Лихоимцы

Ненасытность ослепляет взяточника и делает его неспособным к состраданию. Фото: ИТАР-ТАСС

Остановить грех может только совесть. Это она, совесть, кричит нам о том, что душа ранена. Но чем сильнее вовлеченность человека в грех, тем слабее слышит он голос своей совести, а подчас этот голос совсем пропадает.

"Здравствуйте, Мария! Думаю, та боль и унизительное чувство бессилия, которые мы испытали в трагические для нас с женой дни, знакомы многим. Казалось бы, прошел почти год, моей тещи Тамары Ивановны уже нет в живых, но как только я вспоминаю то бесчеловечное, скотское отношение, с которым мы столкнулись тогда, волна гнева и негодования снова поднимается во мне. И я хочу понять, почему отсутствие ничтожной бумажки может обречь человека на страдания, страдания в прямом смысле слова! Почему тот, кто имеет право эту бумажку выдавать или не выдавать, превращается в бездушное животное, неспособное или не желающее ничего слышать? Разве у той надменной начальницы паспортного стола, которая, несмотря на наличие всех справок, упорно не выдавала нам разрешение на временную прописку тещи, прописку, без которой мы не могли получить для умирающей больной обезболивающие, не выдавала, потому, что для этого нужно "личное присутствие прописываемого", разве у нее нет матери? Или ей самой не знакомо чувство боли? Или у нее никогда не разрывалось сердце, если мучились ее близкие? Я не могу понять, что таится у таких людей там, внутри, за внешностью человека? Да и человек ли эта паспортная начальница, если после того, как моя рыдающая жена рассказала ей о том, что мама стремительно сгорает от рака, что без прописки врачи не имеют права выдавать рецепты на сильнодействующие анальгетики и что физически невозможно привезти умирающую в паспортный стол, если она, выслушав всё, с каким-то садистским наслаждением отрезала: "А если б и привезли, все равно разрешения дать не могу - у вас тут справка о договоре поднайма не по форме!.."

Мария, вот вспомнил это, и опять во мне все закипело. Неужели единственная мысль, которая возникает у таких людей: "Раз ты от меня зависишь, значит, будешь платить!", единственное чувство, которое рождается в их душе, - желание денег? Да это, кстати, еще большой вопрос: а есть ли у взяточника душа?"

Дмитрий Михайлович С.

Здравствуйте, Дмитрий Михайлович! Вы подняли важный вопрос: какой урон наносит взяточник не государству, не отдельным гражданам, страдающим от его лихоимства, а себе, своей душе? По-моему, этот аспект проблемы коррупции пока еще не осмыслен, и, как мне кажется, напрасно.

Совесть против греха

Еще Достоевский в "Бесах" подметил явление, которое назвал "административным восторгом": если поставить "какую-нибудь самую последнюю ничтожность у продажи каких-нибудь дрянных билетов на железную дорогу", то "эта ничтожность тотчас же сочтет себя вправе смотреть на вас Юпитером, когда вы пойдете взять билет... "Дай-ка, дескать, я покажу над тобой мою власть". Речь здесь идет о любоначалии - упоении властью; кстати, любоначалие - не единственный грех, свойственный взяточнику. Само искание взяток называется лихоимством и считается "страстью крайне развращенных людей" (св. Тихон Задонский). Русская литература XIX века подробно исследовала процессы, происходящие с теми, кто "чиновник с виду, но подлец душой", и ее художественные открытия совпадают с учением святых о грехе и о страстях - этих болезнях души человеческой.

Святой Иоанн Кронштадтский считал, что "грех есть духовное прелюбодейство души человеческой с диаволом": человек подставляет дьяволу свое сердце, и враг, соединяясь с душою, изливает в сердце человека свое семя - яд греха. Если раненность, возникающую в результате такого противоестественного соития, сразу не уврачевать Божественной силой благодати, яд начнет действовать. Повторение греховного поступка ведет к тому, что мы углубляем и растравляем рану.

Для гибели человека достаточно даже одного порока: подобно тому, как зияющая рана является воротами для различных инфекций, так и один грех будет открывать вход в душу всем грехам и всем страстям. "Пороки как бы держатся один за другой, и в кого входит один, в того... входят неприметно и прочие... Желание приобретать большее и иметь преимущество перед другими влечет за собой гнев к равным, гордость в отношении к низшим и зависть к высшим. За завистью следует притворство, за ним озлобление; а вслед за всем ненависть к людям" (свт. Григорий Нисский). Остановить этот губительный процесс разложения души может только совесть - это запечатленное в сердце человека знание о добре и зле. Это она, совесть, кричит нам о том, что душа ранена. Но чем сильнее вовлеченность человека в грех, тем слабее - вот оно, отравляющее действие яда греха! - слышит он голос своей совести, а подчас, казалось бы, этот голос совсем пропадает. Молчание совести можно сравнить с болевым шоком, который наступает, если повреждения, полученные при ранении, значительны. В обоих случаях - это сигнал смертельной опасности.

Окаменелое бесчувствие

"Крайнее окаменение, омертвение и нечувствительность заключаются в том, что кто-либо имеет большую смертельную рану, но не ощущает болезни. Последнее же безумие заключается в том, чтобы падать в яму, в пропасть - и не знать этого своего падения, не бояться. Это похоже на пьяницу, безмерно напивающегося, который не понимает, что с ним делается, бьют ли его, или он сам, упав, ударился и ушибся" (Свт. Димитрий Ростовский).

Кроме такого окаменелого бесчувствия отцы Церкви отмечают и другие последствия воздействия греха на человека - это слепота ума, ожесточение и ненасытность. Внешне эти изменения души человеческой могут проявляться в неожиданных сменах настроения и лживости. Заметнее всего эти признаки разрушения личности бывают у наркоманов и алкоголиков, но вообще-то они свойственны всем, кто порабощен какой-либо страстью. Вспомните, что написал Гоголь о городничем в "Замечаниях для господ актеров" к "Ревизору": "Переход от страха к радости, от грубости к высокомерию довольно быстр". Кстати, вы никогда не задумывались над тем, почему прожженный городничий так обмишурился, приняв вертопраха Хлестакова за значительную фигуру? Это как раз результат ослепленности ума, о которой пишут святые. И Гоголь тут гениально точен, когда вкладывает в уста того, кто "мошенников над мошенниками обманывал, пройдох и плутов таких, что весь свет готовы обворовать, поддевал на уду!.." следующее объяснение инцидента: "У меня, право, в голове теперь... сам не знаю что делается!" Бес попутал!

Дмитрий Михайлович, думаю, что про ожесточение и ненасытность взяточников долго распространяться не стоит - как писал тот же классик: "Оригиналы... всегда почти находятся перед глазами". А вот на том, что идолослужение деньгам в конце концов приводит если не к духовной смерти, то к пустоте, остановиться стоит. Человек внешне в порядке: он ходит, смеется, ест, разговаривает, но это уже только его оболочка, он глух к чужому несчастью, он неспособен на сострадание - вот они, мертвые души! Летящий стих Пушкина зафиксировал такое вырождение в трех строках:

"И отставной советник Флянов, Тяжелый сплетник, старый плут, Обжора, взяточник и шут", - больше об отставном советнике и сказать-то нечего: одни пороки, и ничего, что хотя бы намекало на присутствие души. Салтыкову-Щедрину для того чтобы исследовать, как мучается и гибнет живая душа под бременем грехов, потребовался роман. Перечитайте то место, где у Иудушки Головлева просыпается совесть. Оказывается, даже у него она "не вовсе отсутствовала", но что может быть страшнее, чем миг, когда твое собственное прошлое вдруг "двинулось навстречу, каждоминутно угрожая раздавить"...

Ради детей

Возвращаясь к греху лихоимства, заметим, что если "блуднику, злобному, пьянице и прочим нужно только отстать от грехов и покаяться, чтобы спастись, то лихоимцу не только отстать должно.., но и похищенное возвратить тому, у кого похитил или, если того сделать невозможно, расточить то, что во зле собрал. Ибо иначе ему каяться невозможно" (св. Тихон Задонский). Потому-то, видно, и считается, что лихоимство опаснее других беззаконий - что-то не слышно о добровольном возвращении награбленного.

И все-таки, думаю, есть то, что способно остановить даже самого заматерелого взяточника. Это наши дети. В современном богословии активно обсуждается понятие родового греха. Профессор МДА А.И. Осипов говорит о нем так: "Родовой грех - это... болезнь нравственного порядка, болезнь, с которой рождается человек, но источником которой является не он сам, а его родители, его предки". Преступление, совершенное предком, может отразиться на духовном состоянии 3-4 поколений. Каждый может вспомнить примеры наследственной завистливости, жадности, склонности к иным, более страшным порокам. Если среди потомков найдутся те, кто сможет этой родовой поврежденности противостоять, она будет исцелена - и здесь безусловна врачующая сила благодати. Но главное - мы должны стать умнее. "Родители, если вы действительно любите своих детей, - призывает Осипов, - бойтесь греха! Не думайте, что ваша жизнь не имеет для них никакого значения".

Уважаемые читатели!

Если вы хотите, чтобы письмо было передано Марии, мы сделаем это.

Адрес: 125993, Москва, ул. Правды, д. 24, Редакция "Российской газеты".

E-mail: pisma-maria@mail.ru