Роман о словах

Роман Шиян: впервые, муза ударила мне в голову в 16 лет. Фото: РГ

Как создать повесть, если каждый шаг дается с трудом, а прожитый день - не что иное, как бесконечное преодоление собственной физической немощи? Об этом наша беседа с автором текста-исповеди "Жил-был я" Романом Шияном.

Роману 28 лет, из них восемь он прожил в Новочеркасском доме для престарелых и инвалидов. Однажды литературные труды уже прославили это учреждение, - двадцать лет назад произведение инвалида-колясочника Рубена Гонзалеса "Белое на черном" вызвало настоящую сенсацию. Автору была присуждена Букеровская премия, а сам факт выхода в свет романа стал из ряда вон выходящим событием в русской словесности. Особенно если учесть физическое состояние автора. Поэтому еще одна книга, созданная в этих же стенах, воспринимается как явление неординарное.

РГ: Роман, как вы начали писать?

Роман Шиян : Многие в юности сочиняют стихи. Одни пишут, вдохновленные любовью, другие пытаясь доказать ближним своим, что они тоже, того…пушкины. Часто эти две категории креативных личностей трудно различимы. Именно таким в разгар своей юности был и я: влюбленный и жаждущий славы человек. Потому немудрено, что впервые муза ударила мне в голову в 16 лет… молотом тщеславия. Невозможно описать словами всю полноту ощущений, возникающую в процессе творчества. Как поется в одной песне "никто не знает, что мой дом летает…"

РГ : Отличается ли мир человека с ограниченными возможностями от мира обычных людей?

Шиян : Для меня даже самое незначительное, по общепринятым меркам, событие может стать переломным в жизни. В самом раннем детстве в отличие от сверстников у меня не было друзей. Подняли меня на ноги в прямом и переносном смысле папа и мама. А в 90-х годах, когда общение с внешним миром активизировалось, началась моя эпоха просвещения сразу в двух противоположных направлениях. С одной стороны наставляли учителя и воспитатели, а с другой - старшеклассники. В общем, жизнь с самого детства была раскрашена всеми цветами радуги, а не только чёрным и белым. В 2002 году я переселился в стардом, и это стало началом новой эпохи. Тогда же я поступил в институт на инженера-программиста - опять эпоха.

Раньше стать студентом - это было нереально для инвинвалид качественное обучение и, закончив вуз, станет ли профессионалом? Скорее нет, чем да. Сужу не только по себе. И дело вовсе не в инвалидности, а в банальном человеческом отношении. Для меня например у преподавателей не находится времени даже принять экзамен, а уж о том, чтобы получить консультацию вообще речь не идет. Кто виноват? Не мне судить. По сути, свои профессиональные навыки, я получил благодаря книгам и Интернету. И, к сожалению, знания мои недостаточны, чтобы заявлять, что я - профессиональный программист. Издержки системы получения высшего образования для инвалидов дают о себе знать. Сейчас я бесплатно помогаю студентам младших курсов решать задачи по программированию. На это у меня мозгов хватает, но о регулярных заработках при помощи приобретенной специальности пока говорить рано.

РГ: Знакомы ли вы с творчеством Гонзалеса?

Шиян: Книгу Рубена Гонзалеса я неоднократно пытался прочитать - не получилось. Мне она показалась однобокой. Чёрный пессимизм, мизантропия, стилистический минимализм.

РГ: Ваша книга, несмотря на очень откровенные и не самые веселые эпизоды, производит светлое впечатление.

Шиян: Я хотел изобразить жизнь инвалида достоверно. Мнение читателей сходятся в одном, книга моя - искренняя, а значит, я справился со своей сверхзадачей.

РГ: Не обойтись без вопроса о творческих планах…

Шиян: В голове у меня много серьёзных замыслов, но, образно выражаясь, до романа Рома ещё не дорос. Я пока нахожусь на стадии становления в литературном смысле плюс ко всему жизненного опыта мало. Думаю, что как у литератора, у меня всё ещё впереди. Ведь именно литература для меня сейчас - это свет в конце тоннеля и надежда на лучшее.