Бульдозерная выставка

Снос незаконных построек

[19.01.2011]  Чиновникам запретили сносить самострой без решения суда

[22.10.2010]  Высший арбитражный суд: судьбу спорных построек будет решать только суд

[21.10.2010]  В центре Москвы будет снесена самовольная постройка

Весь сюжет

Сергей Шаргунов, писатель:

- Конечно, ситуация со сломом домов в поселке "Речник" в первую очередь вызывает чувство недоумения: морозы, зима - нашли подходящее время для сноса домов.

Я считаю, что главная проблема большинства такого рода ситуаций: у нас люди всегда оказываются побоку. А размашистость действий и амбициозность поведения государственных чиновников никак не соотносится с жизнью конкретных людей. Которым, конечно, как минимум нужно было найти жилье взамен разрушенного.

Мы привыкли к тому, что разговорами о важности экологии и декларациями о необходимости защиты природы часто прикрываются совсем другие сюжеты. И на самом деле может оказаться, что земля из-под снесенных домов уйдет под строительство домов для еще более высокопоставленных и богатых сограждан.

Мне трудно представить такую ситуацию в Англии, Франции или Германии, там она мне кажется немыслимой. С хрустом наступать на людей и на их вещи?! Даже будучи непосвященным в детали и неспециалистом в юридических вопросах к жителям домов с раздавленным имуществом испытываешь сочувствие.

А резкость действий власти, наоборот, печалит. Потому что у нас государство привыкло давить и топтать. И даже если те, кто построил дома в неположенном месте, не правы, люди должны получить за разрушенное жилье компенсацию, которая их устроит. А мы все, наблюдающие за этой историей, должны быть уверены, что она не родственна сюжетам о сносе якобы ветхого жилья в центре Москвы в целях возведения бизнес-центра или нового дома "для избранных". Для "овец" - одни условия, а "козлищ" пинками расшвыривают. Сквозь такие сюжеты трудно смотреть сочувственно на действия власти в поселке "Речник".

В нашем обществе всегда была высока ценность справедливости. А в условиях ее дефицита она только обостряется. И я бы не связывал эту тягу к справедливости с левачеством, скорее с народничеством. Для меня сочувствие униженным, оскорбленным и бедным людям тождественно здравому смыслу, Оно должно быть в крови. В тяге молодых людей к ценностям справедливости нет ничего противоестественного и нет никакого жертвенного эпатажа, она просто идет от сердца. Промолчать и не комментировать, отвести глаза иной раз легче. Но движение к справедливому слову и поступку сродни инстинкту - природному порыву. Я вот недавно прочитал, что в Орловской области сгорела мать с пятью детьми из-за того, что в их доме отключили свет за неуплату. Ну как можно не отзываться?! Даже если разуверился в силе слов. Все равно надо стараться привлечь внимание к такого рода фактам.

Закон и неумолимость его действия обладают у нас меньшей ценностью. Но это тоже плохо, когда закон превращается в грабли. Я не сторонник декларативной "жизни по понятиям". Это один из признаков варваризации общества. Закон действительно должен работать без исключений. И он должен вести к торжеству справедливости.

И если бы мы знали, что в поселке "Речник" действуют строго по закону, мы бы по-другому смотрели на происходящее. А ситуация, когда в одном случае закон срабатывает, а в другом мы наблюдаем вопиющее беззаконие, всех деморализует...

Закон должен быть сильнее денег и статусов. Он должен защищать нас.

Юрий Кублановский, поэт:

- Входя в дом, я сразу стараюсь постичь личность в нем живущего, его интеллект и характер. Вот почему так больно, когда видишь, как ковш экскаватора врезается в человеческое жилище. Был шок и ощущение варварства. Ведь среди домовладельцев "Речника" не только богатеи, есть обычные люди, как мы с вами, которые годами "наживали" в своем доме "свою" атмосферу.

Говорят, что на Рублевке дома сегодня сдаются, как говорится, "под ключ": владельцы въезжают в уже готовые, обставленные и до последних мелочей продуманные интерьеры. Я, однако, человеческое жилище понимаю иначе: оно культурно обустраивается своим хозяином, его интерьеры - результат, продукт поступательного движения жизни, судьбы.

Вспомните атмосферу дачных домов Пастернака, Чуковского или, например, художника Василия Поленова на Оке под Тарусой. Все они полнокровно отражают характер и душу своих обитателей.

Все делалось по закону? Но закон в таком случае не должен носить избирательного характера, карая лишь беззащитных и потакая нуворишам и знаменитостям.

Когда я вернулся из эмиграции, остро встал вопрос: а где, собственно, жить. Повезло: Литфонд выделил в легендарном Переделкино половину дома. В нем я и живу уже двадцать лет. Страшно представить рядом с ним экскаватор. Этот дом помнит трагические истории своих хозяев. Здесь жил знаменитый большевик Алексей Рыков. Пока его в 1938 году не расстреляли как члена "Правотроцкистского антисоветского блока". Жили и советские литераторы. Так что когда я сюда вселился, "дух" в этих комнатах был соответствующий. И несмотря на капитальный ремонт стоило больших трудов "переломить" чужую атмосферу, чтобы она стала моей, чтобы я приходил в этот дом и чувствовал, что могу здесь читать, писать, дышать, существовать. И теперь, несмотря на относительную скромность мебели и всего остального, каждый предмет, каждая фотография на стене дороги и связаны с важными событиями жизни. Своя культурная среда именно дома - неотъемлемая часть жизни интеллигентного человека. Ее быстро не обустроишь.

Родной дом, малая родина - для меня это Рыбинск. Я приехал сюда на встречу с читателями новой книги стихов "Перекличка", которая прошла в местной библиотеке. Я родился в классической коммуналке. Это был барский дворянский особняк, где обитало около десятка семей: общий туалет, один на всех кран с холодной водой, кухня с примусами. В общем, типичные советские интерьеры, за исключением потолков под пять метров. Детство было колоритное и сложное, я вспоминаю его как очень специфическую страницу своего бытия. Поэтому для меня, как человека, вкусившего коммунальные удовольствия, среди ценностных ориентиров "Дом" занимает особое место. Сегодня я ехал по левому берегу Волги из Ярославля в Рыбинск: бескрайние заснеженные просторы и брошенные деревни. В каждой живут по два-три человека, в основном старики. Поражался, как в такую лютую зиму они выживают? Ближайший магазин - за много километров, дорог не видно - кругом снежные равнины. В этих рубленых "пятистенках" вырабатываются ни с чем не сравнимые типы характеров: смиренных, немногословных, сильных. Такие так прекрасно описаны Александром Солженицыным в рассказе "Матренин двор".