Публикации в "Российской газете" о воспитанниках Кимовского детского дома в Тульской области, которых принудительно отправляли в психбольницу "в воспитательных целях", вызвала огромный резонанс по всей России.
Подключились и депутаты Госдумы. Глава Комитета Госдумы по безопасности Владимир Васильев взял ситуацию в этом детском доме под личный контроль и направил депутатские запросы в адрес Генпрокурора и губернатора Тульской области с просьбой о проведении проверки фактов принудительного направления детей в психбольницу
И вот группа журналистов, представителей фонда "Гарант ХХI" - шефов детского дома, приехала в Кимовск. Приехал и отец Сергий, духовник ребят. Он первый забил тревогу по поводу принудительного направления детей в местную психоневрологическую больницу. Чтобы объективно разобраться в этой скандальной ситуации приехала и первый заместитель председателя Комитета Госдумы по вопросам семьи, женщин и детей Наталья Карпович.
У входа в детский дом нас уже ждала внушительная группа из руководителей областной администрации, детского дома, сотрудников прокуратуры. У въезда на территорию стояли два милиционера. Сразу же повели показывать, в каких условиях живут дети. Всего их 71 человек разного возраста. Первое впечатление: ребятам созданы все условия для нормальной жизни. Есть изостудия, тренажерный зал, зал для занятия фитнесом и многое другое. Но что насторожило: уж больно все чисто, ковровые покрытия везде как будто только что из магазина, присутствия детей вообще не заметно. Может, так хорошо все убирают после занятий?
После экскурсии начался "разбор полетов". Со стороны областной администрации и детского дома - довольно агрессивно. Особенно досталось журналистам и шефам.
Каких только упреков мы не услышали от главы областного департамента образования Эльвиры Играевой. Ее речь началась с отчета о проделанной работе: сколько и каких мероприятий проведено, куда дети ездили отдыхать, в том числе в Испанию. Правда, потом выяснилось, что ездила одна девочка к своей тете, которая там живет постоянно. Журналистов Играева обвинила чуть ли не в клевете. " Мы проверили все факты, указанные детьми,- заявила она. - Они оказались надуманными. Вся эта шумиха - спланированная акция, направленная против детдома. Мы предполагаем, что кто-то претендует на имущественный комплекс детдома".
Досталось и отцу Сергию. По ее словам, священника не знают ни в Епархиальном управлении, ни в Московской патриархии. Вроде он самозванец. И тут произошел первый конфуз. Отец Сергий тут же представил официальные документы из патриархии, подтверждающие его сан монаха.
Тогда чиновница взялась за шефов. Особенно ее возмутило, что у детей появились деньги и мобильные телефоны. Естественно, не без помощи спонсоров. " Мы опросили продавцов близлежащих магазинов, и они рассказали, что воспитанники детского дома покупают новую одежду. Откуда у них деньги? "- спросила она, строго глядя на представителя фонда Игоря Афанасьева. Но больше всего меня поразил такой пассаж в речи Играевой. Оказывается, ее очень беспокоит тот факт, что дети стали часто куда-то звонить, им тоже звонят, чуть ли не ночью.
Поэтому администрация решила обратиться "в соответствующие органы", чтобы выяснить, с кем дети ведут переговоры по мобильникам? " Вы что, решили организовать прослушку детей? ", - удивленно спросил корреспондент "РГ". Тогда Играева заявила, что она ничего подобного не говорила. Я предложил прослушать на диктофоне запись именно этого ее заявления. Она отказалась. Интересно, как на подобную просьбу отреагировали "соответствующие органы"?
В общем, страсти накалялись. Ситуацию попытался разрядить заместитель губернатора Тульской области Аркадий Чмуневич, заявивший: "Дыма без огня не бывает. Может быть, и были какие-то недостатки в работе педагогического коллектива, но главный критерий тот, что дети здесь любят педагогов".
Депутат Госдумы Наталье Карпович, внимательно выслушав отчет, заметила, что он очень напоминает ей советские времена. " Я не исключаю, - сказала она, - что все, что здесь было сказано о хорошей работе руководства детского дома, правда. Но мы приехали не заслушивать отчет, а выяснить, на каком основании детей принудительно отправляли в психбольницу".
Вот тут директор детского дома Игорь Карпенко постарался так описать поведение своих воспитанников, чтобы все присутствующие поверили: их место не только в психушке, но и в колонии для несовершеннолетних. Мальчишки постоянно дерутся, пьют, ломают мебель, побили даже одного из преподавателей.
На одного из них завели уголовное дело, заявил Карпенко. А девочку, которая месяц провела в психбольнице, а потом сбежала на два месяца, директор обвинил во всех смертных грехах, только что не она съела знаменитое яблоко прародительницы Евы. Карпович тут же спросила, проверяла ли девочку медицинская экспертиза? "Да, - ответила одна из сотрудниц детского дома. И тихо добавила: - Все нормально". Карпенко сердито взглянул на свою сотрудницу и замолчал.
Обвинений в адрес воспитанников детского дома, журналистов, шефов было много. Представители областной администрации спросили, понимали ли журналисты, какую ответственность они берут на себя, публикуя статьи о ситуации в детском доме? Главный аргумент: в прошлом году было 12 побегов, а в этом - свыше 60. Спрашиваю: за какой период? Отвечают: с января по апрель. Но ведь первые статьи и сюжеты на телевидении появились только в конце апреля. Что тут еще можно добавить?
То, что не все благополучно в детском доме, частично подтвердили и сотрудники областной прокуратуры. По официальным данным этого ведомства, там выявлены существенные недостатки в организации индивидуально-профилактической и воспитательной работы с несовершеннолетними. Упоминается и о жестоком обращении с детьми. Прокуратура уже вынесла в адрес директора детдома представление об устранении нарушений закона с требованием привлечь к ответственности виновных должностных лиц. Результаты проверки находятся на контроле в прокуратуре области.
Удалось увидеть и долго избегавшего прессы врача Татаринова, который направлял детей на лечение в психбольницу. Появился он после звонка заместителя губернатора Чмуневича. Татаринов заявил, что он терапевт, но прошел соответствующую переподготовку как психотерапевт. Направления детям на лечение, по его словам, выписывал в соответствии с законом о психиатрической помощи. Окончательное решение принимал директор Карпенко.
Корреспондент "РГ" поинтересовался, какие лекарства были прописаны побывавшим в психбольнице детям. "Действительно, несколько воспитанников детдома были у нас на обследовании и лечении, - заявил главврач областной психиатрической больницы Лев Лосев. - Но психотропные препараты к ним не применялись". Однако, ребята уверяли, что их кололи аминазином, который относится к разряду антипсихотических средств. Его назначают шизофреникам при психомоторном возбуждении, острых бредовых состояниях и различных видах психозов. Препарат довольно сильный и обладает целым букетом побочных эффектов. Воспитанник детского дома Иван Казаков рассказал, что было с его друзьями, когда они вернулись из больницы. " У них руки даже тряслись, все время хотели спать", - сказал он.
В конце трудного разговора двум сторонам этого мучительного конфликта, в котором, в первую очередь страдают дети, удалось найти выход из ситуации, выяснить, где очаг возгорания.
- Уважаемый директор, я думаю, что причина в вас, - заявила депутат Госдумы Наталья Карпович. - Если бы люди не занимались своей работой формально, то нам, может быть, стало бы немного проще жить.
По мнению члена попечительского совета шефов Игоря Афанасьева, дети не должны становиться жертвами педагогической беспомощности взрослых, которые от отчаяния прибегают к дисциплинарной психиатрии.
В России сегодня живет 29 миллионов детей. Из них детей-сирот и оставшихся без попечения родителей - 731 тысяча, инвалидов - 587 тысяч и детей, находящиеся в социально опасном положении - 676 тысяч. Такова печальная статистика нашей действительности. Почти два миллиона детей нуждаются в первую очередь в социальной реабилитации и адаптации, интеграции с обществом.
Известная американская писательница Перл Бак как-то сказала: "Дети, которых не любят, становятся взрослыми, которые не могут любить". Прежде чем размышлять бессонными ночами о том, что ждет Россию, посмотрите на поколение современных детей: школьников, студентов, тех, кто сегодня живет в детских домах. Будущее - их рук дело. Какие дети, такой и мир создадут они на нашей земле.
Николай Вострукнутов, руководитель отделения социальной и судебной психиатрии детей и подростков ГНЦ им. Сербского, профессор:
Ситуация с Кимовским детским домом мне знакома. Должен сказать, что любой ребенок, находящийся в подобном учреждении, зачастую подвержен высокому риску развития психических расстройств. Это подтверждает и общая медицинская статистика.
Закон о психиатрической помощи до прошлого года исключал возможность участия психиатра в оценке психического состояния ребенка, у нас просто не было специальности детского врача такого профиля. Поэтому, даже врач, прошедший курсы специализации по детской психологии, принимать решение о диспансаризации ребенка в психоневрологический диспансер или больницу, не мог.
Сечас в законе определено, что решение, я подчеркиваю, о консультации ребенка до 15 лет без его согласия осуществляется по решению одного из родителей. Если он сирота или родители лишены родительских прав - его законного представителя.
В данном случае им является директор детского дома. Он может обращаться к детскому психиатру за консультацией, указав при этом, что конкретно его насторожило в поведении ребенка. Например, немотивированная агрессия или резко выраженное антисоциальное поведение. Но делать это может только во взаимодействии с главврачом местного психоневрологического лечебного учреждения. Но направлять туда ребят, минуя психиатра из детской поликлиники, недопустимо. Тем более, без согласия руководителя психоневрологического диспансера.
Что касается врача, приклепленного к Кимовскому детскому дому, у него, насколько мне известно, квалификация только педиатра. Он мог пройти дополнительные курсы - 60 часов лекций по особенностям психического развития детей-сирот. Но он не является в данном случае психиатром и не может решать вопрос о направлении ребенка на лечение в больницу. Тем более, принудительно.
Что касается лекарств, речь может идти только о разрешенных Фармкомитетом препаратах и только с определенного возраста. Ведь речь идет об ущербе, который может быть нанесен здоровью ребенка медицинскими действиями. И если взрослый может протестовать против принудительного помещения в больницу определенного профиля, то ребенок этого сделать не может.
Зачастую получается, что врач, не имеющий соответствующей квалификации, в силу сложившегося стереотипа пишет направления на лечение. С этим должны уже разбираться соответствующие органы, причем не только с врачом, написавшим направление, но и с врачом, принявшим пациента в стационар. Тем более, когда ребенок попадает туда вторично.
Сирот "воспитывали" психотропными лекарствами
Сироты пожаловались, что их "воспитывают" в психиатрическом диспансере