Убытки по списку

Сергей Алексашенко: Если госбанки кредиты наращивают, то частные, которые отвечают собственными деньгами, закрывают на замки кредитные портфели. Фото: Куксин Сергей

Кризис в банковском секторе

[18.01.2012]  Падение мировых цен на нефть создаст для российских банков серьезные проблемы

[24.11.2011]  Банк России разработал антикризисный план по спасению банковского сектора

[08.11.2011]  В банковской системе России выявили негативные тенденции

Весь сюжет

Почему банки придерживают деньги для экономики? Сколько продлится кризис в России?

На эти и другие вопросы отвечает бывший первый зампред Центробанка, экс-заместитель министра финансов, а ныне директор по макроэкономическим исследованиям Государственного университета - Высшая школа экономики Сергей Алексашенко.

Российская газета: Сергей Владимирович, ваши коллеги пророчат вторую волну банковского кризиса. Будет ли она?

Сергей Алексашенко: В острой форме - нет. Это когда банки не платят проценты по вкладам, не проводят платежи. Во-первых, потому, что мала сама банковская система: ее совокупный капитал - 8 процентов ВВП. Во-вторых, велика роль госбанков. Их пять, включая Сбербанк, и они составляют половину всей банковской системы страны. То есть даже при самом плохом качестве кредитного портфеля государство этим банкам не даст умереть.

РГ: А неплатежи по кредитам?

Алексашенко: Это достаточно острая проблема для экономики. У банков копятся "плохие" активы, им не возвращают кредиты и они не в состоянии выдавать новые. Из 10 кредитных заявок корпоративных клиентов сегодня удовлетворяется только одна. Банки не дают кредиты не потому, что злые и жадные, а потому, что заемщики не в состоянии их возвращать. Промышленные предприятия, вся экономика пришли к кризису перекредитованными, с долгами, которые не в состоянии обслуживать. По этому банки, с одной стороны, понимают, что должны выдавать кредиты и зарабатывать на них деньги. С другой - практически любой выданный ими сегодня кредит несет новые проблемы.

Поэтому в 2009-2011 годах главным вопросом для экономики будет банковский вопрос - удастся ли системе начать наращивать объемы выданных кредитов. Пока это не удается.

РГ: Какой же выход?

Алексашенко: Банковские кризисы за последние сто лет вывели единственный стандартный рецепт - расчистить балансы, то есть переоценить "плохие" активы по новым ценам, признать убытки. При этом каким-то банкам государство должно помочь дополнительными капиталами, какие-то заставить объединиться, а какие-то ликвидировать.

Попытки оказывать банкам финансовую помощь, не прочистив их балансы, означает плодить в стране зомби-банки. Вроде бы формально банки останутся, но кредитовать экономику не будут.

Есть два выхода из ситуации. Первый. Банки с долгами разбираются сами, то есть переводят лет на 10-15 на своих "дочек" и "внучек" и ждут, когда компании по ним начнут расплачиваться. Второй вариант - государство создает специальный банк по выкупу "плохих активов". Уверен, что наши банки сдадут государству либо те долги, которые не стоят ничего, либо долги с виртуальными, то есть выдуманными доходами. Поэтому правительство выступает против создания такой структуры. И правильно делает. В Америке другое дело - под "плохими активами" там выступают производные финансовые инструменты, связанные с ипотекой, которые и через 20 лет будут торговаться.

РГ: Насколько, на ваш взгляд, эффективна бюджетная помощь, которая оказывается отдельным предприятиям?

Алексашенко: Бюджетные расходы имеет смысл анализировать только с точки зрения их стимулирования экономики. Эффективно - если на 1 процент при этом растет ВВП страны. Наиболее эффективными являются инвестиции в строительство, в дороги. Самые неэффективные траты - это субсидии убыточным предприятиям. В этом смысле показательна предварительная конструкция бюджета-2010. Притом что резко увеличиваются социальные расходы и остаются субсидии, инвестиции сокращаются. Мультипликационный эффект экономики при этом опускается ниже единицы, между 0,8 - 0,9 процента.

РГ: Как в таком случае вы оцениваете перспективы АвтоВАЗа?

Алексашенко: Как время черно-белых телевизоров, которое было и прошло. Каждая выпущенная на этом предприятии машина приносит 30 тысяч рублей убытков, генерируя долги. Это нонсенс. Да, есть социальная проблема занятости трудового населения города Тольятти. Ее надо решать.

У АвтоВАЗа есть акционер, компания "Рено". Можно сделать на нее ставку, перестроить производство. АвтоВАЗ - отличная производственная площадка, на которой можно создать огромное количество малых предприятий. Есть второй вариант - объявить АвтоВАЗ для иностранного капитала свободной экономической зоной с уже существующей рабочей силой.

Ведь что, по сути, означают кредиты и субсидии убыточным предприятиям "по списку"? То, что завтра госбанки, которые предоставляют их, обратятся снова к государству - деньги закончились, у нас тоже убытки. И появляется опять статья в бюджете: одному банку - 180 миллиардов, другому - 200 миллиардов. Сейчас, кстати, это лакмусовая бумажка, которая высвечивает реальное положение дел: если госбанки кредиты наращивают, подчиняясь приказу основного акционера выдавать их, то частные банки, которые отвечают собственными деньгами, напротив, закрывают на замки кредитные портфели.

РГ: А как вы видите решение пенсионной проблемы в России?

Алексашенко: Это больное место не только России, а всех развитых стран, которые столкнулись со слишком большими накопленными социальными обязательствами перед своим населением. Напомню, что Великобритания пересматривает пенсионный возраст. В Америке получают развитие корпоративные государственные пенсии. Думаю, очень многие европейские правительства будут проверяться на прочность, исходя из того, насколько вменяемую комбинацию смогут в результате предложить.

В отдельных странах идут разговоры, к примеру, о том, чтобы отказаться от обязательных пенсий. И объявить новые правила игры для тех, кому 15 лет, то есть до начала трудовой деятельности нового поколения. Какие это будут правила - пока не придумано. Кстати, во время кризиса несостоятельность показала накопительная пенсионная система. Все частные фонды прогорели. Теперь понятно, что кризисы носят циклический характер, будут повторяться. И это резко снижает привлекательность и условия накопительных пенсий.

Ситуацию в России обостряет демографическая ситуация - последствие Второй мировой войны. Начиная с 2011 года резко меняется соотношение пенсионеров на одного занятого. Министр финансов озвучил цифру - дефицит Пенсионного фонда в 2010 году может составить 1 триллион 166 миллиардов рублей. Думаю, дотации в Пенсионный фонд будут возрастать с каждым годом.

Что реально можно делать? Например, передать всю госсобственность - пакет "Роснефти", ВТБ, "Газпрома" - Пенсионному фонду. И за счет управления этими активами выплачивать пенсии. Но это радикальный путь.

РГ: Для покрытия бюджетного дефицита государство опять будет прибегать к внешним и внутренним займам. Это опасно?

Алексашенко: Занимать придется на рынке под проценты. И получается, что к 2012 году эти расходы в бюджете могут составить до 10 процентов. Это мне сильно напоминает ситуацию, которую мы наблюдали несколько лет назад.

РГ: На ваш взгляд, какой будет отправная точка выхода России из кризиса?

Алексашенко: Мы ее пройдем, когда рост экономики превысит 3,5-4 процента ВВП в год, а дефицит бюджета будет меньше 3 процентов ВВП.

РГ: И все же, как долго может продлиться кризис?

Алексашенко: Это связано с восстановлением мировой экономики уже в конце 2009 года- начале 2010 года. И с тем, чтобы в начале 2011 года начался инвестиционный подъем, чтобы снова стали покупать автомобили, строить дома, офисы, повысился спрос на сталь, чтобы в мире возник избыток денег. Надеюсь, наша страна не останется в стороне от этого процесса.