Писатели у дачи

Премия "Большая книга"

[30.11.2011]  Объявлены лауреаты премии "Большая книга"

[25.11.2011]  Сергей Солоух: Наш постмодернизм - это стихотворные шалости школьников в туалете

[24.11.2011]  Юрий Арабов: Писатель в современной России абсолютно унижен

Весь сюжет

Смотреть фоторепортаж Виктора Васенина

Вручение Национальной Литературной премии "Большая книга" в этом году проходило под… пение птиц. Устроителям и оргкомитету пришла в голову идея стилизовать Дом Пашкова под дачу. Как пояснили ведущие церемонии- тележурналисты Леонид Парфенов и Светлана Сорокина - ГУМ, где проходит Литературный обед, на котором объявляют короткий список номинантов, к Кремлю находится ближе. А Дом Пашкова, в стенах коего премию вручают уже в третий раз - дальше, то есть на положении ближней дачи.

В зале и впрямь царила переделкинская атмосфера, писательского поселка, казалось, что даже светит солнце, нечастый гость на столичном небе. Велись разговоры об осеннем сборе урожая. Писатели были столь увлечены щебетанием друг с другом, что Владимиру Григорьеву - заместителю Главы Федерального агентства по печати и массовым коммуникациям пришлось начинать церемонию в приказном порядке. "Стартуем!" - объявил он.

Из тринадцати финалистов на сцену поднялись 11. Владимир Орлов - автор "Камергерского переулка" ("Мы узнали слова Владимир Орлов и "Альтист Данилов" раньше, чем слово "шорт-лист", пошутила Светлана Сорокина) не смог присутствовать, как и Борис Евсеев. Лауреатов рассадили за длинным столом, налили им чаю, угостили плюшками, пирожками, баранками и батончиками… В это время в оборудованной на втором этаже Дома Пашкова "Бане" "парилась" счетная комиссия во главе с Владимиром Толстым. Она спешно подсчитывала голоса, держа в напряжении всех собравшихся. Пока они занимались горячим делом, была вручена самая главная премия "За честь и достоинство" и это стало самым трогательным моментом церемонии.

Премию вручили замечательному Борису Васильеву, предварительно посетовав, мол, есть звание "народный артист", но почему-то отсутствует звание "народный писатель". Вручал награду президент Международной Академии телевидения и Радио - Анатолий Лысенко, который, по его собственным словам, знаком с Васильевым уже много лет:

- Есть люди-донкихоты, - сказал Анатолий Лысенко, - Честь и достоинство - великий груз. И Борис Львович несет его по жизни так, что любой может позавидовать. Но представить себе Бориса Львовича забронзовевшего - невозможно. Пример тому, как он, окруженный молодыми девушками, отплясывал вальс на своем 85-летии.

- Я - пожилой человек, - сказал Борис Васильев залу, который приветствовал его стоя, - но обещаю прожить свою жизнь, чтобы она была честной, как русский писатель, и чтобы она была достойной российской литературы.

Борис Васильев - большой труженик. Последние 10 лет он пишет историческую прозу, такие романы, как "Вещий Олег", "Ольга - королева русов", "Князь Святослав", "Александр Невский", "Юность Мономаха" и др.

Самым веселым моментом церемонии настал, когда на сцену поднялись Глава Федерального агентства по печати и массовым коммуникациям Михаил Сеславинский и писатель Александр Кабаков. Последний - в роли почтальона Печкина из Простоквашино. Они вскрывали посылку с подарками, среди которых лежали конверты с именами победителей читательского голосования. Первое место читатели отдали Андрею Балдину, автору книги эссе "Протяжение точки", второе - Леониду Юзефовичу за роман "Журавли и карлики" и третье - Мариам Петросян, автору романа "Дом, в котором..".

Тем временем подсчет голосов в "Бане" затягивался. Паузу заполнило инструментальное трио Сергея Шитова. И, когда мероприятие уже грозило перерасти в вечер инструментальной музыки, под приветственное "С легким паром!" комиссия все же определилась. Объявление победителей было устроено, как гром среди ясного неба: на сцене имитировали грозу, погасший свет, всем раздали фонари… И, как грибы после дождя, появились лауреаты. Лучшими писателями 2009 года стали: - Леонид Юзефович ("Журавли и карлики") - первая премия, Александр Терехов ("Каменный мост") - вторая и Леонид Зорин ("Скверный глобус") - третья.

Михаил Бутов, председатель Совета Экспертов премии "Большая книга":

РГ: Премия - это всегда интрига: кому она достанется, кто окажется лучшим. Как на ваш взгляд, в этом году было сложно определить победителя?

Бутов: В нынешнем сезоне премия отличается именно своей предсказуемостью. Должен вам сказать, что самый непредсказуемый из лауреатов - Леонид Зорин. Тут вопрос не в качестве книги, так как все люди, которые сидели за "дачным столом" не просто так туда попали. Они написали хорошие книги. И я за это отвечаю. Из попыток предсказать реакцию экспертов и общего решения большого жюри фигуры Терехова и Юзефовича выплывали достаточно очевидно. Я надеялся, что получится по другом, как в читательском голосовании, которое мне очень понравилось Но нет - все вышло достаточно предсказуемо.

Леонид Зорин, драматург, прозаик, сценарист:

РГ: Получая премию, вы вспомнили слова Дживса, который сказал, что важно не удовлетворять свои желания, а иметь их. У вас было это желание- получить премию "Большая книга"?

Зорин: Не скажу, что было острое желание. Но, честно говоря, и возражений особых не было. Каждому пишущему человеку приятно, когда труд его как-то отмечен.Но так, чтобы я только об этом и думал - нет. Я работаю каждый день на протяжении многих лет, без воскресений, выходныхи отпусков. Моя работа меня целиком поглощает, думать на посторонние темы мне уже поздно. Времени уже осталось очень мало.

РГ: Тогда какие у вас есть желания?

Зорин: Мои желания касаются исключительно моих близких. Я хочу, чтобы они были здоровы и прожили долгую счастливую жизнь…. Такую, как я. Я доволен своей жизнью - занимался любимым делом. Что еще?

РГ: В какое время суток вам лучше всего работается?

Зорин: Каждое утро я работаю три часа. Когда-то работал и по 12 часов в день - были благословенные дни. Но сейчас - нет. Больше себе запрещаю находится за столом.

РГ: На церемонии говорили, что Россия перешла из самой читающей страны в категорию самая издающая страна - предложение превышает спрос. Но издается много плохих книг. Какой должна быть настоящая, "большая" книга?

Зорин: Идет литературный процесс. А что останется - не нам судить. Время все расставляет на свои места. Что отомрет, значит, заслуженно. А что должно остаться - останется.

РГ: Ваша книга "Скверный глобус" вам самому нравится?

Зорин: Я за нее отвечаю. Думаю, что этого достаточно.