К 100-летию "Русских сезонов" Сергея Дягилева Юрий Григорович поставил в своей краснодарской труппе знаменитые балеты Михаила Фокина, входившие в программу "Сезонов": "Петрушку", "Шопениану", "Видение розы" и "Половецкие пляски" Михаила Фокина.

Воспринятые в свое время как эстетическая революция балеты Михаила Фокина последнее время чаще всего упоминались в связи со всевозможными курьезами. Лихие энтузиасты объявляют о "реконструкциях" спектаклей, на деле предъявляя нечто, отдаленно напоминающее оригинал. Тем временем из репертуара Большого театра давным давно исчезли аутентичные версии, тщательно подготовленные в 80-е годы прошлого века под присмотром Николая Бенуа, сына легендарного соавтора этих балетов художника Александра Бенуа.

Акция, предпринятая Григоровичем в Краснодаре, в чем-то перекликается с миссией дягилевской антрепризы, сохранившей наследие императорской сцены за ее пределами. Главная ценность этой работы - подлинность сценических версий: Григорович воспроизвел то, что когда-то танцевал сам, получив партии фокинских балетов из первых рук их создателей. Для краснодарской труппы работа над этим репертуаром оказалась серьезным и успешным экзаменом на творческую зрелость. Прелесть и коварство хореографии Фокина во многом заключены в нюансировке: от малейших перемен ракурсов, положений кистей рук и стоп, поворотов головы зависит не просто рисунок, но суть образа.

Григорович строит программу на контрастах, демонстрируя разнообразие стилистических полутонов фокинской хореографии - от лубочной пластики "Петрушки" к романтической кантилене "Шопенианы" и экспрессионистской порывистости "Половецких плясок". Художник Михаил Сапожников воспроизвел декорации и костюмы, по возможности пользуясь той же техникой их изготовления, что и создатели оригиналов.

Юрий Григорович, балетмейстер, народный артист СССР:

- Мы решили обратиться к балетам Михаила Фокина не только в связи с юбилеем "Русских сезонов" (хотя это и само по себе достаточно весомый повод), но прежде всего потому, что эти спектакли - важнейшая часть нашего культурного наследия. Для меня эти балеты - часть моей личной и театральной биографии. Мой дядя, танцовщик Мариинского театра Георгий Розай, танцевал сольную партию в "Половецких плясках" Фокина - ту самую, которую впоследствии танцевал и я.

Поразительно, что когда сегодня смотришь балеты Фокина - это интересно, это живой театр. Несмотря на множество наивных вещей, которые мы можем в них отметить, после всех мировых войн, после того страха и ужасов жизни, о которых не могли даже предположить во времена Фокина.

Мне кажется, балеты Фокина проявляют важнейшую вещь: они позволяют увидеть, что обновление театра, как и вообще новаторство в искусстве, подчинено неким закономерностям, образует, если угодно, традицию. Новаторство не есть произвол. Доказательство тому, что эти спектакли, в свое время появившиеся как новаторские, даже революционные, не просто сохранились в репертуаре, но продолжили магистральную линию развития русского балета. Сколько было "новаторских" постановок под лозунгом: "Раньше было так, а теперь мы все поставим с ног на голову!" Где теперь эти постановки? А наследие Фокина живет.