Неприемный день

Открытость и доступность правосудия должны быть везде - от канцелярии до зала, где идут заседания. Фото: Злаказова Лилия

Проект "Юридическая неделя"

[09.02.2012]  Молодые юристы готовы предоставить независимую оценку президентских выборов

[09.02.2012]  Юрконсультация: Как получить налоговую льготу по дорогостоящему лечению

[09.02.2012]  Владимир Плигин: Педофил за свои преступления должен нести жесткую кару

Весь сюжет

Эта история - не хронология какого-либо долгого процесса по запутанному, драматическому делу. Она из разряда обыденных, даже бытовых. Но из таких событий и эпизодов складывается наше отношение к суду - нынешней надежде простых людей на защиту и справедливость.

К сожалению, не все судейские понимают, что уважение к суду рождается не из строгой вывески или помпезных колонн у входа. Оно зависит от того, как человека встречают в "прихожей" и как с ним разговаривают о той проблеме, что привела его к людям в мантиях. Очень даже нередко - грубой отговоркой сквозь зубы или вообще никак. И человек теряет последнюю надежду добиться правды. А куда еще идти, если дверь суда оказалась для него неподступной и никто не хочет ни вникнуть, ни помочь, ни отозваться на жалобу?

Одна из таких историй случилась с автором письма в "Юридическую неделю", которое мы публикуем в сегодняшнем выпуске. Вот оно:

- В Тушинский районный суд Москвы меня привела служебная необходимость. На двери отдела экспедиции, который мне нужно было посетить, висел график с четким указанием дней и часов работы: понедельник - четверг с 9.00 до 18.00, пятница с 9.00 до 16.45. Был четверг, и, если верить этому графику, как раз шло приемное время. Однако входная дверь отдела была наглухо заперта. Постучавшись и подождав, не отзовется ли кто на настойчивый стук, я отправилась на поиски работников экспедиции.

Однако никто не мог сказать, где их искать, да и разговаривать со мной было, видимо, недосуг. Канцелярия суда тоже оказалась закрыта. Как мне пояснили, в этот день там готовили отчет, так что не до посетителей.

Не буду утомлять читателей рассказами о том, сколько мне пришлось поколесить по разным этажам суда в поисках работников экспедиции. Все оказалось тщетно. Осознав безнадежность ситуации и ощутив глубокую досаду, я решила все высказать председателю суда. Увы, его приемная тоже оказалась запертой на ключ. Время было безвозвратно потеряно.

Я решила не оставлять эту историю без последствий. В конце концов не только президент должен бороться с правовым нигилизмом, но и каждый на своем месте. На следующий же день я написала жалобу "по инстанции" - в Московский городской суд. Через месяц мне пришел оттуда конверт. В нем была копия обращения председателя судебной коллегии по гражданским делам Московского городского суда Агафоновой Г.А. к председателю Тушинского районного суда Голеву В.И. "Московский городской суд, - говорилось в бумаге, - направляет Вам обращение Расторгуевой А.А. для рассмотрения. О результатах рассмотрения просьба сообщить заявителю и в Московский городской суд".

В следующем месяце я получила письмо из Тушинского районного суда. В нем сообщалось, что жалоба моя рассмотрена, но, цитирую: "Доводы жалобы Расторгуевой А.А. надуманы и необоснованы. 01.10.2009 года (четверг) в приемный день сотрудники Тушинского районного суда г. Москвы находились на рабочих местах и осуществляли прием населения". И подпись: председатель Тушинского районного суда Голев В.И.

Я застыла в недоумении. Какой прием населения и где осуществлялся судейскими в тот день, если на моих глазах двери тех помещений, куда я пыталась достучаться, были наглухо закрыты? И зачем, для какой надобности мне такой формальный ответ-отписка? Написав жалобу, я надеялась обратить внимание председателя Тушинского суда на то, как исполняют свои непосредственные обязанности его сотрудники. Рассчитывала, что он разберется в ситуации и примет свои меры - ведь если мой приход в суд оказался бесполезным, то же самое может случиться и с другими посетителями. А получила им же подписанное сообщение о том, что, оказывается, мои доводы надуманы и необоснованы.

Из таких вот частных случаев, которые происходят каждый день со многими людьми, сталкивающимися с техническими работниками судебной системы, и складывается общее впечатление о ней. А потом руководящие лица задаются вопросом: почему это у граждан нет к судебной власти ни уважения, ни доверия? Да потому вот и нет.

Анастасия Расторгуева

Получив это письмо, мы решили обратиться непосредственно к председателю Мосгорсуда Ольге Егоровой. Не так давно она была гостьей редакции - на "Деловом завтраке" в "Российской газете". Разговор шел тогда и о культуре поведения работников судебных органов, их отношении к делу и людям. Ольга Александровна решительно осуждала тех, кто по-хамски ведет себя с посетителями, грубит, позволяет себе недопустимые для представителя третьей власти вольности в поведении и даже в одежде.

Надо сказать, что слова у руководителя Московского горсуда не разошлись с делом. По нашему обращению она приняла быстрые и решительные меры. В том, что они были решительными, убеждает такой факт: Тушинский районный суд буквально в считаные дни обязали провести тщательную проверку фактов, изложенных в письме Анастасии Расторгуевой. В результате справедливость восторжествовала, а виновный был наказан. Более того, как нам стало известно, он, не выдержав вины, уволился.

Редакции остается поблагодарить председателя Мосгорсуда Ольгу Егорову и руководителя пресс-службы суда Анну Усачеву, принимавшую активное участие в разрешении этого запутанного случая, за оперативную, непредвзятую и действенную реакцию на наше обращение.

Все это может показаться частным случаем. Но любой визит любого человека в суд, где он ищет справедливости, - всегда частный случай. Люди несут сюда свои беды и обиды и первое, чего ждут, - поддержки. А начинается она с малого, но важного - вежливого приема, уважительного обращения, четкого порядка в работе. Тогда и частный случай с неприемным временем станет исключительным.