Вдох и выброс

Владимир Кириллов: После кризиса экологическая напряженность увеличится, но Росприроднадзор будет за этим следить. Фото: Злаказова Лилия

Лучшие интервью

[08.02.2012]  Павел Бушев: Российские ученые кочуют по западным институтам

[07.02.2012]  Александр Шохин: Единого делового климата в России не существует

[03.02.2012]  Александр Звягинцев: По требованию Генпрокуратуры в РФ возвращены сотни миллионов долларов

Весь сюжет

Объемы вредных выбросов в воду и атмосферу резко снизились в прошлом году - и там, и там на 5 миллионов тонн. Об этом вчера рассказал глава Росприроднадзора Владимир Кириллов в гостях у "Российской газеты".

Причем главный защитник окружающей среды не склонен связывать эти успехи с одним лишь кризисом и падением объемов производства. По его словам, наблюдения ведутся в основном за действующими предприятиями. "Цифры приведены не по кризисным субъектам, а по работающим. И это реальное снижение со стороны тех, кто не останавливал деятельность", - подчеркнул Владимир Кириллов.

Однако делая прогноз на будущее, глава Росприроднадзора все же отметил, что после кризиса экологическая напряженность увеличится. "Это бесспорно. Но наша задача будет в том и состоять, чтобы сделать все необходимое в сфере существующего законодательства для охраны окружающей среды", - сказал он.

Владимир Кириллов озвучил и основные экологические риски вплоть до 2030 года. По его словам, они прежде всего связаны с работой крупных горно-промышленных комплексов (всего их по России 7). Кроме того, с основными нефтяными и газоконденсатными месторождениями, шельфами морей, озером Байкал, трубопроводной системой "Дружба", ВСТО (Восточная Сибирь - Тихий океан), "Южный поток" и Nord Stream.

Корреспонденты "РГ" попросили главу Росприроднадзора прокомментировать для наших читателей две самые обсуждаемые сегодня экологические темы - возобновление работы Байкальского ЦБК и снос домов в московском парке.

Российская газета: Владимир Владимирович, правильно ли мы понимаем, что Байкальскому целлюлозно-бумажному комбинату разрешено сбрасывать воду в Байкал? Насколько в этом случае велики риски загрязнения озера и что изменится в контроле Росприроднадзора за работой этого предприятия?

Владимир Кириллов: 1 августа я присутствовал на совещании, которое проводил Владимир Владимирович Путин на Байкале. Он спросил ученых: какой был зафиксирован вред озеру Байкал, когда на протяжении 40 лет комбинат работал? Ни один ученый из присутствовавших не смог ничего сказать. Это повлияло на принятие правительством решения о запуске ЦБК. Он разрешен на три года в разомкнутом цикле.

Что это значит для нас? Предприятие должно получить все разрешения на сбросы в водные объекты и выбросы в атмосферу. Мы будем осуществлять контроль с точки зрения сегодняшнего законодательства. Я понимаю, что это будет головной болью для предприятия. В случае если по каким-то параметрам (а их более 50) будет превышение ПДК, мы будем насчитывать ущерб, который в судебном порядке должен возмещаться. Мы приняли решение о создании в городе Байкальске отдела Росприроднадзора. И он уже работает.

РГ: Вторая тема, о чем сейчас говорят абсолютно все, связана с незаконным строительством в водоохранных зонах, на особо охраняемых природных территориях. Вы можете сказать, какие масштабы имеет это явление в целом по стране?

Кириллов: Это большие масштабы. В любом субъекте Федерации есть такие факты. Но тот шум, который сегодня поднят, говорит о том, что за всем этим кроются какие-то другие причины, не экологические.

На мой взгляд, мы должны смотреть в корень вопроса: наносит ущерб окружающей среде данный дом, сооружение, поселок или нет. Возьмем Большой Сочи. Ни один санаторий, который был построен в советское время, не имеет глубоководных выпусков - только 500 метров в Черное море. Более 50 процентов стоков в Сочи сбрасывается в море без очистки. Давайте посчитаем: кто больше принесет ущерба Черному морю - дом, стоящий отдельно, с локальными очистными сооружениями, или санаторий, который сбрасывает туда столько всего? Вот вам пример. А вы уж сами делайте вывод.

То, что сейчас происходит с поселком "Речник", это не дело Росприроднадзора. Это дело прокуратуры.

РГ: Если мы будем говорить не о том, что уже построено, а о том, что предполагается построить, например, на берегу Волги, то какова будет роль Росприроднадзора? Ваше ведомство должно дать разрешение?

Кириллов: Контроль за водными отношениями и строительством в водоохранной зоне принадлежит субъекту РФ. Росприроднадзор осуществляет контроль за переданными полномочиями субъектам. Мы смотрим, как субъект выполняет эти задачи. А если речь идет о предполагаемом строительстве или другой хозяйственной деятельности на особо охраняемых природных территориях федерального значения, тут за все отвечают наши подведомственные предприятия - ФГУ, которыми являются национальные парки, заповедники. Они свою территорию должны охранять во всех смыслах. Для этого у них есть штаты и все остальное.