Уголовное дело об убийстве Галины Старовойтовой состоит из доброй сотни томов. Только на судебном следствии, длившемся с декабря 2003 года, было допрошено более 70 свидетелей от обвинения и 11 со стороны защиты. В деле фигурирует более трех десятков экспертиз. Напомним, что на прениях государственное обвинение просило приговорить Юрия Колчина и Виталия Акишина к пожизненному лишению свободы, Алексею Воронину назначить наказание в виде 4 лет лишения свободы, а остальных подсудимых приговорить к длительным срокам лишения свободы - от 12 до 18 лет. И вчера каждый из обвиняемых единолично "отбивался" от требований прокурора в части наказаний. Нельзя сказать, что им сопутствовал успех. Четкой позиции ни у кого не было.

Четверо из подсудимых - Юрий Колчин, Игорь Лелявин, Игорь Краснов, Игорь Ионов - почти слово в слово повторяли друг за другом и за своими адвокатами "домашние задания". Алексей Воронин придерживался позиции, избранной им еще с самого начала процесса. Да и прокурор неоднократно говорил, что Воронин помогал следствию. В суде он частично признал свою вину. По его словам, он выполнял чисто техническую миссию, ставил жучки, записывал и расшифровывал аудиокассеты с разговорами депутата. Об этом он и рассказывал на суде. А под конец он даже попросил прощения у потерпевших за тот вред, который он им принес своими действиями.

Остальные также признались в том, что выполняли чисто технические действия - ездили по городу, следили за перемещениями и знакомыми Галины Старовойтовой, но о цели их миссии они и не догадывались. В своих последних словах каждый по очереди подчеркнул, что не знал о подготовке политического убийства. И на вопрос, кто знал, отвечали - "Сергей Мусин", находящийся сейчас в розыске как один из фигурантов этого громкого дела.

По словам Юрия Колчина (главного подозреваемого из всей шестерки), именно Мусин давал ему указания, которые он, в свою очередь, передавал Акишину, Лелявину, Краснову, Ионову. В целом же речь Колчина изобиловала псевдоправославной терминологией. Он ссылался на Библию в местах, где говорится о милосердии. А еще на Новейшую историю России, где модно рассуждать о самоуправстве органов госбезопасности. В целом же его выступление напоминало речь полоумного патриота на выборах в муниципальный совет. Подтверждая это в конце речи, желая произвести впечатление, Колчин попросил судью приговорить его к 15 годам лишения свободы, заявив, что если уж решили приговорить невиновного, так пусть это будет конкретный срок заключения, а не неопределенное "пожизненное".

Обвиняемый непосредственно в убийстве Галины Старовойтовой - Виталий Акишин - в своей речи опирался на алиби, которое следователи, по словам Акишина, просто проигнорировали. Он говорил, что 20 ноября 1998 года находился в своей квартире. Правда, свидетельства этому он приводил лишь косвенные.

Обвиняемый Игорь Лелявин пытался обратить внимание суда на то, что в 1998 году ему было 18 лет и о политике он думать не думал. Под следствием же оказался в результате оговора. А под конец попросил суд правильно поставить запятую в знаменитой фразе "казнить нельзя помиловать". Улыбок на этот "детский" жест из зала суда не последовало.

Юрий Ионов заявил, что его оговорил обвиняемый Алексей Воронин и что до суда он был законопослушным гражданином. А сейчас его семья - жена и ребенок - остались без кормильца.

Игорь Краснов был самым лаконичным. Он попросил суд быть "по-настоящему объективным".

30 июня суд огласит результат огромной работы следователей и суда. Этот процесс подходит к концу. Но впереди еще много судов. В отдельное производство выделен процесс по еще одному подозреваемому Павлу Стехновскому. В розыске находятся Евгений Богданов, Сергей Мусин, Олег Федосов и еще два человека, фамилии которых в ФСБ пока не называют.