В Санкт-Петербурге создан единственный в мире центр танатологии, специализирующийся на коллекционировании уникальных смертей. Основная задача центра - создать информационную базу по всем аспектам танатологии, которые имеются в трудах медиков, философов, искусствоведов и художников. У каждого из представителей этих профессий собственная область изучения смерти. Все вместе они могут помочь докторам сохранить человеческую жизнь до ее естественных пределов.
Люди железного века
Создатель центра танатологии, доктор медицинских наук, профессор Евгений Степанович Мишин более чем за сорок лет работы судмедэкспертом собрал коллекцию смертей в различных ее проявлениях. В его музее внутреннего пользования - несколько тысяч фрагментов человеческих тел, взятых с трупов, - от участков кожи, снятых фашистами в Бухенвальде, до найденных в болоте расчлененных тел и мумий. Одних убили, другие наложили на себя руки сами, третьи умерли и мумифицировались в квартире. Каждый экспонат представляет ценность для экспертов и является пособием для будущих докторов и анатомов.
- Коллекция мумифицированных тел - гордость музея танатологии, но за каждым из них стоит человеческая жизнь. Прежде чем умереть, высохнуть и стать пособием для танатологов, эти люди жили в Петербурге, вели одинокий образ жизни и не общались с родственниками, - рассказывает Евгений Степанович. - Их смерть прошла незаметно и для соседей по лестничной площадке.
Например, Семена Олеговича Г., 66-летнего петербуржца, обнаружили работники жилконторы, решившие поинтересоваться, почему пенсионер около пяти лет не платит за квартиру. Поскольку на телефонные звонки Семен Олегович не отвечал, они обратились за помощью в милицию. Когда дверь в квартиру вскрыли, милиционеры ахнули. За кухонным столом за чашкой чая сидела высохшая мумия хозяина квартиры. На стене висел отрывной календарь с датой смерти - 21 апреля 1983 года. В витрину музея Семен Олегович попал с любимой мебелью, календарем, самоваром и тем самым печеньем, с которым он собирался выпить чаю всего за несколько минут до смерти.
Его сосед по витрине - мумия 65-летнего петербуржца Андрея Кирилловича З., который умер при аналогичных обстоятельствах, с той лишь разницей, что его обнаружили через два года после смерти. Вес его высохшего тела составляет всего 7,5 килограмма.
- Один из ценнейших экспонатов - мумия ленинградки, погибшей в блокаду. Около двадцати лет она пролежала в собственной квартире, которую на тот момент уже заняли другие люди. Мумию обнаружили строители, которые делали капремонт в доме, - продолжает Евгений Степанович. - Как удалось выяснить милиции, женщина умерла в 1942 году. Вместе с ней в квартире проживала еще и сестра. Но у той, видимо, не было сил, чтобы похоронить родственницу. Она просто оттащила тело сестры в нишу, где оно и лежало до середины шестидесятых годов незамеченным. Блокадная мумия навсегда останется в музее как памятник преступлению фашистов против человечества.
Мумию 37-летней Зинаиды Валерьевны К., расположившуюся в музее под березой с удавкой на шее, сотрудники центра танатологии называют не иначе как Аленушкой. Такое прозвище она получила за схожесть с картиной Васнецова. Ее труп обнаружили в лесу Ленинградской области в 1971 году спустя несколько лет после смерти.
Как следует из материалов уголовного дела Аленушки, женщина основательно подготовилась к самоубийству. Надела лучшее ситцевое платье, нашла удаленное от жилья место, упаковала документы в полиэтиленовый пакет, чтобы те не пострадали от дождя, накинула кожаный ремень на тонкую шею и повесилась. Ее тело нашли спустя лишь несколько лет после самоубийства.
- Мумификация - это один из самых распространенных видов естественной консервации трупов. Она является следствием полного высыхания трупа, при этом потеря веса доходит до 75 процентов, - рассказывает Евгений Мишин. - Выставленные в витринах экспонаты - наглядное пособие для экспертов, как при хорошей вентиляции помещения и постоянном притоке свежего воздуха всего за 2-3 месяца мертвое тело превращается в мумию.
Голова молодой женщины, найденная совсем недавно в одном из болот Ленинградской области, - жемчужина коллекции. По словам экспертов, женщина была убита еще до войны, но благодаря болоту с ясно выраженной кислой реакцией ее останки прекрасно сохранились до наших дней. Сквозь кожу просвечивают капиллярные узоры, виден рисунок кожи и радужная оболочка глаз! Длинные пепельные волосы по-прежнему блестят и говорят об отменном здоровье, которым обладала их хозяйка. Подобный тип консервации тел встречается очень редко и называется торфяным дублением.
- Известны случаи, когда в болотах находили тела людей железного века. Но по внешним признакам можно было сказать, что они умерли не более двух часов назад, - рассказывает профессор. - Даже остатки пищи внутри желудка и кишечника сохранились в том виде, какими были две тысячи лет назад.
Долой оружие!
О криминальных делах, в раскрытии которых некогда помогли сотрудники центра танатологии, Евгений Степанович предпочитает не рассказывать - во-первых, как врач не имеет права разглашать врачебную тайну, а во-вторых, многие из них еще находятся в судопроизводстве и окончательный вердикт по ним пока не вынесен.
Он и сотрудники его центра принимали участие в раскрытии всех громких убийств, которые были в Петербурге.
- Надо сказать, что по сравнению с прошлым и позапрошлым веком орудия убийства практически не изменились. Убивают всем, что попадается под руку: утюгами, автозапчастями, морожеными курицами и ремнями. Классическое оружие - ножи, ружья и пистолеты как орудия убийства практически не применяются, - говорит Евгений Степанович. - Одно из последних поступлений в музей - детский пистолет, переделанный в стилет и топор, которым самоубийца нанес себе более семидесяти ударов по голове.
Этот топор представлен в коллекции вместе с черепом самоубийцы, испещренным вмятинами и надсечками.
Несколько лет назад его обладатель решил расстаться с жизнью в исследовательских целях. После прочтения романа Достоевского "Преступление и наказание" он задумался: действительно ли старухе-процентщице хватило пары ударов по голове, чтобы умереть. Недолго думая, петербуржец взял топор, уселся в кресло и стал наносить удары острой частью топора по голове, пока на семьдесят втором ударе не умер.
Коллекцию кусков кожи с татуировками - розочками и сердечками - передал в музей житель Германии, один из обвинителей по Нюрнбергскому процессу. Это вещественное доказательство помогло воздать по заслугам охранникам концлагеря в Бухенвальде, которые снимали кожу с людей, у которых на теле имелись занятные цветные татуировки. Куски кожи с рисунками они переправляли на кожную фабрику, которая производила для женщин фашистской Германии модные сумки из человеческой кожи, перчатки и обувь. Писком моды считались кожаные ежедневники и кошельки, увенчанные татуировкой в виде обнаженной женщины.
К сожалению, уникальная коллекция татуировок и другие не менее ценные экспонаты музея находятся на грани уничтожения. Всему виной - моли и кожееды, которые навсегда прописались в музее. Например, у пенсионера, умершего во время чаепития, моль съела часть ног.
Смерть перед лицом
- Загадки танатологии настолько велики, но так мало пока изучены, что давно требуют отдельного спецкурса в учебных учреждениях для медиков, - уверен Владимир Кустов, руководитель художественно-танатологического отдела центра.
Предмет танатологии должен решить задачи, которые постоянно ставит жизнь у постели больного. Прежде всего это касается этики общения врача с умирающим и его родственниками. Мало кому известно, но значительная часть уголовных дел против врачей, обвиненных в смерти пациента, была возбуждена не по причине допущенной врачебной ошибки. Всему виной - грубость и цинизм докторов в общении с умирающим пациентом и его родственниками.
Философ и танатолог Валерий Савчук также уверен, что уход из мира, как и возвращение в него, требует участия любящего лица - родственника, медсестры или врача. Особенно это важно для работников хосписов. Подбадривание заботливой медсестры помогает умирающим без страха сделать шаг в мир иной, объясняя тем самым парадоксальные, на первый взгляд, факты смерти группами на дежурстве добрых и заботливых медсестер и нянь. В то время как в больницах, где на дежурство заступает бригада, возглавляемая властным, жестким, душевно черствым человеком, процент реанимированных оказывается существенно ниже, чем в среднем у обычных бригад. Танатологи объясняют это просто - злое лицо доктора не способствует возвращению в мир.
