Хранители Ремизова

Михаил Сеславинский представил слушателям лектора Рене Гера. Фото: Виктор Васенин

Рукописи и рисунки одного из самых загадочных и странных писателей Серебряного века Алексея Ремизова Рене Герра, мне показалось, показывал с большей гордостью, чем даже подлинники поздних писем Ивана Бунина или портреты гениального русского художника и писателя Юрия Анненкова. Еще бы - ведь его коллекция наследия Ремизова не имеет себе равных в мире, не исключая Россию.

"Вы хотите еще? - спрашивал он меня на прекрасном русском языке, но с уловимым французским акцентом. - Я дам вам еще". И показывал, показывал, показывал... Книги Ремизова с дарственными. Рисунки Ремизова, который был незаурядным графиком. Витражи Ремизова, ничуть не уступающие шагаловским. Письма Ремизова... и опять - с рисунками, вензелями, каким-то допетровским шрифтом...

Все это богатство сохраняется в несгораемых шкафах благодаря человеку и энтузиасту, влюбленному в русское искусство ХХ века, - профессору Рене Герра. Он начинал скромным молодым человеком, секретарем русского писателя Бориса Зайцева, а сегодня это крупнейший хранитель сокровищ литературы и искусства Русского зарубежья.

Вчера в Роспечати он прочел лекцию об Алексее Ремизове, которая вызвала огромный интерес читающей публики и специалистов. На ней кроме главных редакторов почти всех толстых журналов присутствовали руководитель Федерального агентства по печати и массовым коммуникациям Михаил Сеславинский и его советник Владимир Григорьев. После лекции мы задали Герра несколько вопросов:

Российская газета | Вы читаете свои лекции в университете Ниццы и не так часто выступаете с ними в России. Почему вы специально приехали прочесть лекцию именно об Алексее Ремизове?

Рене Герра | В этом году мы празднуем тройной юбилей писателя. Во-первых, 130 лет со дня его рождения. Он родился как раз в ночь на Ивана Купалу. Во-вторых, он скончался в декабре 1957 года, то есть полвека назад. И, в-третьих, ровно сто лет назад начался его писательский путь, вышли первые его книги.

РГ | Ремизов очень русский писатель, прежде всего стилистически. Знают ли его во Франции, переводят ли?

Герра | Я бы сказал: не русский, а русейший. Его действительно очень сложно переводить. Тем не менее во Франции есть несколько переводчиков, которые это делают. Европа должна знать такого прекрасного русского писателя.

РГ | Судя по тому огромному архиву Ремизова, который хранится у вас в Париже, можно ли сказать, что вы главный его хранитель?

Герра | Я бы сказал скромнее - один из главных.