Начальником Управления по надзору за исполнением законов на территории Чеченской Республики Главного управления Генеральной прокуратуры Российской Федерации на Северном Кавказе, исполняющим обязанности прокурора Чеченской Республики назначен государственный советник юстиции 3 класса Игорь Иванович Киселев. Он дал эксклюзивное интервью "Российской газете".

     - Игорь Иванович, вы начинаете строительство органов прокуратуры Чеченской Республики как бы с нуля. Какой будет ее структура?
     - Обсуждалось несколько возможных схем. Решено создать в составе Главного управления на Северном Кавказе Управление по надзору за исполнением законов на территории Чеченской Республики. Руководителем с возложением обязанностей прокурора этого субъекта Федерации я и назначен. Аппарат комплектуется как работниками центра, так и сотрудниками из территориальных органов. Подразделение будет как бы прообразом новой прокуратуры Чечни. Использовать в полной мере кадры так называемой генеральной прокуратуры Ичкерии, действовавшей с 1996 года, было бы абсурдным. Многие из них в предыдущие годы активно поддерживали сначала режим Дудаева, затем Масхадова, участвовали в массовых репрессиях против русскоязычного населения, занимались работорговлей, покрывали бандитов.
     В республике, несмотря ни на что, остались прокурорские работники высокой пробы, которые не прогибались под властью Дудаева и Масхадова, сохранили чистыми совесть, честь, верность профессиональному долгу. Не так давно я встречался с прокурором одного из районов Чечни. Этот человек сохранил печать, уголовные дела, различные проверочные материалы весьма актуального характера, наработанные до 1996 года, и готов снова выполнять свои служебные обязанности. Думается, что именно такие люди и должны прийти на работу во вновь создаваемые органы прокуратуры этого субъекта Российской Федерации.
     - Сколько сегодня сотрудников в управлении?
     - Девятнадцать человек вместе с техническим персоналом и водителями.
     - Не маловато ли на целую республику, да еще такую?
     - Это как бы основа, скелет будущей республиканской прокуратуры. По мере необходимости численность будет расти. Кроме того, здесь приступила к работе следственно-оперативная группа главка Генеральной прокуратуры на Северном Кавказе по расследованию уголовных дел, связанных с нападениями бандформирований на воинские части и населенные пункты, расположенные на территории Чеченской Республики. Активно работают органы военной прокуратуры.
     Одновременно разворачиваются прокуратуры в освобожденных от боевиков районах Чечни.
     - А были попытки кого-либо навязать вам в качестве сотрудников?
     - Нет, не было. И не могло быть, возможность подобрать самому людей - моя главная просьба при назначении. Вместе со мной приехали сотрудники аппарата Генеральной прокуратуры, которых я давно и хорошо знаю, единомышленники, имеющие опыт работы в "горячих точках". Примерно половина состава нашего управления - чеченцы. Без них, без их знания местного менталитета сегодня просто не обойтись. Именно чеченцы впоследствии и станут основным костяком будущей прокуратуры республики. В этом ни у кого не должно быть сомнений.
     - Где располагается ваше управление?
     - Временно местом дислокации определен Моздок. В ближайшие дни переедем, скорее всего, в Гудермес. Проблемы с обеспечением транспортом, средствами связи, оргтехникой, безопасностью сотрудников, конечно же, есть. Как и у всех правоохранительных органов, разворачиваемых сегодня в Чечне.
     У всех есть понимание, что без надежного технического и финансового обеспечения работать органам правоохраны в Чечне будет трудно. Пока максимум помощи нам оказывает Генеральная прокуратура России.

     - А как обстояло дело с законностью на территории Чечни в последние годы?
     - Кардинальные изменения, внесенные в Конституцию Чеченской Республики, при Масхадове по сути трансформировали ее в Основной Закон независимого государства со своими присущими ему атрибутами: властными структурами, механизмом подавления, армией, правоохранительной системой. Именно этот постулат и был провозглашен Ичкерией в статье 1-й Конституции Чечни. Более того, эта же Конституция фактически провозгласила Чечню новым исламским государством.
     Хочу напомнить, что Хасавюртовскими соглашениями решение вопроса о статусе Чечни было отнесено на 2001 год. Можно по-разному относиться к этому документу, но Чеченская Республика входила и продолжает входить в состав Российской Федерации со всеми вытекающими правовыми последствиями. У федерального государства должны быть единые законы, единая законодательная база федерального ведения. Но в федеративном государстве нет места сепаратизму. Чеченская Республика так далеко шагнула за рамки единого правового поля, что это не могло не привести к решительным действиям государства во имя своей национальной безопасности и самого существования.
     Это как бы взгляд на проблему снаружи, а изнутри все выглядит иначе. Все законодательство самопровозглашенной Ичкерии, как и политика ее лидеров, производят впечатление "эффекта редиски". Снаружи для внешнего применения - конституция чуть ли не европейского образца, где провозглашены основные права и свободы человека и гражданина, декларированы нормы международного права, закреплены красивые постулаты о стремлении к всеобщему и справедливому миру, основанному на общечеловеческих ценностях, а внутри - террористический анклав, где процветают разбой, насилие, работорговля и подневольный труд, производство наркотиков и фальшивой валюты, геноцид граждан не чеченской национальности.
     Сегодня кто-то сетует на поток беженцев из Чечни в связи с боевыми действиями, а как быть с массовым бегством из республики русских, ногайцев, даргинцев, аварцев и других дагестанских народов? За истекшие годы из Чечни, спасая свои жизни и имущество, ушли сотни тысяч российских граждан - более половины населения республики.
     Отдельная тема - законы Чеченской Республики Ичкерия. Остановлюсь лишь на одном из них, но принципиально важном - Уголовном кодексе, который утвержден указом Масхадова в августе 1996 года. В подавляющем числе своих положений кодекс противоречит даже объявленной Конституции Ичкерии. По этому документу в качестве наказания применяется смертная казнь путем отсечения головы, забивания камнями либо таким же путем, каким преступник лишил жизни свою жертву. Другое варварское наказание - бичевание. Наряду с этим кодексом также предусмотрен принцип "воздаяния равным", или известный доправовой вандализм "око за око, зуб за зуб". Перечень частей тела и тех ранений, за которые назначается наказание в виде воздаяния равным, в кодексе тоже детально прописан. К примеру, у виновного выкалывается зрячий глаз, если он выбил глаз жертве, отсекается рука у осужденного, если у потерпевшего отрезана рука в суставе, и т. д. Правом на варварское наказание наделяется прежде всего жертва преступления, но затем оно переходит к близким родственникам. Действовавший кодекс Ичкерии юридически закрепил и право на существование обычаев кровной мести.
     Как известно, одним из основополагающих принципов права цивилизованных государств является свобода совести и вероисповедания. Вероотступников же в Чечне все эти годы ждала смертная казнь. Общепризнано, что человеческая жизнь не имеет цены. Уголовным правом Ичкерии ее стоимость была определена в "100 коров, или такую же сумму денег, которая эквивалентна их стоимости, периодически определяемой верховным судьей после консультаций с компетентными органами".
     Думаю, теперь понятно, как обстояли дела в Чечне с соблюдением законности и какая бомба под российскую государственность сегодня разряжается федеральными силами.
     - Этот вопрос выходит за рамки вашей компетенции, но все же как вы лично относитесь к самой возможности переговоров с Масхадовым?
     - Масхадов сегодня является видимым представителем легитимной власти Чечни, но как юрист могу сказать, что эта легитимность призрачная. Ибо выборы президента Чеченской Республики, являющейся субъектом Федерации, проводились не по российским законам, с массовыми нарушениями прав и свобод граждан, при активном давлении на избирателей. С другой стороны, ни одно, подчеркну, ни одно из соглашений между Россией и Чечней, подписанное Масхадовым, не было выполнено. Как президент он показал полную неспособность в наведении им же утвержденного правового порядка. Наконец, после всех террористических актов и массовых репрессий против российских граждан и граждан Чеченской Республики Масхадов уже не может в полном смысле быть руководителем Чечни. Переговоры с ним, в том числе и по определению статуса этого субъекта Федерации, по прекращению боевых действий и наведению конституционного порядка являются просто бессмысленными. Вступив в прямой сговор с террористами, покрывая и поддерживая их, он перестал от них отличаться. Отсюда - и ответ на ваш вопрос.
     В таких переговорах, если бы они состоялись, Масхадов представлял бы уже не чеченский народ, а интересы террористического международного сообщества, свившего себе гнездо в некогда цветущей республике. Среди чеченцев сегодня немало честных и незапятнанных людей, болеющих душой и сердцем за свой народ и за судьбу Чечни. Говорить надо именно с ними. Хочу еще раз подчеркнуть: федеральная власть не воюет с чеченским народом, она уничтожает террористов, захвативших власть на отдельно взятой территории и поставивших себя вне закона.

     - Переселенцы из республики - одна из острейших проблем. Оценки и мнения самые разные. А какова позиция главного "законника" Чечни?
     - Проблема действительно существует. Но, помимо вопросов личной безопасности граждан, их желания сберечь свое имущество от превратностей войны, она носит явные признаки хорошо спланированной провокации. Известно, что информационная победа - часть настоящей победы. Именно в идеологических провокациях режим Ичкерии поднаторел за эти годы.
     За раздуванием "проблемы беженцев" проглядывает чье-то желание спасти террористов от окончательного уничтожения. Те, кто сегодня активно разглагольствует о гуманитарной катастрофе на территории Ингушетии, почему-то молчали, когда эта проблема касалась русских, ногайцев, азербайджанцев, армян и граждан других национальностей из Грозного, Гудермеса, Наурского, Шелковского и других районов Чечни. Согласитесь, какое-то однобокое человеколюбие. Создается впечатление, что поток беженцев в Ингушетию направляется искусственно. Более того, зафиксированы "челночные" поездки одних и тех же лиц из Чечни в Ингушетию и обратно. Отсюда - и сведения о значительном числе вынужденных переселенцев. Среди них мы наблюдаем и людей из спокойных районов, где налаживается нормальная жизнь, уже поданы свет, газ и тепло, обеспечивается безопасность, начата выплата пенсий и пособий.
     В недавние времена бандитского произвола там было многократно опаснее, однако они не бежали, почему же теперь бегут? Все эти факты заслуживают пристального внимания правоохранительных органов. Мы уже занимаемся этими вопросами. Вычислив "дирижеров", думаю, снимем и остроту проблемы.
     - Боевики в Дагестане, а сейчас и в Чечне воюют под ваххабистскими знаменами. Не вызывает сомнений, что террористические акты в Буйнакске, Москве и Волгодонске - тоже дело их рук. Что вы будете делать с ваххабизмом и его последователями в республике?
     - Существование проблемы ваххабизма признают и сами чеченцы. Не случайно после освобождения Гудермеса руководитель городского ополчения Д. Ямадаев заявил, что ваххабизм и Чечня - понятия несовместимые. Однако, на мой взгляд, проблема не в ваххабизме как таковом. Проблема - в искусственном вытеснении ваххабизмом традиционного ислама. Причем все это делается не ради "чистоты ислама", а для реализации сугубо политических и подрывных целей. Имеющиеся у нас материалы свидетельствуют, что те, кто сегодня поднимает зеленое знамя джихада, истинной религии глубоко не знают. Для них ваххабизм - лишь ширма, за которой прячутся насилие, корысть, которые с верой несовместимы. Бороться надо не с ваххабизмом, а с его лжеимамами и лжепророками, одним из которых является известный международный террорист Хаттаб.
     - Вы побывали в освобожденных районах Чечни. Какие впечатления от встреч с местными жителями?
     - Люди хотят верить, что порядок и спокойствие возвращаются навсегда. Больше всего они боятся повторения кошмара прошлых лет, когда главным законом и судьей был автомат Калашникова. Хотят верить, что новая власть будет справедливой и милосердной, в том числе и к тем, кто принимал участие в войне 1994-1996 годов. Приходится разъяснять, что на этих людей распространяется амнистия, если, конечно, впоследствии они ничем себя не запятнали. Ведь боевики, уходя, пугали население массовыми расстрелами, арестами тех, кто воевал в прежней войне. Обращаются к нам и с житейскими вопросами, которых множество.
     - Денег, которые поглотила "чеченская черная дыра", хватило бы, чтобы отстроить всю республику заново. В Чечню снова пошли деньги на восстановление хозяйства. Большие деньги. Кто поручится, что каждый рубль из них будет использован по назначению?
     - Действительно, в Чечню в ближайшее время будут направлены значительные финансовые потоки, серьезные объемы гуманитарной помощи. В составе полномочного представительства Правительства России на территории Чечни планируется создать дирекцию строительно-восстановительных работ, через которую пойдут основные бюджетные ассигнования. За работой этой структуры надзор с нашей стороны будет самый пристальный. Если кто-то надеется, что на горе чеченского народа им удастся снова погреть руки, они глубоко заблуждаются.

Подготовили
Сергей ПРОКОПОВ,
Наталья КОЗЛОВА.