|
|
Александр Градский. Фото: Сергей Куксин
|
|
|
Двумя концертами в ГЦКЗ "Россия" отметил свой 55-летний юбилей
Александр Градский - едва ли не единственный отечественный рок-музыкант,
чья карьера началась в 60-е. Развешанные по всей Москве плакаты с
разворотом российского паспорта юбиляра, анонсировавшие его программу "Шоу
маст гоу он - 55" обещали, что на сцене будут едва ли не 500 артистов. Со
стороны казалось, что вышло даже больше - в концертах приняли участие два
оркестра, симфонический и народный, биг-бенд Игоря Бутмана, а также
детский хор. Роль концертмейстера исполнила Александра Пахмутова, занявшая
место за роялем.
Формально путь в музыку для Градского пролегал через те же вехи, что и у Макаревича с Гребенщиковым: музыкальная школа, бомба "битловской" музыки, которая разорвалась в его голове, практика на школьных танцульках и полуподпольной самодеятельной сцене. Разница в деталях: к "битлам" у молодого Александра прибавлялись еще и Фрэнк Синатра, Элла Фицджеральд, а также Марк Бернес и Клавдия Шульженко. Одаренный абсолютным слухом (а позже - и высшим музыкальным образованием) Градский был среди тех, кто клал кирпичи в тот фундамент, на котором потом возрос рок-прорыв 70-80-х, кто создавал звуковую среду для членов ленинградского рок-клуба и московской рок-лаборатории. Созданная им в 1966 году группа "Скоморохи" едва ли не первой постулировала необходимость петь по-русски, которая затем станет правилом для его последователей. К тому же - правда, это стало ясно лишь с течением времени - хозяин юбилейного вечера стал ярым борцом с полуподпольной субкультурной самозамкнутостью, навязанной рок-движению самой советской властью. В самые застойные годы с наивной горячностью доказывал президиуму Союза композиторов необходимость создания рок-секции, а непримиримым рокерам указывал на "Концерт для группы с оркестром", записанный непререкаемыми "Дип Перпл" в начале 70-х. Убеждал личным примером, выступал с оркестром Светланова в качестве солиста, чередуя свои песни с оперными ариями.
Для своих юбилейных концертов в "России" Градский избрал форму творческого вечера: давал спеть детскому хору, просил оркестр исполнять оперные увертюры, в старосветской манере представлял свои номера не по названиям песен, а по году их написания. Поставленный голос с годами не cделался меньше по объему или хуже по качеству, и стал форменным испытанием для системы звукоусиления: на отдельных его фиоритурах микрофоны и динамики не выдерживали мощи голоса рок-барда, "заводились" и отказывались работать. Александр поместил себя и свой голос словно самоцвет в оправу из всевозможных инструментальных составов: они давали его сильному, по-хорошему неудобному для слуха голосу фоновую опору, позволяя ему растить вокальные соло из почвы мощного аккомпанемента. Конечно, Градский не обошел вниманием и знаменитый хит Queen, заявленный в заглавии вечера.
Градский - образец хорошего постоянства: никогда не отдавал отвоеванного и всегда оставался некой неудобной, остроугольной константой, с которой культурному истеблишменту приходилось мириться и даже договариваться - что в советские, что в постсоветские времена. Даже отмечая не первую уже круглую дату, не дал догнать себя юбилейной бронзе и не ударился в ностальгию, а наколдовал на сцене огромное количество народу и снова поместил себя в центр - быть может, сцены, а быть может, и времени.
, доступны 