"Утро вторника 28 октября выдалось пасмурным. Стоял густой туман, гетто тонуло во мгле. В воздухе висела мельчайшая взвесь дождя и снега. Снег тонким слоем покрыл землю.

Отовсюду, спотыкаясь, брели группки мужчин, женщин и детей. Было много стариков и больных, опиравшихся на плечи родственников или соседей. Матери несли младенцев на руках. Они растянулись в длинные колонны.

Стараясь укрыться от холода и сырости, люди кутались в пальто, платки и даже одеяла. Многие семьи шли, держась за руки.

Все они двигались на площадь Демократии. Это была процессия плакальщиков, скорбящих по самим себе. Около тридцати тысяч человек брели в то утро навстречу неизвестности, навстречу судьбе, уготованной им безжалостными правителями.

Смертельная тишина сопровождала эту процессию. Каждый брел, погруженный в свои мысли, терзаясь страхами за себя и своих близких, чьи жизни висели на волоске. Тридцать тысяч несчастных, оставленных Богом и людьми на милость тиранов, чьи руки уже были обагрены кровью тысяч других евреев".