Беглецы из будущего

Светлана Алексиевич: Я тоже родом из этой страны утопий. Фото: Борис Долгих

Светлана Алексиевич была одной из главных героинь нашего вечера. О том, чем ее притягивает Москва и на какой оси координат для нее расположена родина - Белоруссия, она рассказала нашему корреспонденту.

Российская газета | Что вы сейчас пишете, Светлана Александровна?

Светлана Алексиевич | Книгу о том, что с нами произошло в течение последних 20 лет: чего мы хотели в 1985-м, в 1995-м и какие мы сейчас - в 2006-м. Условное название - "Беглецы из будущего". Для этого часто приезжаю в Москву и много путешествую по России. Недавно была в Твери, в Петербурге.

РГ | Чем вас притягивает Москва?

Алексиевич | Людьми и культурой. Здесь мои герои, моя страна. Я об этом мире пишу.

Москва для меня в первую очередь интеллектуальный центр. Именно здесь рождаются идеи. Я не знаю другого города в Европе с такой энергетикой, с такими возможностями, с такой открытой интеллектуальной площадкой. Я слежу, например, за публичными лекциями в клубе "Билингва".

РГ | Вы рассказывали, как недавно случайно встретили в поезде Вячеслава Степина, известного российского философа, начинавшего свою карьеру в Минске.

Алексиевич | Он один из тех людей, кто серьезно осмысливает процессы, происходящие сегодня. Встреча в поезде - это просто подарок судьбы. Я только прочитала несколько его статей, захожу в купе и встречаю там одного из умнейших людей Белоруссии... Такие случайности наводят на мысли о небесном режиссере.

РГ | О чем был ваш разговор?

Алексиевич | Сегодня такое время, которое плохо поддается анализу. Слишком близко все - большое видится на расстоянии, а расстояния пока нет. Мы десять лет надеялись на социализм с человеческим лицом, а получился дикий капитализм. Я довольно часто бываю в Европе и могу сказать, что у нас был вариант развития по другой модели, например, по европейской социал-демократической, но мы выбрали наименее подходящий вариант для нашей ментальности и культуры. И сегодня пришло время разобраться во всем и перестать жить по вторичным, чужим рецептам. Необходимо сформулировать, где мы, кто мы и что с нами происходит. Степин один из тех людей, которые могут это сделать.

РГ | Вы живете на Западе, много путешествуете, заезжаете в Москву, где на этой оси координат находится Белоруссия?

Алексиевич | Я работаю над циклом "Голоса утопии" - все это рассказы о маленьком человеке и великой утопии. Мой проект - написать семь книг (пять уже написано) о веке этой страны - сто лет этого страшного, ужасного, утомительного и авантюрного опыта.

Иногда мне кажется, что страны нет, идей нет, но есть люди. Я исследую психологию постсоветского пространства. Не могу сказать, что я привязана к узкогеографическому понятию: советские люди живут на всем огромном пространстве бывшего Советского Союза. Они с трудом меняются, появляется национальная окраска, постепенно она становится главной, но это пока все в процессе. Поэтому у меня пока нет ощущения, что я живу только в одной маленькой стране Белоруссии, которая и есть моя настоящая родина. Все-таки я человек русской культуры. И этой страны утопий.

РГ | Почему для вас значимо издаваться в России?

Алексиевич | На издании книг в России денег сегодня не заработаешь, я не Маринина, не Донцова и даже не Улицкая. Но я очень рада, что мои книги продаются, что они востребованы. Тиражи моих книг в других странах позволяют мне быть свободной и заниматься литературой. Но публикации здесь очень важны. Важно не уйти от своего мира, своего читателя, от того места, где я была счастлива, несчастна, пыталась что-то понять... От того места, которое мне подарено небом.

Справка "РГ"

Ее первая книга "У войны не женское лицо" вышла в свет в 1985 году, с тех пор она разошлась по всему миру 2-миллионным тиражом. В 2006 году за книгу "Чернобыльская молитва" Светлана Алексиевич удостоена американского "литературного " Оскара" - премии американского сообщества критиков.