РГ выходит на дороги
Сервисы Реклама Подписка Редакция Пресс-центр Партнеры Для подписчиков Вакансии Карта сайта
Государство Армия Экономика В мире Происшествия Общество Культура Спорт Все рубрики
   
 
  
Главное Свежий номер Документы Новости В регионах Фото Спецпроекты Подшивка Комментарии читателей
премьера

Пропал пан

Новый спектакль Чхеидзе вышел из "Ревизора"

"Российская газета" - Федеральный выпуск №4681
10.06.2008, 05:10
Когда достояние республики Алиса Фрейндлих в паре с Олегом Басилашвили на сцене БДТ - успех обречен. Фото: Пресс-служба БДТ
Когда достояние республики Алиса Фрейндлих в паре с Олегом Басилашвили на сцене БДТ - успех обречен. Фото: Пресс-служба БДТ

Это у Хармса Пушкин спотыкается о Гоголя, Гоголь - о Пушкина. Новый спектакль БДТ "Дядюшкин сон" спотыкается сначала о Гоголя, потом - об Островского и только потом - о Достоевского.

Ну а виноват во всем, конечно, Шекспир. Об этом не раз приговаривает героиня Алисы Фрейндлих, Марья Александровна. С Шекспиром у нее какие-то свои старые счеты. Сразу ясно: книжек в молодости почитала, числилась аристократкой, но из круга гиблой провинции не вырвалась. Об ошибках молодости помнит так крепко, что готова себя унизить - лишь бы дочь спасти. Действительно, в том пространстве, которое сочинил художник Эмиль Капелюш, жить решительно невозможно.

Новинки технической мысли XIX века стоят, как древний акрополь, посреди современного полиса. Смесь французского с нижегородским - во всем. Нежные занавесочки висят на грубых кривых палках-коромыслах. Все дым и тлен, одна иллюзия.

Спектакль начинается с легкого звона сказочных колокольчиков. И все это глупое, ненадежное, непригодное к жизни пространство с вспученными разъятыми мостками, палками-тряпками и серо-бежево-жемчужной гаммой платьев (и благородно, и скучно) заставляет сочувствовать бедной девушке, чей избранник, бедный учитель, умирает от чахотки.

На вздыбленных мостках кое-как устраивает свой несчастный быт Марья Санна. Удается и чай пить, и гостей принимать важных. В данный момент важен только один объект - загадочный старик князь: механический нелепый получеловек с искусственной ногой из пробки, накладными волосами, бакенбардами и чем-то еще... Чернявый брюнет с напудренным лицом и почти клоунским румянцем, для Олега Басилашвили такой грим - почти экстрим. Впрочем, не странен кто ж? И его князь, не помнящий, что было во сне и наяву, право же, очень, очень мил. Всем и во всем поддакивающий: "Ну да, ну да". Дорого тут вот что: присмотревшись внимательно к этому человечку, вдруг хлопаешь себя по лбу: ба! Да не Хлестаков ли это? Постаревший, обработанный временем и химчисткой, - тот самый! Пугливый, вздорный, с круглыми глазами. Встреча нежданная и поразительная. Вот так встреча! Сколько воды утекло со времен того товстоноговского спектакля, разруганного, кажется, в 1973-м на гастролях Москвой. А нынче на дворе... - какое, милые, тысячелетье? И видится мне, что тот порхающий болтунишка, сбежав от Городничего, женился преудачно. Но привычек не переменил и врал так, что к старости зарапортовался окончательно. И все те 30 тысяч курьеров, и с Пушкиным на дружеской ноге, так и остались его выдуманным жизненным опытом. Прибавился милый маразм.

И тоска по браку как недосягаемое средство переменить участь.

Об этом неожиданно напомнила ему бестелесная нимфа по имени Лиза, исполнившая для князя романс. Решающая сцена: в речитативе низкого несильного голоса Толстун открылось многое, о чем молчала героиня. Это поняли и князь, и мать. Речитатив Зиночки - режиссерское открытие. Сцена потрясает не только зрителя: пораженные глубоким чувством, в которой слышны и боль, и самоиздевка, и черт знает что еще, медленно приближались к девице с двух сторон мать и князюшка. Достоевский звенит в каждом жесте Полины Толстун.

Трагедия лузера сыграна каждым актером по-своему сильно, с чувством, толком, расстановкой. Ибо в этой истории нет победителей.

Вся эта канитель с женитьбой разыгрывается быстро, почти галопом, но к концу будто осекается, замерев над невидимой пропастью. И в то время, как занавесочки будут медленно опускаться к земле, а часы с боем уйдут под колосники, в разных мирах останутся одинокими навек князь в белом саване и Лизавета, маятником покачиваясь на качелях в глубине сцены. Цели для жизни у обоих не стало. Чхеидзе позволил довольно просторную сцену объяснения Лизы с умирающим Учителем. Надрывный мелодраматизм заточил драму идей автора "Идиота" и "Бесов", но не изгладил окончательно... Так сюжет спектакля вышел за пределы спектакля.

Премьерный "Дядюшкин сон" в новой инсценировке Юрия Кобца оказался в прямом смысле премьерным: когда достояние республики Алиса Фрейндлих в паре с Олегом Басилашвили на сцене БДТ - успех обеспечен. Еще раз режиссер подтвердил свою верность традициям старого БДТ и выиграл.

Если заметили в тексте опечатку, выделите ее и нажмите Ctrl+Enter
Загрузка комментариев
© 1998-2012 "Российская газета"
Обратная связь
Создание и поддержка сайта - Web-Мастерская
Дизайн сайта - студия Разумный Подход
Канал доступа в Интернет и хостинг предоставлены ЗАО "Синтерра"

Полное или частичное использование материалов возможно только с разрешения редакции.
В открытом доступе на сайте публикуются не все материалы "РГ". В разных по времени подписания и региону распространения выпусках газеты текст статьи может различаться. Для получения полных текстов газетных публикаций воспользуйтесь платной подпиской.
Редакция не несет ответственности за информацию или мнения, высказанные читателями на страницах сайта.
Rambler's Top100 Рейтинг@Mail.ru

Сделать стартовой страницей