На фоне Бродского

Биографии Бродского не существует. Сам поэт был категорически против ее создания. И даже наложил 50-летний запрет на изучение личных документов и материалов, хранящихся ныне в Российской национальной библиотеке.

Ярмарка Non/fiction

[05.12.2011]  На ярмарке Non/fiction прошла презентация новой книги Умберто Эко

[02.12.2011]  На ярмарке Non/fiction выступил главред The New Yorker Дэвид Ремник

[01.12.2011]  На 13-й ярмарке Non/fiction ждут рекордного числа посетителей

Весь сюжет

Потому исследовательница творчества Бродского, почетный профессор Килского университета (Великобритания) Валентина Полухина решила пойти другим путем - опроса современников Бродского, его коллег и друзей. Издательство журнала "Звезда" выпустило объемистый двухтомник этих "восприятий".

Свое выступление на презентации двухтомника "Бродский глазами современников" Валентина Полухина начала так: "Когда я впервые увидела Иосифа, я села на пол у его ног. Он хотел подать мне стул, но я сказала, что настаиваю на праве сидеть у его ног".

Предположить, что каждый из интервьюируемых когда-либо соберется написать статью или эссе о поэте, по меньшей мере наивно - в этом смысле труд Полухиной заслуживает огромной благодарности. Жанр интервью, связанных с личностью поэта, а не только с его творчеством, обязывает к чувству такта, исключающего оценочные "шероховатости". Первый том собирался из интервью, сделанных еще при жизни Бродского. Второй - после его смерти. Оба этих обстоятельства априори обязывали собеседников к политкорректности. Потому и разговор получился односторонним, способствующим сакрализации личности поэта. Может, потому он сам был против биографии. Разговор о Бродском требует чувства вкуса. Вкус двухтомника несколько приторный.

В соответствии с задачей исследования автор задавала собеседникам одну и ту же группу вопросов (помимо них, разумеется, есть в интервью и не повторяющиеся, возникшие по ходу беседы). Один из них: "Скажите, когда вы лично начали усматривать в Бродском черты гениальности?" Возникает ощущение некого состязания, соревнования в проницательности. Есть и вопросы, не повторяющиеся, но, казалось бы, не требующие ответа. Цитирую: "Бродский считает вас одним из лучших поэтов, пишущих сегодня по-русски. Вы с ним согласны?" Однако ответ находится, и довольно пространный, в котором чувствуются одновременно и неловкость, и легкое кокетство.

Интервью, слава богу, брались не для газеты, потому желания вписываться в какой-либо ограниченный "строкаж" у Валентины Полухиной ни в процессе бесед, ни в период их обработки и подготовки к публикации не было. Что сыграло неоднозначную роль: тексты получились неоправданно многословными. Создается впечатление, что в с сборнике интервью опубликовано то, что на журналистском жаргоне принято называть "исходниками", - сырые расшифровки диктофонной пленки. С какой целью - неясно. Какую смысловую нагрузку, например, несет финал интервью "Устали, Белла? - Нет, не устала. Но нам надо собираться. - Хорошо, хорошо. Большое спасибо".

Вербальные пустоты загромождают текст, мешая воспринимать действительно серьезные размышления о ритме и синтаксисе стиха Бродского, о его метафизике. Эти размышления разбросаны по такни интервью несколько беспорядочно. Некоторые собеседники Полухиной самодостаточны: Яков Гордин, Петр Вайль, Чеслав Милош, Томас Венцлова... Им не мешают вопросы. Читать их тексты очень интересно - благодаря им книга обретает смысловую наполненность. Удача сборника уже в том, что под одной обложкой собралось большое количество имен, составлявших круг Бродского.