|
Александр Дольский:
Я не червонец, чтобы всем нравиться!
Он - из бардовского поколения, на знамени которого было написано "Искренность, Мастерство, Честь".
Александр ДОЛЬСКИЙ, которому на днях была присуждена премия
имени Булата Окуджавы, никогда не вписывался в
сиюминутные стереотипы от искусства. Он относился к творчеству
серьезно и, что нынче редкость, - профессионально. Может быть,
поэтому некоторые его песни стали поистине народными -
такие, как "От прощания до прощания", "Сентябрь, дожди", "Три
сына", а "Господа офицеры" и вовсе считали старинным
белогвардейским романсом...
- Александр, как тебя называть - бард, менестрель,
музыкант, литератор?..
- Начнем с того, что я никогда не вписывался в цех
авторской песни. Я занимался поэзией с самого детства, а
большинство наших бардов только в студенческие годы. Я считал, если буду писать стихи, которые будут достойны называться
поэзией, то уже буду счастливым человеком. Кроме того, я
отличался от наших бардов: они взяли гитару и, изучив 4-5
аккордов, начали напевать свои песни. Я занимался музыкой
серьезно. Параллельно с институтом учился в музыкальном
училище по классу гитары - играл классику, джаз. Будучи
студентом Политеха, был аттестован в филармонии, выступал в
сборных концертах, где играли классику, - исполнял Баха,
Чайковского... Несколько раз выступал со Штоколовым. Родители у
меня артисты: мать - балерина, отец - довольно известный
драматический тенор. Поэтому отношение к занятиям любым
видом искусства у меня было изначально профессиональное.
Добавлю, что к музыке я питаю довольно большую склонность и
пишу не только песни, но и инструментальную музыку.
Возвращаюсь к вопросу: как меня называть? По ОРТ меня назвали
"певец и композитор", более грамотное НТВ - "поэт и музыкант".
Это вернее.
- В каком состоянии сейчас находится наша бардовская песня?
- В очень плачевном, упадочном! Не хочу называть имена, но
у многих бардов песни стали похожи на попсу. Настоящая
поэзия уходит из бардовской песни. Ее вытесняют какие-то
хохмы. Когда-то Булат Окуджава сказал, что авторская песня
умирает. Я в то время довольно иронично отнесся к его словам.
Теперь вижу, что он был прав - особенно если сравнивать
нынешнюю бардовскую песню с той, что пелась в 60-е годы,
когда мы часто выступали абсолютно бескорыстно и никогда не
думали, сколько нам заплатят. На нашем знамени было
написано - Искренность, Мастерство, Честь. А сейчас написано
только одно слово - Успех (читай - Деньги). Бардами стали
называть любого, кто взял гитару.
- Что такое авторская песня?
- Во-первых - это поэзия. Во-вторых - это личность самого
автора - значительная, авторитетная, честная, чистая и
очень талантливая. Не случайно с бардовскими песнями жили и
живут десятилетиями. Многие эмигранты мне говорили, что,
уезжая, брали не вещи, а брали пластинки Окуджавы (и - что
мне было лестно - мои)... В бардовской песне музыка носит
функциональный характер. Вот про Высоцкого говорят, что у
него плохая музыка и он плохо поет - это неверно! Потому
что поет он гениально и музыка у него выдающаяся. Никто бы
не смог сделать музыкальную фразу так, как он. То, что
делал Окуджава со своим необыкновенным голосом и высоким
вкусом, тоже никто никогда не сделает... А что происходит
сейчас? Я вот съездил на Грушинский фестиваль и увидел убогую
тусовку. Участники борются за то, когда кому выйти, кому
сколько спеть, с кем договориться о будущих концертах...
- Сейчас для питерцев - золотая пора. Ты чувствуешь
повышенное внимание власти к себе?
- Абсолютно ничего не чувствую. На премию Окуджавы меня
выдвинул наш Союз писателей - по запросу из Москвы. И в
Москве комиссии хватило ума и совести не отвергнуть мою
кандидатуру. То есть власть просто санкционировала то, что ей
предложили мои коллеги по литературе. В этом я вижу изменение
отношения к себе, признание моего профессионального
уровня. А вообще-то поэзия не зависит от власти или народа. Это
народ и власть зависят от поэзии и вообще от культуры.
Если толпа читает поэзию, то она превращается в народ.
- Ты доволен своей издательской судьбой?
- У меня, слава богу, вышло довольно много книжек. Правда,
тиражи теперь небольшие. Помнится, при социализме были и
150 тысяч, и 300 тысяч. Еще сейчас у меня готовится
собрание сочинений - этим проектом занимается московское
издательство, которое выпустило Высоцкого, Галича, Визбора...
Первый том уже вышел, сейчас готовлю второй. Собрание выходит
в серии "Голоса. Век ХХ".
Александр Щуплов
|
