ДоЛя Баскова

Мы встретились с Николаем Басковым на следующий день после того, как он получил в Кремле звание народного артиста России.

Тенор держал в руках бокал белого вина - хотя за время беседы к нему не прикоснулся (режим?). Бокал ему понадобился лишь, когда он использовал его в качестве подставки под мобильный телефон - прослушивал новую песню с рефреном "Летят журавли" (пиар?). На время интервью Басков отключил у мобильного звук (культура?), но в конце беседы стал отвечать лишь на звонки, касающиеся убийства Шабтая фон Калмановича - по словам певца, его друга (отзывчивость?).

"Только раз бывают в жизни встречи"

- Николай, вы очень заметно получали звание. Вам именно в Кремле пришло в голову спеть романс "Только раз бывают в жизни встречи", или это домашняя заготовка?

- Просто я подумал, что сложилась такая неформальная обстановка. Кроме того, мне как артисту реально захотелось спеть в этом зале. Спеть перед выдающимися новоиспеченными лауреатами государственных премий - не всегда предоставляется такая возможность. А тут они собрались в одном месте, в одно время. Поэтому я и решил как-то отметиться и спеть такой романс.

- То есть вы его все же специально подготовили?

- Нет. Мы сидели рядом с Игорем Яковлевичем Крутым, и он мне говорит: "Ну что, анекдот расскажешь?" Я ответил, что нет, после Александра Ширвиндта анекдоты рассказывать уже не надо. После награждения Эдуарда Хиля я подумал, что есть только один вариант. Это хорошо, что я спел один куплет, а мог бы - весь романс.

- Вы самый молодой народный артист?

- Мне - 33. А в прошлом году, в возрасте 34 лет, звание народного артиста получил Сергей Безруков.

- Безруков говорил, что ему было неловко. А какие ощущения у вас? Может быть, вам лестно, что вы такой молодой, а уже народный. Причем и России, и Украины.

-...И Молдавии, и Беларуси, и Чечни, и Ингушетии. Не думаю, что это неловкость. Ведь за этим на самом деле стоит огромный труд. Подрастает молодое талантливое поколение, и у них есть пример. Для меня получить такое звание очень приятно. У меня в день награждения телефон разрывался так, что я не знал, как его успокоить.

- Кто вас поздравлял?

- Все артисты, чьи только фамилии не назовете. Алла Борисовна сначала вообще не поняла: указ же о награждении был подписан еще в мае. Она мне звонит: "А тебе что дают, орден?" Я говорю: "Нет, пока еще народного". Она смеется: "А я уже подумала, что тебе через четыре месяца орден решили дать".

- Может быть, вам кому-то хочется сказать особенные слова благодарности? Наверное, это Монтсеррат Кабалье, а кто еще?

- На самом деле я просто боюсь сейчас кого-то обидеть. Отношение к этому имеют очень многие: поклонники, родители, люди, которые все эти годы были рядом со мной...

- Тогда задам два вопроса о тех, кто меня особо интересует. На первом этапе карьеры вам очень помог Геннадий Селезнев.

- С Геннадием Николаевичем мы столько лет знакомы. Встречаемся, общаемся... Он был у меня на концерте. Я летал к нему в Ялту на телекинофорум. Моя карьера началась благодаря ему. Александр Морозов, композитор, услышал меня в военном госпитале и решил, что его песни должен запеть певец с классическим голосом. Мы стали пробовать, а потом я выступил в театре Советской Армии, где были Геннадий Селезнев и мой будущий продюсер Борис Шпигель.

- Второй вопрос: когда вы были ребенком, лет с 10, пели в детском театре...

- Музыкальный театр юного актера, художественный руководитель Александр Федоров.

- Я слышала мнение, мол, Басков должен был бы этот театр озолотить.

- Это так кажется. Я с Сашей очень близко общаюсь, мы с ним встречаемся, совсем недавно отмечали его день рождения в Барселоне. Почему-то считают, что если у меня золотой голос, значит, и золотая рука: к чему ни прикоснусь, все превращается в золото. Во-первых, театр по сути процветает - там учатся очень много талантливых детей. Я присутствовал и на 15-летии, и на 20-летии театра. То есть тех людей, которые меня любили и уважали, я несу в сердце по своей жизни. Ну а от людей, которые хотели меня использовать, я всегда отходил.

Мир искусства - определенная матрица

- Как вы чувствуете разницу?

- Любой человек почувствует. При том, что мир искусства, творчества очень неоднозначен. Это - отдельная параллель, определенная матрица. Быть артистом очень тяжело, поверьте. Мы же не госслужащие, нас не назначают. У нас нет ни зарплат, ни дотаций - все только на человеческих отношениях. Мы в нашем государстве ничего не получаем ни с продаж альбомов, ни от участия в спектаклях. А выполняем по сути адский труд. Ни один музыкант не может сравниваться с певцом, чей инструмент - человеческий голос. Скрипку можете поменять, настроить рояль, контрабас - все что угодно. А голос - это человеческий организм.

- Как вы работаете над своим голосом? Придерживаетесь режима?

- Я соблюдаю определенные правила. Но что касается режима... Объясню: когда у меня сумасшедшая жизнь, связанная со съемками, с интервью, с праздниками, то я, например, отстраняюсь и не пою серьезные произведения, чтобы не перегружать горло. Для меня самое главное - это сон. И, конечно, техника дыхания, которой я стараюсь заниматься по мере возможности.

- Сколько вам нужно спать, чтобы восстановиться?

- Чтобы прекрасно себя чувствовать и выйти бодрым, когда открываешь рот и голос рвется наружу, мне нужен сначала день хорошего сна, отдыха, посвященного себе, а на следующий день прекращение всех разговоров. Вот рецепт: день спокойного релакса и день молчания.

Я свою планку не занижал

- Вам самому нравилось, как вы пели Ленского в Большом?

- Конечно, нет.

- Вас тогда сильно критиковали.

- И правильно делали. Просто меня очень жестко критиковали. Обидно было. Но зато я благодаря критикам стал таким, каким стал.

- Николай, очень много к вам претензий в том плане, что у вас начиналась оперная карьера, вы пели ведущие партии в таких операх, как "Травиата", "Князь Игорь", "Борис Годунов", "Тоска"... А что потом? Совершенно другое направление. Шоумен, эстрадный певец.

- Я в декабре пою в "Лисеу" - оперном театре Барселоны. В следующем году я выпускаю очень красивый оперный альбом, спродюсированный братом Монтсеррат Кабалье Карлосом Кабалье. Там восемь арий из самых знаменитых опер и девять итальянских песен.

- Но зачем вам нужна популярная музыка?

- Так сложилась моя судьба. Сам не ожидал, что я такой. Мне всегда были тесны заданные рамки. Если бы у меня были возможности, я бы сделал свою антрепризу.

- Что вам мешает?

- Средства, ответственность. Если я отвечаю за людей, то даю гарантии, держу слово. У меня много проектов - и эстрада, и кино, и телевидение. У меня много друзей, знакомых, и я уже попал в связку, в тот поезд, в который если сел, то выйти из него уже невозможно. Кого-то подведешь, кто-то будет обижаться, расстраиваться.

- Я вас спрашивала про другое. Но у вас была определенная планка, которую вы занизили?

- Я свою планку не занижал. Я разнообразил свою карьеру. Просто наша пресса стала редко писать рецензии, отзывы на выступления артистов. К сожалению, она уходит в те узкие рамки, сколько стоило шоу, перья на костюмах и кто что ел на банкете. Возьмите у моего пресс-секретаря последние рецензии, которые дает на мои выступления германская пресса. Почему-то критик, прослушав эстрадный (подчеркиваю) концерт в Дюссельдорфе, на который пришли 6400 зрителей, пишет о том, что "связки Баскова эластичны, как резина. Он легко, совершенно без напряжения, переходит от бельканто к субтону и профессионален во всех стадиях". И еще немецкие газеты пишут, что жаль, что тенор мирового уровня не реализует себя на оперных подмостках.

- То есть они сожалеют.

- Сожалеют.

- Так ведь и мой вопрос об этом же.

- Знаете, ко мне иногда подходят зрители, люди - наш народ и говорят: "Николай, можете петь нормальные песни для нас, для простых людей? Мы иногда не понимаем это ваше "А-а-а!" Пойте то, на чем мы росли и растем, - песни, которые исполняли Пугачева, Ротару, Хиль, Кобзон. Нам так это нужно, но только в молодом, свежем исполнении".

Я на своих концертах классику тоже пою, но обо мне судят люди, которые на них никогда не бывали. Не хочу себя хвалить, но на сегодняшний день у меня в жизни не было, слава богу, ни одного раза, чтобы в конце концерта зал не аплодировал стоя.

- Мне интересна ваша мотивация...

- Мотивация в том, что мне на сегодняшний день очень тяжело совмещать и отойти полностью в оперу.

- А вы этого хотите?

- Я бы хотел. Если бы рядом со мной был крупный, серьезный меценат, который бы сказал: "Коля, отойди от всех своих проблем, от контрактов и займись серьезно только тем, что ты хочешь делать, - именно классикой, и будь уверен в завтрашнем дне. А я подставлю тебе свое плечо". Я бы с удовольствием этим занялся.

- И вы бы не пели песни для народа?

- Пел, но в свое удовольствие. Я бы так не скакал по гастролям. У меня коллектив почти 35 человек, балет, музыканты - целый цех. У меня костюмы, у меня артисты. И я - как маленький завод, который должен пахать все время, потому что им тоже даю работу.

Была "пугачевщина", теперь - "басковщина"

- Вы знаете, что существует термин "басковщина"?

- Нет (удивленно смеется). Была "пугачевщина", теперь "басковщина".

- "Басковщина" - это когда человек от высокого жанра опустился к низкому, когда он на все готов, чтобы привлечь к себе повышенное внимание. Например, знаете такое выражение, что Волочкова - это Басков в балете?

- Надо же! Я отвечу очень сильными словами: когда Христос приезжал в Иерусалим, народ встречал его, ликовал и кричал: "Это наш Бог! Царь!" И ровно через три дня этот же народ его распял и закидал камнями. Понимаете, для меня не существует никаких терминов. Это смешно. Кто эти люди, которые считают, что они могут так говорить? Волочкова - прекрасная балерина. Зависти и злобы в нашем театральном мире столько, что только сила внутреннего я, сила личности помогают выстоять.

Мне нравится, что я у всех бельмо на глазу. Вот и все! Хотя, знаете, все равно приятно, что в моей жизни есть люди, которые аплодируют мне стоя.

- В этом году на "Славянском базаре" появился и взял Гран-при молодой певец Дмитрий Даниленко, и все отметили, как он похож на вас. Можно ли сделать второго Баскова? Я помню, как Пугачева на "Новой волне" ответила на этот вопрос, но хочу, чтобы вы сказали сами за себя.

- А Карузо был второй? А Доминго? Джо Дассен? Хулио Иглесиас? Есть вторая Пугачева? Он прекрасный, талантливый парень - Даниленко. Я ему сам давал премию на конкурсе "Романсиада". Я сам его отправил на "Славянский базар", я был председателем комиссии от России. Но он тогда был брюнетом. Продюсеры решили постараться - сделать копию. Но она всегда хуже, чем оригинал. Мне-то это лестно, потому что меня копируют. А человек теряет свою индивидуальность.

- Можно ли любого человека научить петь?

- Смотря как.

- Я смотрела ваш творческий вечер, и когда экс-мисс Вселенная Оксана Федорова вышла на сцену и запела, меня это поразило.

- Она, оказывается, пела с детства. Мы с ней стали ходить в караоке, петь с друзьями. Я послушал и говорю ей: "Так ты же поешь!" Меня поразило, когда мы с ней решили спеть песню "Феличита", и я заметил, что у нее тембр голоса, как у Рамины Пауэр. В этом стиле мы потом с ней записали дуэт - "Права любовь". Сейчас он в чартах на первых местах.

- Я иногда вас вижу на мероприятиях, наблюдаю, как вы себя ведете: всегда в центре внимания. Это потому что вы веселый, или для вас пиар очень много значит?

- Я вообще никогда о пиаре не задумывался. Поверьте, те, кто хотят пиара, они никогда его не получают. А кто к нему относится равнодушно - наоборот. Было смешно, когда я пришел в Кремль на вручение награды, слышу, как один журналист говорит другому: "Ну все, день не зря прошел - Басков пришел. Сейчас что-нибудь обязательно выкинет". Пусть я неоднозначный, зато рейтинговый.

- Как сочетается: оперный тенор и шоумен?

- Да все тенора такие! Просто это не укладывается в нужные рамки. Иван Козловский был таким шоуменом... Он так людей развлекал. А Сергей Лемешев? Просто мы не жили в ту эпоху. А люди рассказывают, что Лемешев такой же был: всегда в центре внимания, юморист, шутник. Его называли тенор-душка.

- Если бы вас назвали тенор-душка, вам бы понравилось?

- А меня и так называют и душка, и сладкий, потому что я - тенор лирический, лирико-драматический. Мне как-то одна шоколадная компания предложила выпустить конфеты "Сладкий Басков". Я отказался.

- А еще от каких предложений принципиально отказываетесь?

- Никогда не говори "никогда". Когда-то, помню, ходил с мамой на концерт Киркорова. Лет 15 назад. Маме очень нравится Филипп, тогда его песни гремели, такие как "Ой, мама, шика дам". Мы пришли, я - учусь в консерватории, пою оперу... Сижу, смотрю. А мама - в восторге. Говорит: "Сынок, ну как тебе?" А я отвечаю, мол, так себе. Она спрашивает: "А что, ты бы так не хотел?" Я возмутился: "Я? Никогда!" И она сказала: никогда не говори "никогда". И потом, ровно через какое-то время...

- Может такое случиться, что в будущем вы снова поменяете род деятельности - вдруг через несколько лет Басков станет продюсером?

- Не исключено. Или министром, почему бы и нет.

- Культуры?

- Либо директором Большого театра. Была в свое время такая первоапрельская шутка - сообщение информагентства. На самом деле - покажет время.

"...Почему-то считают, что если у меня золотой голос, значит, и золотая рука".

"...Мир искусства, творчества очень неоднозначен. Это - отдельная параллель, определенная матрица. Быть артистом очень тяжело, поверьте".

"...Рецепт хорошего звучания голоса: день спокойного релакса и день молчания".

"...У меня много друзей, знакомых, и я уже попал в связку, в тот поезд, в который если сел, то выйти из него уже невозможно".

"...Мне нравится, что я у всех бельмо на глазу".

"...Пусть я неоднозначный, зато рейтинговый".

"Помню, ходил с мамой на концерт Киркорова. Лет 15 назад. Маме очень нравится Филипп, тогда его песни гремели, такие как "Ой, мама, шика дам". Мы пришли, я - учусь в консерватории, пою оперу... Сижу, смотрю. А мама - в восторге. Говорит: "Сынок, ну как тебе?" А я отвечаю, мол, так себе. Она спрашивает: "А что, ты бы так не хотел?" Я возмутился: "Я? Никогда!" И она сказала: никогда не говори "никогда". И потом, ровно через какое-то время..."