Российская газета | Судя по отчетам, разговор на Совбезе был довольно жестким. Так, говоря, что доля наукоемкой продукции на мировом рынке всего 0,3-0,8 процента, то есть в 15-20 раз меньше, чем в Китае, президент Владимир Путин подчеркнул: для преодоления разрыва мало что делается. Академия готова разделить ответственность за такую оценку?

Юрий Осипов | Здесь следует отметить, что ученые академии активно участвовали в подготовке этого заседания. Если же говорить о сути дела, то не вина науки, что Россия занимает столь малую нишу на мировом рынке высоких технологий. Иначе результаты исследований наших ученых не были бы столь широко востребованы в других странах, в том числе и в ведущих. Но у нас в стране на них нет спроса. Именно поэтому мы так отстаем в создании наукоемкой продукции.

РГ | Как вы восприняли слова, сказанные на заседании Михаилом Фрадковым , что надо в кратчайшие сроки реформировать академию наук? Министр образования и науки Андрей Фурсенко был более конкретен: это следует делать более решительно?

Осипов | Если реформа делается в интересах дела, то я с таким предложением согласен. Сейчас академия реализует пилотный проект по повышению зарплаты научным сотрудникам, которая к 2008 году должна составить в среднем 30 тысяч рублей. Казалось бы, важнейшая для нашей науки задача. Но чтобы проект появился, пришлось преодолеть множество препятствий. Ведь из-за нищенских зарплат в науку не идет молодежь. Если бы мне, к примеру, сказали, освободите здание президиума академии наук и завтра утром эта проблема будет решена, я бы за ночь все бумажки перенес.

РГ | В день заседания Совета безопасности в разных городах прошли акции протеста ученых против реформы академии. Вроде бы зарплаты повышают, а люди недовольны. Как вы это прокомментируете?

Осипов | Они протестуют против сокращения штатов. В принципе профсоюз это и должен делать. При подготовке реформы руководство академии встречалось с профсоюзами неоднократно, мы согласовывали позиции, и каждый раз расставались с пониманием общих целей. И мы, и они заинтересованы, чтобы сокращение прошло как можно безболезненней. А его не избежать, ведь люди, которые давно разорвали связь с наукой и по сути лишь числятся в институтах, должны уйти.

Особенно непростой вопрос, если сильный ученый достиг пенсионного возраста, но прекрасно работает. Его надо сохранить, может быть, предложив работу на полставки. Еще раз подчеркну: никто головы рубить не собирается. Важно, чтобы сокращение не проходило формально, чтобы была добрая воля. У меня уже было много контактов с директорами институтов, которые ищут именно такие варианты. А просто шуметь, протестовать, заявлять, что все плохо, звать на баррикады - это тупиковый путь.

Подробный отчет о "деловом завтраке"
будет опубликован в одном из ближайших номеров.