Этот вид занесен в Красную Книгу. Игорь, биолог-энтомолог по образованию, утверждает, что причислили этот вид насекомых к редким совершенно необоснованно: для здешних махаонов их малая численность – природная норма. И что искусственно поддержать вид ста пятьюдесятью бабочками невозможно, даже если выпустить 150 тысяч искусственно выращенных махаонов, не факт, что популяция от этого увеличится. В природе останется ровно столько бабочек, сколько должно остаться, и человек бессилен что-либо с этим поделать.

Однако, несмотря на то, что Игорь не считает свое хобби по выращиванию бабочек в квартире высокой миссией, случись несчастье, и место обитания бабочек закатают в асфальт, он знает, как восстановить популяцию здешних махаонов.

– У меня не было никаких высоких побуждений – говорит он. – Я обычный коллекционер. А для коллекционеров свойственно самостоятельно выращивать бабочек для коллекции. Просто я мечтаю вырастить в домашних условиях тропическую бабочку, а на махаонах отрабатывал технику разведения.

Игорь демонстрирует мне свои тонкокрылые сокровища. Они хранятся в настоящих больших коллекционерских деревянных коробках под стеклом. Всего коробок семь, там бабочки, пойманные и купленные Игорем. Бабочки нашей полосы представлены практически в полном составе, а еще – бабочки, отловленные на Дальнем Востоке и на юге. Особая часть коллекции – тропические и китайские экземпляры. Игорь гордо демонстрирует мне какую-то зарубежную бабочку, сильно похожую на мотылька. У бабочки явно нарушена симметрия – слева нет розового кусочка крыла. Говорит – удачное приобретение, вместо двадцати долларов удалось купить за пять из-за "некондиции".

Пока энтомолог-любитель рассказывает мне о своих "экспонатах", возвращается его супруга. Наташа, милая хрупкая девушка, достает из пакета совершенно жуткую зеленую толстую гусеницу и протягивает мужу. "Спасибо", – говорит Игорь.

Приехавшая в Наташином пакете зеленая гостья – будущая бабочка-бражник. Свалилась с дерева, ползла по дороге. Наташа, во избежание несчастного случая, подобрала и принесла мужу. Теперь "бражница" живет в садке на жимолости рядом с другой такой же зеленой гусеницей.

– На меня с таким ужасом посмотрели прохожие, – рассказывает Наташа, – а мы уже привыкли жить рядом с прекрасным.

Что касается "прекрасного", то гусениц и куколок у Василенко в самом деле немало. Тюлевый "аквариум" с будущими махаонами, застегивающийся на молнию, стоит на лоджии. В садке на морковной ботве пребывает зеленая гусеница – будущий махаон-papilio. Махаоны питаются ботвой моркови и укропа, которые их хозяин выращивает  в плошках. Вылупившихся бабочек Игорь иногда выпускает прямо с балкона. А обычно отвозит на машине в дубовую рощу на речке Костромке, где "самая низкая антропогенная нагрузка". Правда, порой избыток гусениц также выпускает на волю в защищенные от человека места. За подшефными приглядывает, можно сказать, пересчитывает.

– Поддерживать популяцию можно, только если поддерживать места их обитания, – говорит Игорь. – Допустим, выкашивать луга "мозаично". Сохранять разнотравные луга. Прекрасное для бабочек место в Костроме – дубовая роща.

Скоро Игорь выпустит на берегу Костромки последнюю партию махаонов. За две недели, что отпущены им природой для крылатой жизни, "тропические красавицы" нашей полосы, возможно, успеют оставить потомство.