Чистка мундиров

Руководство МВД предложило новые антикоррупционные меры. Любая борьба, считают в ведомстве, окажется бесполезной, если будут оставаться безнаказанными высшие чиновники и собственные сотрудники-взяточники.

На службу в милицию теперь станут принимать только по поручительству старших коллег. В кадровых органах МВД составляются списки тех кандидатов в милиционеры, кому было отказано в поступлении на службу, - за употребление наркотиков, пьянство, за связи с криминалом. Такие же "черные списки" заводятся и на проворовавшихся чиновников, чтобы они больше никогда не вернулись во власть.

Разумеется, на словах закон декларирует одинаковую ответственность для всех. Но на деле... Более того, столь щекотливая и даже больная тема неравенства перед правосудием "крупного государственного деятеля" и "мелкого клерка" долгое время замалчивалась. Не потому ли многие россияне весьма скептически относятся к заявлениям с высоких трибун о всякого рода усилениях противодействия коррупционным проявлениям?

Министр внутренних дел РФ генерал армии Рашид Нургалиев рассказал в эксклюзивном интервью "Российской газете", как милицейское ведомство намерено радикально изменить ситуацию.

Арест неподсудных

Российская газета: Рашид Гумарович, решительная якобы борьба с коррупцией объявлялась много раз. И всегда превращалась в кампанейщину. Да, проводились пара-тройка показательных судов, а затем все возвращалось на круги своя. Где гарантия, что так же не произойдет и на этот раз?

Рашид Нургалиев: Впервые за последние десятилетия сделана попытка систематизировать борьбу с этим злом. Создан Национальный план противодействия коррупции. По поручению президента России уже завершена разработка и соответствующего плана МВД на 2008 - 2010 годы.

РГ: В чем суть этих планов?

Нургалиев: Не вдаваясь в оперативные и прочие технические подробности, скажу, что главное в этих документах - обеспечить неотвратимость наказания для всех коррупционеров, невзирая на лица, звания и должности. В этом - гарантия от кампанейщины.

РГ: Уже есть результаты, громкие расследования и задержания "больших людей"?

Нургалиев: Есть. Все чаще за коррупционные преступления к уголовной ответственности стали привлекаться высокопоставленные чиновники, ранее недоступные для правосудия. Например, не так давно возбуждены два уголовных дела против представителей руководства администрации Краснодарского края и некоторых федеральных министерств и ведомств. Эти люди незаконно приобрели акции предприятия энергетического комплекса края. Аналогичные преступные схемы выявлены в Ростовской области и Ставропольском крае.

Есть и другие примеры. В марте возбуждено уголовное дело в отношении руководящих чиновников администрации Екатеринбурга. Их подозревают во взятках и хищении бюджетных средств в размере свыше 39 миллионов рублей. Привлекается к уголовной ответственности за коррупционные преступления и группа должностных лиц администрации Орла.

Самый масштабный, так сказать, коррупционер, против которого возбуждено уголовное дело, - руководитель управления лесного хозяйства Липецкой области. Масштабный не по должности, а по аппетитам. Он, мягко говоря, превышал свои должностные полномочия при переводе земель лесного фонда в категорию "земли поселений". В результате сумма ущерба составила 12,7 миллиарда рублей.

РГ: Кто-то из высокопоставленных чиновников предстал перед судом?

Нургалиев: Сотрудники нашего Департамента экономической без опасности выявили в Ямало-Ненецком автономном округе колоссальные хищения недвижимого имущества Ростехнадзора - на сумму свыше 50 миллионов рублей. Возбудили уголовное дело и провели операцию. Выяснилось, что махинациями занимались чиновники - заместитель Управления Ростехнадзора по Тюменской области Меньшиков и некоторые его коллеги. В ходе следствия всплыли новые факты взяток и даже хищения финансовых средств недропользователей - еще свыше 19 миллионов рублей. Суд приговорил Меньшикова и его подельников к длительным срокам лишения свободы - от 7,5 до 15 лет.

Осуждена за получение взяток в крупных размерах группа депутатов городской Думы Твери во главе с ее председателем.

Гигиена власти

РГ: Коррупция становится возможной, а нередко и поощряется взяточничеством самих сотрудников милиции. Насколько велики масштабы этого бедствия?

Нургалиев: К сожалению, правоохранительные органы, призванные защищать общество от коррупции, сами оказались подверженными этой заразе. Уже стали обыденными такие явления, как повсеместное - причем не безвозмездное - обеспечение безопасности коммерческих структур сотрудниками милиции, а проще говоря, "крышевание". Милиционеры активно участвуют в спорах хозяйствующих субъектов, осуществляют силовую поддержку рейдеров. Порой за соответствующее вознаграждение принимается "нужное" уголовно-процессуальное решение, проводятся или прекращаются проверки в интересах коммерческих структур или отдельных лиц. Все это есть. Но глубина поражения, на мой взгляд, не больше и не меньше, чем у всего общества - общества переходного периода, в котором мы живем и работаем.

РГ: Чаще всего жалуются на милиционеров, проверяющих коммерсантов.

Нургалиев: Как вы знаете, для защиты малого бизнеса от бюрократии и поборов на заседании президиума Госсовета в марте в Тобольске глава государства предложил полностью запретить доступ контролирующих организаций на малые предприятия без разрешительного акта органов государственной власти. Соответствующий законопроект прошел первое чтение в Госдуме.

Ранее для устранения злоупотреблений со стороны сотрудников милиции в этой сфере нами уже были приняты меры по упорядочению проверок и ревизий финансовой, хозяйственной, предпринимательской и торговой деятельности коммерческих структур. Ведомственным приказом утверждена подробная инструкция, четко регламентирующая такую работу. Приняты меры по исключению проведения проверок сотрудниками, в должностные обязанности которых не входит выявление таких нарушений и преступлений.

РГ: Сколько вы выявили в своих рядах коррупционеров?

Нургалиев:  За первое полугодие количество сотрудников, привлеченных к уголовной ответственности за коррупцию, сократилось более чем на четверть -1225.

В июне прошлого года мы утвердили Концепцию обеспечения собственной безопасности органов внутренних дел РФ и Федеральной миграционной службы. Основной акцент сделан на профилактику преступлений в милицейской среде. Более регулярный характер приобрели проверки состояния дисциплины и соблюдения законности в подразделениях, принципиальнее стала реакция на выявленные нарушения, в том числе и незначительные. Например, в этом году число сотрудников, привлеченных к дисциплинарной ответственности за различные проступки, увеличилось почти на треть.

Поручитесь за милиционера

РГ: То есть вы стали чаще и жестче наказывать?

Нургалиев:

Ужесточение наказаний - не панацея. Предусмотрены системные меры профилактики и противодействия коррупции, охватывающие все этапы службы сотрудника - от поступления на службу до увольнения в отставку. В должностные обязанности всех руководителей вменены требования по проведению с каждым сотрудником индивидуальной воспитательной работы.

Как я уже говорил, умелое сочетание воспитательных мер с усилением контроля за поведением подчиненных на службе и в быту, своевременное решение всех вопросов их социальной защищенности в перспективе даст больший эффект, чем упор только лишь на жесткие карательные меры.

В органах внутренних дел уже воссозданы полноценные аппараты по организации воспитательной работы.

РГ: Как на практике можно будет контролировать поведение милиционеров?

Нургалиев: В МВД завершается разработка антикоррупционного стандарта поведения как главной составной части Кодекса профессиональной этики сотрудника органов внутренних дел, который планируется утвердить в декабре.

Прорабатывается вопрос о введении института поручительства при поступлении кандидатов на службу в органы внутренних дел, на учебу в ведомственные образовательные учреждения, при назначении на вышестоящие руководящие должности.

В течение следующего года в министерстве планируется создать картотеку лиц, которым отказано в приеме на службу или на учебу по отрицательным мотивам. Например, за употребление наркотиков, наличие связей в преступной среде и тому подобное. Таким образом будет проводиться дополнительная проверка всех кандидатов, поступающих на службу в милицию.

Эта картотека войдет в создаваемый единый межведомственный банк данных по вопросам противодействия коррупции.

Кроме того, контролировать милицию должны общественные организации и средства массовой информации. Поэтому мы расширяем связи с институтами гражданского общества, повышаем информационную открытость органов внутренних дел.

Взяточник из картотеки

РГ: Сколько коррупционных преступлений удалось раскрыть? Их стало больше?

Нургалиев: С января по август нашими подразделениями выявлено 24 027 преступлений против государственной власти, интересов государственной службы и службы в органах местного самоуправления.

Это на 15 процентов больше, чем в прошлом году, в том числе фактов взяточничества - на 6,8 процента. В суды направлены уголовные дела о 15 173 преступлениях. Размер причиненного ущерба составил более 783,8 миллиона рублей. Наложен арест на имущество, изъято предметов, имеющих отношение к преступной деятельности, на сумму 847,1 миллиона рублей.

РГ: Сообщения о тысячах уголовных дел против коррупционеров людей не впечатляют, если им чуть ли не на каждом шагу приходится давать взятки за простейшие государственные услуги.

Нургалиев: Если количественные показатели еще можно признать удовлетворительными, то качественные - явно не соответствуют ни масштабам коррупции, ни возможностям правоохранительных органов. И главный недостаток здесь - стремление обеспечить высокие показатели за счет пресечения малозначительных коррупционных преступлений, не оказывающих существенного влияния на ее уровень в целом.

Так, доля выявленных за восемь месяцев преступлений, совершенных в крупном размере, составляет чуть более 3,5 процента. Примерно такой удельный вес сохраняется на протяжении всех последних лет.

РГ: То есть в основном попадаются мелкие взяточники?

Нургалиев: Из 10,2 тысячи выявленных в этом году фактов взяточничества только 193 совершены в крупном размере. То есть менее 2 процентов. Не установлено ни одного случая получения взятки в крупном размере в 36 субъектах Российской Федерации, а совершенных в составе организованных групп и преступных сообществ - в 77 регионах. Но это же не значит, что такие преступления здесь не совершаются.

РГ: Почему так происходит?

Нургалиев: Оставляют желать лучшего конечные результаты борьбы с коррупцией. Даже пойманным за руку мздоимцам нередко удается уходить от ответственности. Значительное количество уголовных дел прекращается еще на стадии следствия. Направление дела в суд также не гарантирует заслуженного и справедливого наказания зарвавшемуся чиновнику.

По данным судебной статистики, в целом по стране к лишению свободы приговаривается лишь каждый десятый взяточник. Остальные отделываются более мягкими наказаниями, что явно не способствует искоренению коррупции, а наоборот, порождает иллюзию безнаказанности.

Причин тому много - начиная от обыкновенного непрофессионализма сотрудников при документировании действий коррупционеров, до продолжающего существовать телефонного права и неоправданного либерализма со стороны отдельных судей.

Вот почему в своем плане, представленном президенту, мы во главу угла ставим принцип неотвратимости наказания, который никто не отменял.

РГ: Однако взяточники порой не только избегают заслуженной тюрьмы, но и возвращаются в свои начальнические кресла.

Нургалиев: Для профилактики коррупции считаю важным более полно задействовать возможности Реестра дисквалифицированных лиц. Он содержит данные о чиновниках и предпринимателях, которым по приговору суда запрещено занимать руководящие должности за коррупционные преступления.

РГ: Кто составляет этот реестр? Может ли им воспользоваться обычный человек?

Нургалиев: С апреля прошлого года он формируется в Главном информационно-аналитическом центре МВД на основе информации, поступающей из судов. На сегодняшний день в реестре более 5,3 тысячи фамилий. Здесь люди, которые совершили коррупционное преступление и были осуждены. Причем не обязательно приговорены к лишению свободы. Наказание может быть и условным. Главное, что они по приговору суда не могут занимать руководящие должности. Очень важно, чтобы кадровики госучреждений, различных организаций и предприятий сверялись с этим реестром при приеме кого-либо на работу.

Эта информация может быть получена по запросу любого гражданина или юридического лица. Ее использование позволит существенно ограничить возможности уличенных в коррупции бывших чиновников получать престижную работу или участвовать в выборах в органы государственной власти или местного самоуправления.

Половина преступных доходов - чиновникам

РГ: Почему именно сейчас возникла эта тема - борьба с коррупцией? Раньше ее было меньше? Или не было политической воли с ней бороться?

Нургалиев: Как отметил глава государства в одном из своих выступлений, коррупция превратилась в угрозу национальной безопасности России.

Безусловно, попытки обуздать коррупцию, привести ее хотя бы к социально приемлемому уровню предпринимались и раньше. Однако в экономически слабом и политически нестабильном государстве, каковым была Российская Федерация в конце прошлого столетия, такие усилия были заведомо обречены на провал.

И только сейчас, когда в России созданы все необходимые политические и социально-экономические предпосылки, когда негативное отношение к коррупции достигло в обществе критической массы, было принято решение о начале широкомасштабной и бескомпромиссной борьбы с этим явлением. С принятием Национального плана коррупции фактически объявлена настоящая война одновременно на всех направлениях - законодательном, административно-управленческом и общественно-просветительском.

РГ: Но до сих пор законодатели ломают копья над самим определением понятия "коррупция". В МВД сформулировали, о какой угрозе идет речь?

Нургалиев: Сегодня коррупция - это четко отлаженная система перераспределения теневых доходов организованной преступности для подкупа должностных лиц органов власти. Формы достаточно разнообразны - от прямой выплаты денежных средств, открытия личных счетов в иностранных банках до оплаты поездок за границу и учебы детей в престижных вузах.

Есть еще коррупционный лоббизм, протекционизм и патронаж частных предприятий. Это предоставление льгот и преимуществ, особенно допуск к бюджетным средствам и государственному имуществу, снабжение конфиденциальной служебной информацией, оказание давления на конкурентов через контрольно-надзорные органы и, наоборот, - ограждение от подобных проверок собственного бизнеса. Вот лишь некоторые проявления наиболее типичных коррупционных связей.

Особую опасность представляет установление коррупционных отношений между чиновниками и организованным криминалитетом, которые деформируют основные механизмы регулирования экономики, позволяют безнаказанно осуществлять передел собственности противоправными способами. В том числе с использованием так называемых рейдерских захватов хозяйствующих субъектов. Иными словами, подменяют собой конкуренцию - основу основ рыночной экономики. Организованные преступные формирования расходуют на подкуп должностных лиц до половины своих криминальных доходов.

Цена вопроса

РГ: Какова, так сказать, емкость российского рынка коррупционных услуг?

Нургалиев: Как показывают исследования, в некоторых регионах в коррумпированные отношения вовлечены до двух третей коммерсантов. Из-за высокой латентности истинные масштабы коррупции точно определить невозможно. Они оцениваются лишь на уровне социологических исследований и экспертных мнений. Так, по данным Парламентской комиссии по борьбе с коррупцией, суммарный ущерб, причиняемый экономике России этим явлением, достигает 40 миллиардов рублей в год. А согласно некоторым зарубежным экспертным оценкам - превышает 20 миллиардов долларов США. Опросы населения показывают, что свыше 70 процентов россиян в той или иной форме сталкивались с вымогательством взяток.

Коррупция в различных своих проявлениях проникла во все сферы и фактически стала неотъемлемым элементом повседневной жизни, как на бытовом уровне, так и в экономике. Самое страшное, что согласно исследованиям ряда социологических центров большинство россиян воспринимает коррупцию не как криминальное явление, а как нормальное условие жизни.

РГ: План МВД рассчитан до 2010 года. То есть меньше чем через два года с коррупцией будет покончено?

Нургалиев: Мы составили рабочий документ на определенный этап. Сделаем запланированное - пойдем дальше, исходя из сложившихся реалий. Мы не идеалисты и прекрасно понимаем, что предстоит выполнить небывалый по своим масштабам объем работы. И не мечтаем получить через год или два какой-либо ощутимый эффект. Процесс оздоровления общественных отношений - очень длительный и может растянуться не на один десяток лет. Но в том, что некоторые положительные подвижки начнутся уже в недалеком будущем, не сомневаюсь. Как скоро наступит это время, напрямую зависит от нашей активности и от того, поверят ли люди в искренность наших намерений реально бороться с коррупцией, включатся ли в процесс реализации намеченных мероприятий. Ведь без поддержки народа вся наша деятельность может закончиться полным провалом, превратившись в еще одну безрезультатную шумную кампанию.