Безвестные посредники

В кинотеатре "Художественный" с утра до позднего вечера толпятся киноманы и деятели кино. Фото: Куксин Сергей

31-й Московский международный кинофестиваль

[05.08.2009]  Михаил Кураев: "Блаженные" в русской литературе всегда привлекали внимание писателей

[04.08.2009]  На экран вышел фильм-победитель ММКФ - "Петя по дороге в Царствие Небесное" Николая Досталя

[24.07.2009]  "Джонни Д.": режиссер Майкл Манн о Деппе, Дилинджере и не только

Весь сюжет

После Гран-при Московского фестиваля, который в 2001 году был по справедливости вручен социально острому фильму Генри Бина "Фанатик", американское кино было в конкурсе ММКФ представлено не по рангу безликими картинами. "Пропавший без вести" Ноа Бушела - первое приятное исключение: этот оригинальный вариант жанра "нуар" уже стал одним из событий на фестивале в Санденсе и теперь в Москве празднует свою европейскую премьеру.

Здесь есть все для счастья, и прежде всего - центральный характер картины, чикагский частный сыщик, алкоголик и циник с темным прошлым Джон Росо в исполнении Майкла Шэннона. Он из тех, кто "вечно валялся бы в постели, если бы телефон не звонил". Но звонок прозвучал, некоей юридической фирме понадобились его услуги, и некая дама Чарли вручила ему пачку денег вкупе с портретом гражданина, за которым надо ехать в Лос-Анджелес, следуя по пятам. Гражданин окажется с дитятей-мексиканцем, а за самим Росо тоже установлена слежка в лице двух агентов.

Картина строится по принципу road movie и не слишком спешит поражать нас стрельбой и погонями - погоня есть, но нет горячей крови. Есть кровь, сильно разбавленная виски и приправленная сигаретным дурманом. Места нашего следования - Лос-Анджелес, пустынная дорога на Мексику, Нью-Йорк - даны без традиционной живописности, на деловитом бытовом уровне. Точно так же ровно, без эмоциональных взрывов, вводятся самые взрывные темы начала века: трагедия башен-близнецов, которая даст возможность одному из персонажей пожить странной двойной жизнью погибшего-выжившего.

Это кино, которое вроде бы следует по пятам жанра "нуар", но больше интересуется приемами артхауса: стилизация, ироническое от странение, игра центральным характером. Отсюда изысканная сумрачность изображения и съемка 16-мм камерой - никаких признаков современного "большого кино". Характер Росо здесь единственный, подробно разработанный режиссером (он же автор сценария). Он колоритен, и чем больше странностей громоздится на его пути, тем больше возможностей для его проявлений.

Получился фильм, совершенно нетипичный для детектива - слишком заторможенный и эстетский для популярного жанра, слишком туманный по картинке, меланхоличный по ритму и абсурдистский по сути. Это опять "кино не для всех", а главным образом для синефилов, фанатов "нуар". Им достаточно отсветов, проблесков и отзвуков. Они найдут тут много пищи для воображения и для кайфа.

"Пропавший" странным образом срифмовался с другим фильмом конкурса - грузинским "Посредником" Дито Цинцадзе - еще одним подобием меланхолического детектива с притуманенным изображением и демонстративным отсутствием фирменных аттракционов жанра. Снова артхаус, мимикрирующий под мейнстрим. И даже немного "Расемон": вокруг простейшего сюжета с убийством сухопарого, но сластолюбивого англичанина возводится частокол версий, и мы все время кружимся вокруг одного события, увиденного с разных точек зрения. Оба фильма объединяет и наличие схожих сумрачных персонажей, включая непременную проститутку, она же "вамп". Это тоже игра в "нуар", но с чуть большей дозой модного натурализма - бьют там со смаком, деловито, с расстановкой. Общую сюрреалистическую заторможенность не нарушит даже театр музкомедии, где встречаются агенты: на его сцене идет нечто неудобоваримое, гулкое и снотворное.

Единственное отличие "Посредника" от "Пропащего": нет центрального характера, вокруг которого все танцует. Все тут примерно на равных, все - функции, а интересует авторов во многом формальная идея: каждый из персонажей здесь всего лишь посредник, действующий из чисто личных утилитарных соображений, кукловодят же всем невидимые Гудвины Великие и Ужасные. И, наверное, в этом можно увидеть метафору современной сумеречной жизни.