Приговор под копирку

Электронные технологии в судах принесли неожиданный побочный эффект: люди в мантиях стали допускать в приговорах чисто механические ошибки, которые появляются при копировании информации на компьютерах.

Глава Мосгорсуда Ольга Егорова впервые среди высокопоставленных людей в мантиях публично признала, что такая проблема существует, и провела со столичными судьями работу над ошибками. В самом прямом - грамматическом смысле слова.

На большом экране перед всеми судьями столицы, собравшимися в зале Мосгорсуда, продемонстрировали приговоры по конкретным делам с подчеркнутыми красным фломастером ошибками. В некоторых местах текст дословно совпадал с обвинительным заключением и даже копировал помарки следствия, причем - не только грамматические.

Начинание главного столичного судьи в данном случае дорогого стоит. Раньше об этом только шептались адвокаты и правозащитники, мол, наши люди в мантиях не всегда сами пишут свои приговоры. А порой, похоже, даже не читают.

Не так давно один из следователей по особо важным делам, работавший в столичном управлении СКП, рассказал в прессе, что по крайней мере в столице давно стало хорошим тоном, когда следователь передает судье флэшку с текстом обвинительного заключения. Естественно, вместе с официальным документом, заверенным печатью. Но одно дело вручную перепечатывать текст и совсем другое - копировать его на компьютере. Последнее всегда легче. Однако, как ни парадоксально, при этом не всегда остается время, чтобы прочитать и вникнуть в текст.

Тот следователь, раскрывший производственные тайны, вскоре был уволен. По собственному желанию. Теперь он адвокат. А руководители правоохранительных органов предпочли не комментировать его заявления.

Глава Мосгорсуда - первое официальное лицо, наделенное властными полномочиями, которое гласно признало: да, компьютеры порой слишком расслабляют наших судей. Но есть одно но: приговор - не обычный документ. Поэтому судья должен не через компьютер, а через свою голову (а желательно - еще сердце и душу) пропустить каждую букву вердикта. Как бы пафосно это ни звучало.

Программа на проверку правописания, установленная в каждом текстовом редакторе, этой проблемы правосудия не решает. Например, Ольга Егорова рассказала, что один из судей Останкинского суда столицы, вынося оправдательный приговор по делу о незаконном обороте наркотиков, в установочной части написал, что "вина нашла свое подтверждение". Если вдуматься, человека оправдали, но вина осталась. Кроме того, в этом приговоре фамилия фигуранта дела была написана то в женском, то в мужском роде. Она отметила, что за подобные ошибки в приговоре может последовать дисциплинарное взыскание, вплоть до досрочного прекращения полномочий. Еще один антипример, приведенный Ольгой Егоровой: у некоего судьи за два года отменили 200 процессуальных решений. По словам главы Мосгорсуда, в решениях этого человека в мантии содержались многочисленные ошибки, из-за которых кассационная инстанция была вынуждена их отменять. При проверке выяснилось, что за судью процессуальные решения писали сотрудники суда, а он лишь ставил под ними свою подпись. В отношении этого судьи скоро будет принято дисциплинарное решение.

Теперь в Мосгорсуде эти вопросы поставлены на особый контроль. Но проблема "электронного правосудия" (в плохом смысле слова) - вовсе не столичная.

В этом на своем опыте убедилась Вероника Коробенина, отбывающая срок в хозотряде одного из следственных изоляторов в Тамбовской области. До этого она сидела в колонии в Республике Мордовия.

В прошлом году арестантка обратилась в суд с просьбой об условно-досрочном освобождении. Но ей отказали. "Интересен не сам факт отказа, а чем он обосновывался, - сообщила в редакцию Вероника Александровна. - В моем личном деле нашлась ориентировка о совершении мной побега из исправительной колонии в Республике Мордовия. Причем без даты, обстоятельств побега и последующей моей поимки. Наказание за совершение побега мне не назначено. Позже я смогла документально подтвердить, что побега я не совершала, а ориентировка в мое дело вложена в целях профилактики..."

Получив на руки необходимые документы, она попыталась обжаловать отказ. Но пришедшие из высоких инстанций вердикты вызвали у женщины нехорошие подозрения: может быть, жалобы в судах не читают? Или слишком доверяют компьютерам?

По крайней мере в постановлении, которое получила Коробенина, есть несколько грубейших ошибок. Как минимум - технических. А как иначе назвать то, что в документе перепутан и нижестоящий суд, и даже жалобщик. Решение по поводу женщины выносил Тамбовский областной суд, а в постановлении сказано про Курганский. Затем и вовсе упоминается мужская фамилия, которая к данному делу никакого отношения не имеет. После этого как-то неубедительно звучат слова, что "суд, исследовав представленные материалы, дал оценку всем обстоятельствам..."

Понятно, что убрать компьютеры из судов - не выход. Нет смысла возвращаться к печатным машинкам, да и есть риск, что по существу в этом случае ничего не изменится. Здесь нужны какие-то иные решения. Руководители судебной системы полагают, что исправит ситуацию закон об открытости судебной системы. Летом суды начнут публиковать все приговоры в Интернете. На совещании председатель Мосгорсуда еще раз напомнила об этом столичным судьям. Ошибки будут у всех на виду, и это, как надеются юристы, дисциплинирует людей в мантиях.