Выиграть партию

Алексей Величко убежден, что ротация партийных руководителей пойдет на пользу самим партиям. Фото: Васенин Виктор

Заявленные Дмитрием Медведевым перемены в законодательство уже стали называть второй партийной реформой. О том, как меняется партийная жизнь и каким изменениям могут подвергнуться НКО, "РГ" рассказал замминистра юстиции Алексей Величко.

Российская газета: Каков ваш прогноз - сколько партий у нас будет к 2010 году?

Алексей Величко: При всех новациях, которые инициированы президентом России, принципы партийного строительства остались неизменными, и они никак не влияют, на мой взгляд, на прогнозируемое количество партий. В настоящий момент действующих - семь партий. Тринадцать оргкомитетов уведомили нас о готовности создать общероссийские партии. Конечно, остается под вопросом, смогут ли они выполнить обязательства перед законом, но тут уже все зависит от них самих.

РГ: А нужно ли будет существующим в реестре партиям еще раз подтвердить свою численность в соответствии с новым законом, даже если она многократно превышает этот барьер?

Величко: У действующих семи партий общая численность в настоящий момент выше 50 тыс. членов (по новому закону предельный порог - 45 тыс. членов. - Прим. "РГ"), если исходить из здравого смысла, то для них это не проблема. Могут быть вопросы о численности региональных отделений, но эта ситуация будет понятна после проведения текущей проверки. Кроме того, любой новый закон предусматривает переходный период для того, чтобы партии могли привести свои уставы и организационные структуры в соответствие с правовыми нормами.

РГ: Скажите, вот теперь, когда Минюсту России придется проверять присутствие в уставе нормы об обязательной ротации руководителей партии, не кажется ли вам это прямым вмешательством в их внутреннюю жизнь?

Величко: Предложение это возникло не случайно, оно обсуждалось в партиях, и понятно, что механизм ротации не только оживляет внутрипартийную активность, но и поможет избежать ситуаций, когда аппарат партии становится самодостаточным. Министерство юстиции РФ давало положительное заключение о соответствии проекта этой нормы Конституции России и федеральному законодательству. Мы понимаем эту норму как обеспечение пассивного избирательного права членов партии быть выдвинутым в органы управления той или иной партии. По окончании переходного периода мы проверим, во-первых, включена ли данная норма в устав, и, во-вторых, выполняется ли она. По плану - в 2011 году. Сами мы не склонны инициировать внеплановые проверки, потому что это на самом деле достаточно масштабное мероприятие.

РГ: Вы упомянули возможность проведения плановой проверки, а когда именно партии подвергнутся этой процедуре?

Величко: Мы ее и проводим сейчас. Весной провели проверку "Единой России", были некоторые локальные замечания, но несущественные: акт подписан, все вопросы сняты. Сейчас проверяем КПРФ, а до конца года проверим всех.

На самом деле мы не хотим ставить партии в неблагоприятную ситуацию. Например, перед проверками "Единой России" и КПРФ руководство этих партий обратилось с просьбой об отсрочке в связи с мартовскими региональными выборами. Мы пошли навстречу и изменили сроки. Не знаю, будут ли обращения со стороны других партий, но если будут, мы, естественно, их учтем. Следует отметить, что в течение последнего времени количество нарушений действующего законодательства со стороны политических партий неизменно уменьшается. Как следствие, например, в 2008 году не было направлено ни одного предупреждения в адрес политических партий, так что мы открыты для общения.

РГ: Какие же нарушения, как правило, допускают партии?

Величко: Самые обычные. Например, по закону в случае смены руководителя регионального отделения любой общественной организации, в том числе партии, они обязаны уведомить нас в течение трех дней о внесении изменений в реестр, указав лиц, имеющих право действовать без доверенности от имени данной организации. Как правило, это забывается. Приходится напоминать коллегам о том, что требования законов существуют. Финансовые нарушения, как правило, редки или вообще отсутствуют.

Правда, иногда на наши предупреждения реагируют необычно. Например, по одной организации мы недавно провели проверку и в предупреждении сделали замечание, что нарушается периодика созыва собрания, а руководитель несвоевременно отчитывается о деятельности данной организации. Получаем от них ответ: как же устранить эти нарушения, ведь это события прошедшего времени? Но ведь мы и не говорим, что нужно все "переиграть", а просто предупреждаем, что данная практика является нарушением закона, и обращаем внимание на то, чтобы оно не повторялось впредь.

РГ: До федеральных выборов вы будете проверять партии ежегодно?

Величко: Нет, в административном регламенте Минюста России предусмотрено, что плановые проверки проводятся раз в три года. К сожалению, достаточно распространенная причина для проведения внеплановой проверки не только по партиям, но и по общественным организациям, когда сами же участники данной общественной организации направляют нам свои заявления о том, что руководители данной организации нарушают уставные цели и задачи. Поверьте на слово, это довольно распространенное явление. Естественно, в этом случае мы обязаны проверять материалы.

РГ: Видимо, такая же ситуация сложилась и в питерской организации КПРФ, где около трети ее членов были фактически исключены и под сомнение были поставлены избранные руководящие органы?

Величко: Да, на основании поступивших заявлений была проведена проверка, выявившая некоторые нарушения закона, которые, на наш взгляд, имели место. В настоящее время мы представили на согласование акт проверки и по подписании его определимся с формами реагирования. Другое дело, что нарушения по одному региональному отделению не влияют на судьбу всей партии в целом. В этом случае мы просто реагируем и просим устранить замечания.

РГ: Почему, на ваш взгляд, религиозные организации так затянули сроки перерегистрации своих документов в этом году?

Величко: К сожалению, это застарелая проблема. Есть требования закона, причем весьма и весьма щадящие: все НКО, в том числе и религиозные организации, отчитываются перед нами только раз в году, причем предоставляют нам такой же отчет о своей финансовой и хозяйственной деятельности, какой направляют в Федеральную налоговую службу, и в те же сроки (до 15 апреля). Никаких дополнительных требований или обязательств закон не налагает ни на религиозные, ни на другие общественные организации.

И когда впервые Минюст России разместил, в октябре 2008 года, на своем сайте список религиозных организаций, вообще не сдавших отчеты, мы тем самым сделали предложение к доброму сотрудничеству. На самом деле за данное нарушение мы могли вынести предупреждение и, в случае невыполнения, ставить перед судом вопрос о прекращении деятельности данной организации. То есть принять сугубо административные меры. Интерпретировано это было почему-то крайне категорично и совершенно неадекватно, будто бы Минюст России уже принял самостоятельное решение о судьбе этих нарушителей, что наша практика носит "инквизиционный" характер и т.п. В этой связи хочется отметить следующее. В европейской культуре, куда мы в настоящее время пытаемся интегрироваться, есть несколько неписаных традиций или правил, которые определяют возможность сотрудничества государства с организацией, а также предопределяют авторитет организации в общественной сфере. Если организация не нарушает закон, своевременно отчитывается о тех финансовых поступлениях, которые имели место в минувшем году, в первую очередь о средствах, полученных от иностранцев, то, значит, это добропорядочные уважаемые люди, с которыми можно и нужно сотрудничать. Когда же организация заявляет "вселенские" цели и задачи, но при этом банально не выполняет самые ординарные требования закона, появляется повод для сомнений. Я вас уверяю: около 35-40 процентов общероссийских организаций несвоевременно сдают отчетность, из чего следует сделать соответствующие вы воды.

РГ: Но речь не идет о крупных организациях, скажем, РПЦ?

Величко: Кстати говоря, в отношении Русской православной церкви точно так же есть претензии. Правда, у базовых конфессий, скорее, проблемы возникают по региональным организациям, не всегда соблюдающим требования закона в полном объеме. Отчасти можно признать их претензии к закону обоснованными, когда они говорят, что в региональных отделениях сидят простые люди, не искушенные в законодательстве, и им сложно подготовить отчетность. Я согласен, что упрощать процедуру отчетности нужно. Другой вопрос, что исключать полностью отчетность совершенно невозможно, хотя бы потому, что они обязаны отчитываться перед Федеральной налоговой службой как юридические лица.

РГ: Президент недавно заявил о необходимости упростить законодательство, регулирующее деятельность некоммерческих организаций, а Минюст России привлекли к этой работе?

Величко: Да, по распоряжению президента России была создана рабочая группа, куда вошли представители Федерального Собрания, Общественной палаты, федеральных органов исполнительной власти, в частности минюста, ФНС, минэкономразвития, администрации президента, представители общественных объединений. Совокупно мы эти предложения обсудили и подготовили соответствующий проект федерального закона. Думаю, мы его скоро увидим, там действительно много инновационных предложений.