Навечно поставив на нем клеймо невыездного спектакля - то есть не поддающегося гастрольной транспортировке: ну где бы еще рискнули выстроить второй Михайловский замок? А ведь преследование зрителями бегающих по коридорам дворца персонажей - был тот еще обязательный перфоманс.

    И вот - первый, пусть виртуальный, случай в истории.

    На театральный язык Андрею Могучему удалось перевести несколько уровней романа - от астрального: как много говорит о мифологии Петербурга символист Андрей Белый; социального (истории высокопоставленного чиновника и власти вообще) до семейного. Есть отец, мать и сын. Ключевой эпизод в "Петербурге" - момент взрыва, который готовится весь спектакль. И вот семейный обед в интерпретации Андрея Могучего оказывается сильнее и мощнее этого взрыва: даже если все вокруг рушится, круглый семейный стол сохраняет людей, за ним собравшихся, и не позволяет им ввергнуться в хаос. Все очень правдоподобно, - ведь сам Андрей Могучий тех лет признавался в интервью: "Я тоже каждый вечер возвращаюсь домой. Сажусь за стол с родными - и этот простой акт наполняет смыслом все мое существование"…

    Итак, начало XIX века, мистический "серебряный" сюжет, золотой шпиль Михайловского замка, закат солнца... А еще говорят, что машину времени не изобрели…

    Справка  "РГ"

    Режиссер Андрей Могучий - обладатель "Золотой маски" и призов Эдинбургского фестиваля, югославского "Битефа". Родился в Ленинграде, где жили четыре поколения его предков. В два года от роду из окон своего дома он видел Карибское море, - родители увезли его на Кубу. Там петербургская кровь получила прививку кубинского темперамента, так пригодившегося впоследствии в профессии театрального режиссера. Следующей, уже в более сознательном детском возрасте, была Монголия. После которой возвращение в родной город уже имело высший сакральный смысл... Считает, что любое театральное произведение должно становиться поступком. А если поступка нет, то в театре и делать нечего. Что и не устает доказывать своими постановками.