Вместо школы - дом для престарелых

Большинство приезжих судят о Японии по тесной веренице человеческих муравейников, образующих Тихоокеанский промышленный пояс. Там на полутора процентах территории страны сгрудилась половина ее населения.

Но стоит свернуть в сторону от этого скопления небоскребов и цехов, людских толп и потоков автомашин, как глазам откроются лесистые горы, реки с пенящимися водопадами, альпийские луга, тихие вулканические озера, дремлющие среди вековых елей.

Не теснотой, а безлюдьем поражает все западное побережье архипелага, обращенное к России, Корее, Китаю. Эта часть Японии именуется Санъин ("В тени от гор"). Ныне такое название трактуется уже не как поэтическая метафора, а как образ края, оказавшегося в тени экономической, в тени социальной.

Казалось бы, экономическое чудо 50-х - 80-х годов должно было привести к более равномерному размещению производительных сил, к освоению необжитых мест. Произошло же как раз наоборот. Население быстрее всего растет там, где людей много. А малонаселенные районы становятся вовсе безлюдными.

Когда ходишь среди покинутых крестьянских усадеб, видишь нераспаханные, заросшие сорняками рисовые поля, трудно совместить это с представлением о Японии как о перенаселенной стране, где ни один клочок земли не пропадает зря. Индустриализация и урбанизация привели к тому, что села обезлюдели, земледелие стало "занятием дедушек и бабушек".

Сначала из сел ушла молодежь. Даже неквалифицированный труд в городе сулил возможность заработать впятеро больше. Потом сельские девушки встали к конвейеру, дабы заработать себе на приданое. Именно их ловкие руки прославили Японию как "царство транзисторов".

В итоге сельское население за последние тридцать лет сократилось с тринадцати до трех миллионов человек. Да и те в большинстве своем старше 60 лет. В деревнях особенно ощутимы обе болезненные для Японии демографические проблемы: увеличение доли стариков при уменьшении количества детей.

На северо-западе острова Хонсю есть поселок Нисики, насчитывающий 5924 жителя. За минувший год там умерло 75 человек и родилось 42 младенца. Местную начальную школу, существующую с 1883 года, через пару лет придется закрыть: во втором классе там всего три ученика, да и в других нет и по десятку.

А среднюю школу, созданную после войны, закрыли еще шесть лет назад. Когда-то Фукуо Судзуки с гордостью привела туда своего сына. Сейчас ему 52 года. Как четверть односельчан, он до сих пор холост и бездетен. А его 77-летняя мать ежедневно посещает то самое здание, где теперь создан дом для престарелых. Прямо сказать, символичная судьба японской сельской школы!

За последнее десятилетие из-за падения рождаемости в Японии пришлось закрыть более двух тысяч школ. Из-за этого лишились работы около шестидесяти трех тысяч учителей. Количество учащихся первых - девятых классов сократилось с тринадцати до одиннадцати миллионов человек. В ближайшие годы закроют еще более трехсот школ, многие из которых будут переоборудованы в дома для престарелых.

Даже перемены в хорошо знакомых мне токийских универмагах отражают тот факт, что в Стране восходящего солнца стало много стариков и мало детей. Первые этажи ориентированы теперь не на молодежь, следующую последней моде, а на пенсионеров, которые владеют 40 процентами всех личных сбережений. Детские игровые площадки на крышах универмагов переоборудованы в места отдыха для покупателей преклонного возраста.

Статистика свидетельствует, что в демографической структуре Японии произошел опасный перекос: людей старше 65 лет сейчас 19 процентов, а детей младше 15 лет - всего 16 процентов. Словом, наступил "Серебряный век" в стране пустых колыбелей.

ВСЕВОЛОД ОВЧИННИКОВ

ОБОЗРЕВАТЕЛЬ

"РОССИЙСКОЙ ГАЗЕТЫ"