Взрывчатый материал

Адвокаты восьми осужденных по делу о взрыве на Черкизовском рынке намерены обжаловать приговор. Он был таков: четверым - пожизненное заключение, еще четверым - тюремные сроки от 2 до 20 лет. "Снисхождения не заслуживают" - с этим вердиктом присяжных суд согласился. А прокурор сказал, что не видит оснований для обжалования.

Главная версия следствия на суде подтвердилась: теракт на почве национальной ненависти. Совершили его члены военно-патриотического клуба "Спас", одержимые стремлением очистить Москву от инородцев. До сих пор ксенофобия выражала себя пресловутым "понаехали тут". Теперь выражается в тротиловом эквиваленте. Причем, как было установлено, в состав взрывчатой смеси, уничтожившей на Черкизовском рынке пятнадцать человек, входила и печатная продукция - книги, листовки, газеты экстремистского содержания; их нашли при обыске на квартирах погромщиков. Сочинения такого сорта обладают убийственной силой - сколько публицистических пассажей было тому посвящено! И вот расхожую метафористику заместила пугающая реальность. Книжечки и брошюрки со свастикой оказались взрывчатым материалом не в фигуральном, а в буквальном смысле.

Справедливости ради надо признать: мест, где открыто торгуют экстремистской литературой, последнее время заметно поубавилось. Но на книжном развале в переходе метро еще нет-нет да наткнешься на "Протоколы сионских мудрецов" и что-нибудь подобное. А рядом - зарубежный роман, детские сказки, различные справочники... Этим неслучайным, расчетливым смешением добропорядочных "учебников жизни" и черносотенного злобного бреда как бы подается знак: "Недозволенным не торгуем, ведем законный бизнес".

То же и с газетами. Печатные издания, разжигающие национальную, религиозную, социальную вражду, то тут, то там выходят в свет и пользуются спросом. Хотя, снова признаем, безнаказанно тиражировать подстрекательское чтиво стало труднее, чем прежде. В Орле за разжигание межрелигиозной вражды закрыли газету "Дозор", а ее главного редактора привлекли к уголовной ответственности. В Благовещенске лишили регистрации газету "Думать по-русски". В ходе расследования по ст. 282 ч. 1 УК РФ (возбуждение национальной ненависти либо вражды) были допрошены свидетели, показавшие, что газета распространялась по почтовым ящикам либо просто из рук в руки. По признакам того же преступления в Оренбуржье подверглась закрытию газета "За Веру, Царя и Отечество!"; ее главный редактор привлечен к уголовной ответственности.

Впрочем, идеологи и организаторы "русских маршей" стали изобретательнее. Они все чаще находят способы обезопасить свои печатные выступления от прокурорских санкций. Один из таких способов - оккупация газетных страниц в изданиях с приличной родословной, не имеющих ни малейшего отношения к организациям типа "Спас" или "Русский порядок". Как это делается, я понял, недавно из любопытства перелистав случайно попавший мне в руки номер газеты "Спецназ России". Это газета Ассоциации ветеранов подразделения антитеррора "Альфа" - того самого, знаменитого. Сразу скажу: для читателя, интересующегося историей борьбы с отечественным и международным терроризмом, "Спецназ России" - полезное издание. Историческая тема представлена в нем серьезно и основательно. Но стоит перейти к другим разделам - и впадаешь в недоумение. Потому что читаешь, к примеру, такое: "Сердце России - Москва - вновь оказалось под угрозой иноплеменных завоевателей". Или такое: "Русские в современной России должны быть готовы к длительному существованию в условиях "холодного набега" (со стороны кавказцев. - В.В.). Или - того пуще: "Россия - для русских? Да!.. Русские принадлежат к белой европейской расе... Интересы своей нации важнее интересов других наций и "общечеловеческих ценностей".

Ветераны "Альфы", состав которой всегда был и остается интернациональным, могут подписаться под такими декларациями? Исключено. А резкая антиправительственная риторика - ею пронизано здесь большинство публикаций - бывшим спецназовцам по душе? Совершенно уверен, что нет: президент ассоциации депутат Московской городской Думы Сергей Гончаров, другие ее лидеры (среди них - Герои Советского Союза и Герои России) не однажды публично выражали свою поддержку федеральным властям. Вместо этих людей и прикрываясь их именами высказываются сотрудники (они же - авторы) газеты, превратившие издание ветеранов спецназа в рупор ДПНИ, в площадку для трансляции ксенофобских идей и настроений. Формально "Спецназ России" продолжает считаться газетой "альфовских" ветеранов. А фактически (то есть судя по содержанию) произошел ее захват. Это похоже на некое информационное рейдерство.

Федеральная регистрационная служба (Росрегистрация) регулярно публикует список произведений, отмеченных печатью агрессивного радикализма. И пока что все "номинанты" не зря изымались из общественного оборота. Фашистская, националистическая, ультрарелигиозная направленность публичных "высказываний" кем-то может оспариваться, но она удостоверена судебными решениями. Впредь так и будет: наказывать за тиражирование экстремистской продукции государство намерено только в том случае, если эта продукция признана экстремистской по суду. Понятно, что судебному разбирательству должна предшествовать тщательная экспертиза с участием лингвистов, культурологов, историков. Понятно, что и тут мы не застрахованы от субъективных оценок, вкусовых пристрастий, политического и административного давления. Но сколь несовершенной, подверженной конъюнктурным поветриям ни была бы подобная процедура, она все-таки правовая. Иные способы маркировать "экстремизмом" книгу или, положим, песню, из которой слов не выкинешь, заведомо хуже - совсем уж безграничный простор для произвола.

И вот что еще примечательно: вопреки опасливым прогнозам в "черных списках" отсутствуют печатные, аудиовизуальные и прочие рукотворные образцы политического инакомыслия. Несогласие с властью, в какой бы форме оно ни выходило в свет, к "распространению экстремистских материалов" пока, слава богу, не отнесено.

Список материалов, запрещенных к распространению, будет прирастать. В июле Федеральная регистрационная служба опять обновит его. В связи с этим вопрос: что означает официальный перечень творений, пронизанных нетерпимостью и агрессией, для точно таких поделок, не фигурирующих в нем? Автоматическую индульгенцию? Право на свободное хождение по принципу "что не запрещено, то разрешено"?

Да, ужесточение ответственности за распространение экстремистских материалов говорит о том, что кое-какие уроки нами усвоены. Дело за "малым" - чтобы эта ответственность стала неотвратимой. Дело ведь не сводится к наращиванию суровых мер. Законодательных препятствий распространению радикалистских деклараций у нас предостаточно. Недостает одного - основанной на этих постулатах правоприменительной практики. Будь наказание за пропаганду экстремизма действительно неотвратимым, "черные списки", составляемые Росрегистрацией, оказались бы много длиннее.