Смотреть фоторепортаж Татьяны Андреевой

Митинг рабочих в Екатеринбурге, прошедший в минувшую субботу, озадачил многих, причем не только политологов. Вечером мне позвонил друг из Москвы и спросил: "Что там у нас на самом деле происходит? Государственные телеканалы одно показывают, а оппозиционные рассказывают, что тысячи рабочих "согнали на митинг" на привокзальную площадь за отгулы и они пляшут под гимн России, исполняемый Надеждой Бабкиной"...

Ну, что было ответить моему другу? Да, впервые за историю Екатеринбурга самая народная привокзальная площадь, которую все партии до сих пор обходили стороной, считали "непрестижной", была заполнена митингующими рабочими. Да, пела Бабкина. Пела и "Уральскую рябинушку" (считай, неформальный гимн уральских рабочих) и государственный гимн. А переполненная людьми площадь, несмотря на мороз, ей подпевала. И приветствовала криками, когда певица со сцены кричала:

-То, что здесь происходит, - правильно! Те, кто пытается унизить трудовых людей и называют их быдлом, сами быдлом и являются. Я встречаюсь с людьми разных профессий и скажу: не поддавайтесь на провокации. Нельзя допустить, чтобы народ был разобщен.

И среди собравшихся рабочих бегали журналисты, задавая один и тот же вопрос: что вас заставило выйти на площадь?

У меня сложилось впечатление, что этот митинг настолько ошарашил всех неравнодушных и политически "подкованных", что поверить в искренность пришедших на площадь рабочих многие, особо в рядах оппозиционеров, не могли или не хотели. А ведь в самом деле впервые за последние полтора десятка лет не только на Урале, но и в России на единую акцию собрались тысячи рабочих. По официальным данным - 15, по сводкам тех же оппозиционных телеканалов - пять. Даже "несогласные" не смогли не признать, что это самая масштабная акция трудящихся. До сих пор считалось, что говорить "на языке площадей" может только оппозиция. А тут вышли обычные работяги, которые политику в основном обсуждали дома на кухне и на трибуны никогда не лезли.

"Надо же самый массовый митинг на Урале за последние десятилетия и сюрприз - он почему-то не за оппозицию! - пишет в своем отклике на сюжет о "сгоне рабочих" некий Артемий. - И это когда оппозиционные митинги в регионах и тысячи человек не набирают! Просто рабочих все реально достали, а они в отличие от оппозиции свое мнение не в Интернете строчат, а высказывают в реальности и на выборы они тоже ходят!"

О том, что "сюрприз" созрел, страна узнала в начале января этого года. После того, как на прямой линии с премьером Путиным представители "Уралвагонзавода" заявили, что уральские рабочие готовы приехать на Болотную площадь высказаться за стабильность. Первыми оценила предложение рабочих оппозиция. Танкостроители прочитали в Интернете в свой адрес столько оскорблений, что заявили: публично продемонстрируют на митинге в Екатеринбурге свое мнение и пригонят прямо с конвейера на митинг танк Т-90 С. Танк для УВЗ - не просто продукция, а символ предприятия. В середине девяностых, когда "Уралвагонзавод" встал без заказов, многотысячный коллектив месяцами жил без зарплаты. Кормились за счет огорода и пенсий родителей. Дошло до того, что примерный рабочий водитель-испытатель Василий Тронин танк угнал из секретного цеха, чтоб выбить на нем зарплату. После этого "железного аргумента" заводчан заметили.

Новое упоминание о танке не заметить так же не смогли. Первыми возмутились... коммунисты. Они заявили, что не пустят рабочих на митинг, будут проводить там свою акцию, посвященную... дню рождению кубинского поэта, лидера национально-освободительного движения Хосе Хулиана Марта-и-Переса. Когда выяснилось, что с заявкой на митинг они опоздали, коммунисты сообщили, что соберут посылку с презервативами для участников митинга рабочих.

В ответ на "брошенный презерватив" рабочие решили бросить рабочую рукавицу. Идея зародилась на Первоуральском новотрубном заводе, в одном из самых современных в стране металлургических цехов. Кстати, даже варежки на этом заводе уникальные - они выдерживают температуру под 700 градусов. И конкурс из желающих работать в этом цехе не меньше, чем в престижный вуз. Идея пришлась по душе. И именно с рабочими варежками, конечно, более простенькими, рабочие пришли на митинг.

- Честно говоря, я с советских времен не видел такого количества работяг, - сказал мне уже на митинге начальник участка Первоуральского новотрубного завода Расим Ахматдулин. - Это блеф, что всех нас подкупали для того, чтобы здесь собрать. Нас никуда "сгонять" не надо. Мы однозначно не хотим ни революций, ни возвращения девяностых. У страны должно быть стабильное развитие без всяких скачков и исканий другого пути.

Работяги из Златоуста, приехавшие на митинг из соседней Челябинской области, даже своим появлением опровергали главный тезис блогеров, что рабочих принудительно согнали на площадь. Кстати, официально объявлено, что митинг организован на средства профсоюзов. То есть и билеты, и питание оплачены из взносов рабочих.

- А что, право на митинги приватизировано оппозицией? И люди вне Садового кольца не должны честно и открыто демонстрировать свою позицию, свой выбор, который отличается от протестных акций? Почему считается, что мы - подкупленные, мы - вруны, а те, кто идет за оппозицией, точно не кривит душой? - недоумевали в разговоре со мной блогер из Екатеринбурга лидер движения "Дорогами добра" Валерий Басай.

Знаю, что в электричке, специально зафрахтованной на митинг для рабочих УВЗ, мест на всех желающих поехать на площадь не хватило. Знаю, что об отгулах на заводе действительно ходили слухи, а в канун митинга сообщили: слухи - блеф, отгулов не будет. А люди все равно поехали. И таких электричек было пять, еще заводчан везли десятки автобусов. На митинг собрались представители 60 предприятий Среднего Урала.

Свердловская область - размером с некоторые европейские страны и многие заводы расположены в 100, 200 километрах от Екатеринбурга. Расстояние примерно такое же, как от Владимира или Рязани до Болотной площади. Страна наша огромна и разнообразна во мнениях, предпочтениях, выборе... И когда кто-то из центральных кварталов столицы пытается ввести стандарт на облик митингов, лозунгов и народных шествий, это как минимум вызывает вопросы...

- Ну, уж меня-то в нечестности точно не заподозришь - рассмеялся служащий из Екатеринбурга Игорь Кирилов.

На митинг он пришел со своим плакатом: "Путин, помоги многодетным семьям получить землю для строительства". В охраняемый периметр митинга его не пустили, как ни странно, из-за упоминания фамилии премьер-министра. Довод охраны: люди могут воспринять это за агитацию, а агитировать пока нельзя. Так что Кирилов митинговал рядом, как и тысячи других, наблюдавших за рабочей акцией. Накануне Кирилов начал судебный процесс с местными чиновниками, отказывающимися вопреки закону выделять ему бесплатную землю под дом для многочисленной семьи. В очереди стоят более сотни таких семей, а движется она с черепашьей скоростью.

- А на митинг я пришел, чтоб в открытую высказать свою позицию. В стране многие законы не работают. И это главная беда власти, не устранив которую, ни один кандидат в президенты не получит народного доверия. Так что все далеко не "одобрямс",.. - говорит Кирилов.

О недостатках говорили и другие рабочие. Многие уверенны, что главная беда нынешней страны - это коррупция и нечистые на руку чиновники. Да и в резолюцию митинга попали протестные пункты, в частности требование об обязательном повышении минимальной заработной платы, рост зарплаты самих рабочих и строгий спрос с владельцев предприятий, которые не заботятся об условиях труда...

Тем временем

В Нижнем Тагиле открылись четыре приемных общественного штаба в поддержку кандидата в президенты Владимира Путина. Они будут действовать в течение нескольких лет.

Сегодня мы часто вспоминаем 90-е годы, тогдашние многочисленные марши и митинги и радуемся, что "общество проснулось". Но ведь в 90-е все было не однозначно. Особенно в среде городской интеллигенции. Мы уже подзабыли, как на конгресс интеллигенции, проводимый одними писателями, не звали других. Те, в свою очередь, чистили ряды от "инакомыслящих".

А разве сегодня происходит не то же самое? В социальных сетях сообщили, что якобы певцу Алексею Кортневу и его группе отменили гастрольную поездку в Ханты-Мансийск и было отказано в участии в рейтинговом шоу "Две звезды" на Первом канале, где он должен был петь дуэтом с Валдисом Пельшем. Обозреватель "РГ" спросила об этом у Алексея.

Алексей Кортнев:

Все, что касается ситуации с моей поездкой в Ханты-Мансийск, - это просто предположения автора заметки в социальной сети. Подтверждения этому нет: я ничего подобного ни от кого не слышал. Насколько я знаю, просто не договорились финансово - что касается участия в этом фестивале. Дело в том, что подобные отмены концертов случаются периодически, не обязательно по политмотивам. Я и с Говорухиным об этом не говорил, и от него никаких комментариев не слышал. Так что судить не могу. По поводу программы "Две звезды" - мы в ней с Валдисом Пельшем по-прежнему участвуем. Первый канал позвонил, извинился и пригласил обратно в программу.

Ну а в субботу на рабочем митинге в Екатеринбурге со сцены собравшихся поддерживали народные артисты Николай Расторгуев и Надежда Бабкина. После этого на одном из оппозиционных телеканалов прошел сюжет, где с изрядной долей издевки говорилось об этом, в частности, о выступлении Надежды Бабкиной. Прокомментировать ситуацию мы опросили известного культуролога Даниила Дондурея.

Даниил Дондурей:

Политическая и социальная жизнь в стране во многом связана с теми элитарными группами, которые имеют отношение к власти. Речь не только о политической и экономической власти, но и о власти своего рода национальных героев, к которым сегодня, кроме прочих, относятся деятели медиа и культуры. Они обладают не менее важным капиталом, чем деньги и политические распоряжения. Это капитал репутаций. Они выполняют сегодня такую же функцию, как греческие герои - Собчак, Расторгуев, Парфенов и так далее. Они работают разными группами, у них разные имиджи и цели, но в сущности делают одно и то же. Выполняют функцию репутационных олигархов. Или, как я уже сказал, античных героев, как это ни смешно и ни странно. А так как сегодня общество разделено, то они разбредаются. Никто же не мог ожидать, что такие, прямо скажем, не бедные люди, как Максим Галкин с Аллой Пугачевой, окажутся в лагере Михаила Прохорова, Надежда Бабкина - у Владимира Путина, а писатель Борис Акунин... даже не знаю, у кого. У Явлинского? Они делают одно и то же! Они выполняют функции объяснителей жизни. А сфер жизни сегодня много.

- Получается, что представители разных СМИ ведут себя похоже? Оппозиция ругала центральные каналы за то, что они "замолчали" сюжет о первом митинге. А сами с таким же рвением издеваются над собраниями рабочих.

Так всегда бывает. Вы же не можете сказать, например, что солдаты Кутузова, когда вышли за пределы России, скажем, в Польшу, начали считать партию Наполеона правильной, а себя - неправыми. Противник всегда неправ. Это естественно по отношению к обеим сторонам. Это и есть интерпретационная и оценивающая работа, где каждая сторона всегда считает по-своему. В разных окопах люди без мотиваций находиться не могут. Но если бы они измеряли гонорары Акунина с Расторгуевым, еще неизвестно, у кого бы они были выше.

- Можно ли в связи с этим и обращаясь к 90-м годам прошлого века, говорить о расколе интеллигенции?

Трудно сказать. Потому что тогда у нас в эпоху Горбачева возник океан надежд. Раскол - сложное понятие, потому что есть новая проблема ангажемента. Деятели культуры будут продавать свой репутационный капитал, как его продают и политики в поисках своего места в этом сложном российском мире.

- То есть "ничего личного, просто бизнес"?

В каком-то смысле. Но это не совсем циничный бизнес. Да, тут есть расчет. Но, с другой стороны, есть такое понятие - референтные группы. И для референтных групп, куда входят Парфенов с Быковым, лучше бороться с Путиным, чем помогать ему. А деньги в нынешних условиях свободы продюсер Васильев заработает на проекте "Гражданин поэт". В этих референтных группах очень важно "получать аплодисменты", потому что помогать власти любой, особенно в России, как говорится, западло. Хорошо быть диссидентом, и чтобы за это еще и платили. Можно при определенных условиях помогать власти, а при этом не нарушать законы референтной группы.