19.10.2009 23:05
    Поделиться

    Леонид Радзиховский: Нобелевские премии дают представление об уровне науки в стране

    Нобелевская неделя для нас в очередной раз обернулась "шнобелевской" - прошла мимо. Да никто особо и не рассчитывал. Правда, среди вероятных кандидатов на премию по физике назывались два "наших" - Андрей Гейм и Константин Новоселов. Правда, есть деталь - оба работают в Англии, в Манчестере.

    Общество часто воспринимает Нобелевские премии как "научные Олимпийские игры" и, не интересуясь смыслом работ, ревниво считает медали. Так вот, премии по науке между странами в этом году распределились так: восемь в США, две в Англию, одна - в Израиль.

    В мире всего 16 стран могут похвастаться, что в них живут нобелевские ученые. По 1 лауреату в Канаде, Бельгии, Норвегии, по 2 в Голландии, Швеции, Дании, Италии, России, 3 - в Австралии, 4 - в Израиле, 7 - в Японии, 8 - в Швейцарии, 9 - во Франции, 13 - в Германии, 20 - в Англии.

    Остальные - 167, почти 70% от общего числа "нобелиатов" - работают в США.

    Здесь надо развеять несколько мифов.

    Миф о том, что всю науку в США делают эмигранты, "понаехали тут за Нобелевскими премиями". Это большое преувеличение. Около 75% "нобелевских американцев" родились в США (кстати, среди эмигрантов есть и один выходец из России - академик РАН, ныне гражданин США, Абрикосов).

    Другой популярный предрассудок - "наших зажимают". Часто в этой связи называют, например, физиков Д. Иваненко и В. Летохова. Кстати, их, похоже "зажимали" и в СССР - ни один так и не был избран в академию наук... Но не в том дело.

    Нобелевская премия присуждалась и присуждается далеко не всем самым выдающимся, по общему мнению экспертов, ученым. Каждая страна имеет свой список обид. Великий американский физик Уилер, знаменитый немецкий физик Зоммерфельд так и не стали лауреатами. Лиза Мейтнер открыла расщепление ядра урана одновременно с Отто Ганом. Но он стал лауреатом по химии, а она почему-то - нет. Наш соотечественник Георгий Гамов сделал ряд "нобелевских работ" (в частности, он один из авторов теории "Большого взрыва"), но премия его обошла - а ведь он эмигрировал из СССР, жил в США. Сегодня, пожалуй, самые знаменитые в мире физики-теоретики Стивен Хокинг и Роджер Пенроуз (Англия), Фримен Дайсон (Англия - США) и Эдвард Уиттен (США) так и "сидят без премии", хотя осыпаны наградами, званиями и т.д. куда больше, чем "средний" нобелевский лауреат. Так что нет оснований говорить, что какую-то страну "не пускают". Нобелевская премия - не Абсолютная Истина, данная человечеству свыше, а просто самая авторитетная из всех научных наград.

    Нобелевские премии, как вершина айсберга, дают представление об уровне науки в стране.

    Например, "нобелевский пик" нашей науки приходится на середину 1960-х. Тогда одновременно жили и работали 7 лауреатов: Семенов, Ландау, Басов, Прохоров, Тамм, Черенков, Франк (возраст от 70 до 40). Потом еще премии по науке получили Капица, Канторович и ныне живущие лауреаты Алферов (премия 2000 года), Гинзбург (2003 год). Да, два лауреата - одному 79, другому 93...

    В 1960-е в математике и физике СССР был одной из ведущих научных держав мира (другие отрасли на таком уровне конкурентоспособны у нас никогда не были - кроме геологии). Сейчас этого нет. Лучшие школы рассыпаны по миру... В этом году самую высокую математическую премию Абеля ("математический Нобель") дали бывшему советскому ученому Михаилу Громову - французскому академику.

    Так можно ли возродить Большую науку в России?

    Российские ученые, работающие на Западе, в очередной раз послали sos на родину - опубликовали письмо, где вопиют, что если немедленно не принять меры, то наука в России окончательно умрет.

    Но крах науки в России - не чья-то глупость (злая воля). Все куда сложнее и объективнее. Просто с сырьевой экономикой Большая наука (кроме геологии) не монтируется - применить ее результаты особо негде. А для национального тщеславия хватит и футбола. Да, "ученье - свет", развитие науки вообще интеллектуально поднимает общество, ученые, так сказать, "держат ноосферу" над страной, а утечка мозгов опасна для нации - но ведь с какого-то момента это уже и не заметно...

    Сырьевая же экономика у нас сложилась не по чьему-то произволу, а вполне объективно - буквально выросла из почвы. Такова сегодня ниша России в мировом разделении труда. И изменить ситуацию словами и ударами кулака по столу невозможно.

    В СССР Большую науку создавали волевым усилием, под Большие проекты ВПК - Бомба, ракета (а все остальное наросло вокруг них). Экономическая, рыночная эффективность науки никого не интересовала. Советская наука себя и не думала окупать - просто жила на все те же нефтедоллары, на которые уже с середины 1970-х кормился (буквально) СССР. Поэтому советский научный колосс и сломал свои глиняные ноги, сделав шаг к рынку.

    Сегодня у нас нет больших и рыночно выгодных технологических проектов, которые были бы невозможны вне серьезной науки. А без таких проектов наука будет экономически не востребована, просто не вырастет - как кукуруза в Заполярье. Остается, как и раньше, тащить ее волевым усилием. Но это бесполезно - Система нынче другая.

    Министр образования и науки А. Фурсенко заявил, что буквально со следующего года "возвращение мозгов" должно принять "обвальный характер". Что ж, поживем - подсчитаем.

    Но дело не в количестве. Отъезд одного будущего Громова не заменишь возвращением 100 докторов наук. Если "назад высыплются" просто те, кто не смог вписаться в западную систему - велик ли прок от такого "обвала"?

    Да, Большая наука стоит очень больших денег. Их невозможно тратить на престижную прихоть - только на жизненную необходимость.

    В России расходы на фундаментальную науку - около 3 млрд долл. Наша доля на мировом рынке высоких технологий - 0,3-0,4%. В США один бюджет Гарварда - свыше 26 млрд (конечно, сюда входит не только стоимость исследований). Доля США на рынке хай-тека - от 35 до 40%. Правда, их доля в мировой научной продукции еще больше - до 70%. Дело в том, что и сам хай-тек бывает разным. В США прокладывают пути, Корея или Малайзии идут следом.

    С другой стороны, бюджет РАН - около 1 млрд долл., а Общества Макса Планка (аналог нашей Академии) - порядка 2 млрд. Цифры сопоставимые, но результаты научной деятельности - не слишком (напомню, что в Германии тех же нобелевских лауреатов - 13 против наших 2).

    Во всяком случае, на возрождение науки нужны гораздо большие деньги, чем на ее поддержание на должном уровне. Такие расходы у нас сегодня экономически неоправданны - наука их не возместит. Поэтому таких расходов и не будет. Если же просто "увеличить финансирование" существующих НИИ, то мы получим "научный АвтоВАЗ" - очередная показуха, пилеж денег, в лучшем случае - новая кунст камера.

    Исследования (кроме узкого круга "совсем абстрактных") должны соотноситься с реальными потребностями экономики. Тогда и деньги сами подтянутся - в охотку, без лозунгов.

    Если мы не найдем способ не на словах, а на деле сменить свою сырьевую модель экономики, то можем о Большой науке забыть - как нет ее и ни в одной из нефтедолларовых стран. Правда, там ее - в отличие от России - и не было...