Диалог с питерским акцентом

Пока вчера в Висбадене шли российско-германские межправительственные консультации, мир занимал совсем другой вопрос: поедет ли президент России Владимир Путин из Германии в Иран или второй саммит прикаспийских государств сорвется?

Не успел российский лидер в воскресенье приземлиться в аэропорту Франкфурта-на-Майне, а в прессе уже появились сообщения о готовящемся на него покушении. Информационные агентства со ссылкой на "заслуживающий доверия" источник в российских спецслужбах передали, что в Иране Владимира Путина ожидает не радушный прием, а несколько групп террористов-смертников.

Вчера сотрудники пресс-службы и протокола российского лидера только и делали, что отбивались от соответствующих вопросов. Однако до середины дня никакого точного ответа, полетит ли Путин в Иран, не прозвучало. Одни не подтверждали изменение планов, другие, наоборот, не исключали, что визит в Тегеран в ранее оговоренные сроки не состоится.

Административное молчание лишь в 15.00 по немецкому времени прервал сам Владимир Путин, который просто был вынужден ответить на вопрос в ходе пресс-конференции. "Я, конечно, еду в Иран, - безапелляционно сообщил президент. - Если бы я реагировал на все угрозы, то тогда из дома можно было бы не выходить". Летит он в Иран, чтобы делать свою работу, а спецслужбы, заметил Путин, должны заниматься своей.

- Поездка в Иран была запланирована давно, - решил прокомментировать свой визит российский лидер. - Она прежде всего касается сотрудничества прикаспийских государств.

Первый и пока последний раз главы государств, прилегающих к Каспию, встречались в Туркменистане в 2002 году. И еще тогда договорились, что следующая встреча пройдет в Тегеране, когда будут готовы к подписанию соответствующие документы. Работа растянулась на долгие пять лет.

Правда, Путин не стал скрывать, что в ходе контактов с иранским руководством он регулярно обсуждает ситуацию с иранской ядерной программой. И этот случай, конечно, не станет исключением. Всему мировому сообществу президент России предложил набраться терпения - именно таким образом ведь и урегулировали проблемы с руководством Северной Кореи.

"Пугать кого-то - иранское руководство или народ - бесперспективное дело, - предупредил Владимир Путин. - Им не страшно, поверьте мне".

Днем же в немецком Висбадене прошли очередные межправительственные консультации. Президент Владимир Путин снова пытался открыть для России двери европейской экономики, европейцы снова сопротивлялись. "Мы с госпожой федеральным канцлером много говорили об экономическом взаимодействии, - вспомнил состоявшийся в воскресенье за ужином разговор российский лидер. - Мы были едины во мнении, что наши экономики должны быть максимально открытыми для взаимных капиталовложений и чем крепче будет такая взаимосвязь, тем легче будет идти сближение бизнес-сообществ и стран".

На деле же в речах представителей обеих сторон, собравшихся в Германии на переговоры, все звучало несколько иначе. Точнее, звучало так же, как и все последнее время, когда Россия отстаивала свое право без всяких преград участвовать в экономической жизни Европы, а она этому всячески сопротивлялась. "Германия и Европа хотят иметь тесное сотрудничество и партнерство с Россией", - уверяла канцлер Ангела Меркель. И в то же время продолжала говорить о необходимости продолжать диалог, снимая взаимное недопонимание.

"Режим должен быть либеральным, но либеральным с обеих сторон, чтобы никто не пугал бизнес, что сейчас будто бы что-то запретят или закроют, - настаивал российский лидер перед участниками традиционного форума "Петербургский диалог". - Надо быть максимально открытыми, и тогда мы возрадуемся". Владимир Путин даже рискнул слегка поставить на место немецких представителей. Он подчеркнул, что прирост германских инвестиций в российскую экономику в 7 миллиардов евро не является чем-то заоблачным. "На недавнем экономическом форуме в Сочи только одна итальянская фирма вложила в энергетику России 6 миллиардов долларов или евро - не помню точно - и вложит еще три,- сказал он. - Так что хвастаться особо нечем - это небольшие деньги".

Москва и дальше будет отстаивать право на цивилизованное взаимовыгодное сотрудничество. И это касается не только экономики, но и всех остальных направлений, включая международные проблемы. Да, признает Путин, разногласия в оценках той или иной ситуации еще будут, как и в подходах к их разрешению. Но одно очевидно: стороны искренне хотят решения проблем. "Разница может быть только в средствах достижения этих общих целей, а цели у нас одни, - считает российский лидер. - Сегодня Россия и Германия, как никогда, близки в оценках судьбы Европы и путей решения важнейших мировых вопросов. Мы хорошо осознаем и нашу общую ответственность за укрепление отношений доверия и сотрудничества между европейскими государствами".

Более того, Россия и Германия (да и вся Европа) должны всячески устранять остающиеся барьеры для развития взаимных контактов. Вроде бы медленно, но верно стороны двигаются к облегчению визового режима, а к теме возвращаются снова и снова. Вот и вчера Владимир Путин обратил внимание, что развитие нашего сотрудничества не может сдерживаться техническими визовыми барьерами.

Владимир Путин не забывает и о будущем российско-германского диалога, когда сам Путин уже покинет пост главы Российского государства. Опасаться тут особенно нечего: президент уверен, что будущие власти сохранят преемственность не только во внутреннем политическом курсе, но и в контактах с Берлином.

"Я уверен, что обновленная российская власть - а в России будет другая конфигурация власти, другие люди придут - сохранит преемственность в сотрудничестве с Германией, Европой, - пообещал Путин немцам. - Этот курс отвечает устремлениям и нашего народа, соответствует нашим национальным интересам. Убежден - никаких изменений здесь не произойдет и быть не может".

"Германия и Европа являются надежными, естественными союзниками России, - подчеркивала в свою очередь Ангела Меркель.

Единственное, что в этом случае непонятно, как воспринимать шаги Европы в области энергетики - ключевой отрасли взаимодействия с Россией. "Мы очень сильно зависим друг от друга, в области энергоснабжения в частности", - отмечала канцлер Ангела Меркель. И здесь, считает она, необходимо создать условия, чтобы все были в выигрыше - производители, потребители и транзитные государства.

Цель, безусловно, благая и давно звучит из уст российского руководства. Но вот европейские попытки ее реализовать вызывают в отечественных компаниях лишь удивление. В частности, последние предложенные поправки в европейскую энергетическую стратегию, которые предусматривают разделение производства энергии и ее распределение. Российский "Газпром", являясь одним из крупнейших добытчиков газа в мире, кроме того, еще и вкладывает значительные средства в газовую инфраструктуру в Европе, тем самым попадая под действие новой европейской политики.

"На каком основании они вмешиваются в наши права и нашу компетенцию, - вопрошал находившийся в Висбадене зампред совета директоров "Газпрома" Валерий Голубев. - Мы не входим в ЕС". Он обращал внимание, что эти меры коснутся не столько российского монополиста, сколько многочисленных национальных компаний стран Европы.

- Пусть они сначала преодолеют эту идею на уровне своих компаний, - предлагал Голубев. - Если этот проект найдет воплощение в Европе, мы будем рассматривать его как справедливую, актуальную и нужную тему. Но я очень сомневаюсь, что это возможно сделать.