Игры втемную вокруг ВАКа

Завтра открывается ежегодный пленум ВАКа - Высшей аттестационной комиссии. Среди прочих будет обсуждаться вопрос о возможных изменениях принципа формирования и порядка работы этого коллегиального органа. О том, что предлагается и какие это может вызвать негативные последствия, в интервью "РГ" рассказывает один из авторитетных членов ВАКа, академик РАН Владимир Кудрявцев.

Авторские права

[07.02.2012]  Чехия вслед за Польшей отказалась от утверждения антипиратского закона

[06.02.2012]  Польский премьер отказался утверждать антипиратский закон

[01.02.2012]  В Твери накрыт подпольный цех по производству "пиратских" дисков

Весь сюжет

Российская газета: Из-за чего сыр-бор, Владимир Николаевич? И так ли уж важна та роль, которую играет Высшая аттестационная комиссия?

Владимир Кудрявцев: Судите сами: ВАК создавался как контрольный орган для проверки качества подготовки ученых в нашей стране. И сегодня существует, чтобы контролировать научный уровень защищенных докторских и кандидатских диссертаций, а также присвоение ученых званий - профессора, доцента.

РГ: ВАК - это государственное учреждение или общественная организация?

Кудрявцев : Я бы сказал: симбиоз того и другого. Высшая аттестационная комиссия находится в подчинении министерства образования и науки - из его средств выплачивается зарплата штатным сотрудникам аппарата. Но собственно ВАК (его пленум - около 60 человек, в том числе 39 членов президиума) состоит из независимых экспертов, которые работают на общественных началах и подчиняются только закону и своей совести. Сказанное в полной мере относится и к председателю ВАКа. В данное время им является вице-президент РАН, академик Геннадий Месяц.

РГ: А чем же вызвана тревога?

Кудрявцев : Некоторые должностные лица в госаппарате, в том числе в упомянутом министерстве, никак не могут или, точнее, не хотят признать двойную природу ВАКа и все норовят сделать его полностью себе подконтрольным. А ведь именно в независимости от каких-либо влияний главное достоинство и преимущество этой организации. В ее составе всегда были наиболее авторитетные ученые. Такие, чье мнение не подвержено конъюнктуре...

РГ: Уж не хотите ли вы сказать, что есть попытки "подмять под себя" независимый орган?

Кудрявцев : Вынашиваются, насколько мне известно, разные проекты. От идеи поставить во главе ВАКа чиновника (даже поговаривают о самом министре) до предложения комплектовать весь персональный состав комиссии исключительно по представлению министерства. Есть, правда, и промежуточные варианты той же схемы - они не исключают полностью, но кардинально урезают представительство академических учреждений (поскольку они министерству не подчинены) и резко увеличивают процентное соотношение сотрудников ведомственных НИИ и вузов, зависимых от госаппарата.

Авторы таких нововведений, должностные лица высокого ранга (совестно называть их чиновниками), никак не хотят принять главного вектора социально-политического развития нашего государства, о чем не единожды говорил и президент России. С одной стороны, надо укреплять структуры власти (законодательной, исполнительной и судебной), а с другой - всемерно поддерживать и развивать гражданское общество. Разнообразные общественные объединения и смешанные структуры как ячейки такого общества, не просто уживаются, но плодотворно сосуществуют. Возьмите, например, Российскую академию наук, которая финансируется государством, но в то же время самоуправляема и ни одному из министерств не подчинена. Похожим статусом до сего дня обладает ВАК, и это положение, на мой взгляд, целесообразно сохранить.

РГ: Представим, что к вашему мнению прислушались. Какие принципы должны быть положены в основу обновленного ВАКа?

Кудрявцев : Пожалуй, для начала я бы ограничился тремя наиболее важными. Во-первых, независимость, о которой я уже упоминал. Потому что Высшая аттестационная комиссия призвана обеспечивать справедливость и непредвзятость решений о судьбе рассматриваемых диссертаций. Ведь суды у нас независимы, как записано в Конституции. Должен быть независимым и ВАК - это тоже своеобразный суд, только в своей специфической области.

Далее. Широкое представительство ученых в комиссии - это во-вторых. Причем они должны представлять все наиболее значимые научные и учебные структуры страны: академии наук, вузы, отраслевые научные и научно-образовательные центры. К слову сказать, в гуманитарной части президиума ВАКа сейчас всего девять человек, из них трое - академики РАН, трое - ректоры крупнейших вузов, еще трое - из ведомственных НИИ. Это, на мой взгляд, оптимальный состав.

Наконец в-третьих - демократическая процедура комплектования пленума и президиума ВАКа. Все последнее время кандидатуры для избрания выдвигались в инициативном порядке академиями, вузами, научными центрами и НИИ из числа ученых и специалистов, кого в этих коллективах считали наиболее достойными для такой работы. И это тот самый случай, когда от добра добра не ищут. Разумеется, должна быть регулярная ротация - так, чтобы периодически вливались свежие силы и сохранялась необходимая преемственность - подходов, критериев, традиций.

РГ: И на эти принципы кто-то покушается?

Кудрявцев : В том-то и дело! Упорно продавливают свою линию подчас не бескорыстные охотники все "урегулировать" без участия общественности, взять в свои руки и сосредоточить в рамках одного ведомства. Не случайно все идеи реформирования ВАКа вынашиваются в кабинетах министерства образования и науки - втайне от ученых, от широкой общественности и прессы.

Но разве можно и, главное, зачем скрывать от людей то, что их прямо касается? Комплектование и ротация Высшей аттестационной комиссии должны происходить совершенно открыто, обсуждаться на ученых советах и освещаться в средствах массовой информации.

Я вообще считаю, что пресса не должна быть отстранена от процессов, происходящих в научной сфере. Все, что касается науки и образования, надо широко обсуждать. Ведь в гласности - наша сила. И когда корреспондентов вдруг не допускают на то или иное научное заседание (разумеется, если там не идет речь о государственных секретах), я считаю это непростительной ошибкой. А так подчас бывает, и даже в академиях наук...

РГ: Да уж, случается...

Кудрявцев: Тем самым мы лишаем себя общественной поддержки. Обрываем столь необходимую "обратную связь". А в итоге - слухи, нелепые домыслы и ненужные волнения тех, кто искренне желал бы поднять духовный, интеллектуальный потенциал России. Чтобы он не разрушался, как этого, возможно, хотели бы наши недоброжелатели, а укреплялся на благо будущих поколений.

РГ:

Не знаю, Владимир Николаевич, все ли ваши коллеги согласятся с этими словами, но мои товарищи по цеху будут точно "за". И сам я без колебаний под ними подписываюсь и благодарю за прямой разговор.

Официально

Как сообщил "РГ" заместитель начальника Управления государственной аттестации научных и научно-педагогических работников Александр Журихин, в минувшем году докторами наук стали 3953 новых соискателя, а 26 888 - присуждена ученая степень кандидата наук. За это же время ВАК признал доцентами и профессорами (по специальности) соответственно 421 и 346 соискателей.

По сравнению с 2003 годом докторских диссертаций утверждено на 15,8, а кандидатских - на 5,8 процента больше. Средний возраст защитившихся докторов наук - 49 лет, среди кандидатов - 34 года. Больше всего, как и в предыдущие годы, защищено диссертаций в области общественных и гуманитарных наук (34,4% от всех докторских и 47% кандидатских).

За прошедший год президиум ВАКа (по представлению экспертных советов) отклонил, предложил соискателям снять с рассмотрения, возвратил в вузы и научные организации почти четыре процента (3,7) докторских и 2,5 процента кандидатских диссертаций. Ряду диссертационных советов вынесены замечания, работа шести советов была в 2004 году приостановлена, а 150 (!) советам деятельность в прежнем качестве не рекомендована.

В настоящее время президиум ВАКа проводит переутверждение резервной и обновление базовой сети диссертационных советов. В результате этого около 60 процентов всех защит проходит в регионах.